По шестой песни:
И поется кондак и икос (или мученичен, аще несть).Стихи́:
Простре́ Христо́с ру́це на кресте́ дре́вле,
Простро́ша и ны́не ру́це на кресте́ Ма́вра с Тимофе́ем:
Тимофе́я распя́ша с Ма́врою в тре́тий день.
Во вре́мя гоне́ния ят бысть святы́й Тимофе́й, и пре́дан иге́мону. Испове́дав Го́спода на́шего Иису́са Христа́ дерзнове́нно, и и́долы укори́в, царе́во повеле́ние преоби́дев. Иге́мон же разже́ две желе́зе вельми́, и вложи́ во у́ши его́, и от вели́кия ну́жди искочи́ста о́чию его́ зе́ницы. И па́ки разже́г вложи́ во уста́ его́, свя́зане име́я ру́це наза́д, пове́си его́ стремгла́в. И навяза́ ка́мень тя́жек на вы́ю его́. Призва́в же Ма́вру жену́ его́, и рече́ к ней: «Слы́шах я́ко два́десяте дний и́мати по спряже́нии ва́ю, со злым о́ным Тимофе́ом, но иди́ и претвори́ его́ е́же повину́тимися, да не изгуби́тся ту́не». Она́же ше́дши, и обрати́вшися испове́да Христа́ и́стиннаго Бо́га. Он же я́ростию распа́лься, остриже́ главу́ ея́. Пото́м же пе́рсты ручны́я отре́за ей, и в коно́б врящь вве́рже ю́. Свята́я же приле́жно моля́шеся, и обрати́вшися ко иге́мону рече́: «Коно́б твой зело́ устыди́ся и в пу́стошь жже́ши дрова́ своя́. Но посли́ ко отцу́ моему́, и возми́ дров коли́ко хо́щеши, да па́че разжже́ши». Он же почуди́ся, и по́йде к ней. И прибли́жися к коно́бу и рече́: «Возми́ рука́ма свои́ма укро́п коно́ба, и возле́й на ру́це мои́». И а́бие же с сло́вом свята́я свои́ма рука́ма, возлия́вши на́ руце, и ско́рчися ко́жа его́. Иге́мон же гне́вом опусне́в, и свеща́ми жещи́ святу́ю повеле́, возлива́ющи на ню смолу́ и жу́пел. Она́ же рече́: «Вельми́ дивлю́ся иге́моне, я́ко вельми́ вря́щим коно́бом облада́ти мя не возмо́же, а за еди́ну или́ две свещи́ мо́жеши ли мя сожещи́? [Льсти́ши ся ха́бя свои́ свещи́]». Тогда́ изнемо́г злочести́вый иге́мон Ариа́н, повеле́ я́ о́ба распя́ти на кресте́ проти́ву себе́ друг дру́гу. Распя́та же бы́вша, и ви́сяста за девяти́ дний, проти́ву себе́ ви́дящи, взира́юще к венце́м побе́дным. И в деся́тый день преда́ста ду́ша своя́ в ру́це Го́сподеви.
В то́йже день преподо́бнаго отца́ на́шего Петра́ чудотво́рца
Стихи́:
Пове́рже врага́ на жите́йстем позо́рищи,
По́ясом преподо́бным препоя́сався, у́мре, Пе́тре.
Сей Константи́й град оте́чество имя́ше, роди́телю боголюбе́зну, и те́ма и́ноческое житие́ восприе́мшима, та́коже и бра́тии постри́гшимся. Па́влу же и Диони́су по ре́вности о́нех и по подо́бию, и той ку́пно с Плато́ном бра́том восприя́т по́стническаго по́двига. И толи́ко подвиза́ся е́же преити́ трудолю́бием све́рстники, я́ко в нача́ле о́браза такове́м приобрести́ свои́х, и про́чих всех и́хже бы́вшых о́нех красо́т препи́совати и прилага́ти к своему́ житию́. Сего́ доброде́тели ра́ди возлюби́ тогда́шний архиере́й Нико́ла и́же бя́ше Ита́льский, и тща́ние имя́ше того́ почести́ архиере́йством. О́ному же тогда́ сбыва́емым не хотя́щу, недосто́йна себе́ показу́ющу. К Па́влу же бра́ту вшед, утеше́нием и пре́ю архиере́я це́ркви Кори́нфстей поста́ви. Сам же ну́ждею отбега́я, прии́де к своему́ бра́ту в Кори́нф. И молча́нием пре́йде год еди́н, но не до конца́, приложи́вся к трудо́м. Отше́дшу же святы́х первоседа́льнику, приидо́ша са́ми вельмо́жие и кора́бленицы издале́ча мольбы́ творя́ще, е́же да́ти им архиере́я бра́та его́. И толи́ко ну́диму изнемо́же и бежа́ти помы́слив. Вре́мени же дово́льну мимоше́дшу зане́же бо́ле ну́димь бя́ше, вма́ле о́нех слез внят, и про́чее их восприя́т. Я́коже де́лу сбы́вшуся прилежа́ху благоуче́нию церко́вному. Прилежа́ше же е́же о́нех прилежа́нию. И натоли́ко простре́ ру́ку свою́ к ми́лостыни, я́ко ни саму́ ри́зу щаде́ти. Си́рыя пита́я, вдови́цам прилежа́. Ни́щых насыща́я, и подая́ им, и всем тре́бующим ми́лостыню ти́хо истоща́я. Я́коже не́когда ле́то пони́зи гла́дом одержи́мо мно́гия, 1000, препита́вшу не пощаде́нием рукопода́ния. Не́когда ма́ло бра́шна в пифа́ри оста́вшу, обре́те пифа́рь преиспо́лнен дово́лно, е́же бысть чрез год тре́бующим. И я́же о себе́ пле́нники избавля́я, и от кре́пльших рук влеко́мых. Отню́д же тех свобожда́ше, и отрокови́цу бесну́ющуся исцели́. И пело́пову страсть при́тчею проре́к, и свою́ кончи́ну проуве́дев. И у́же седми́десят лет быв, с ты́сящами пото́в доброде́телных, блаже́нную ду́шу свою́ отложи́. И́же по кончи́не явле́нием показова́ше соде́лования. Благоуха́ния точа́ от гро́ба своего́, и бе́сы прогоня́я, и боле́зни вся́кия исцеля́я, и объявля́я воспомина́ния, и́же от та́мо восприе́мших его́.
В то́йже день е́же о Госпо́дстей Па́сце Вознесе́ние Христо́во
Стихи́:
Со тща́нием а́нгели небе́сная врата́ взя́ша
Тя утро́бно Бо́га а́бие к земли́ привлещи́.
В то́йже день сло́во о святе́м Сисо́и, ка́ко сло́вом воскреси́ те́ло уме́ршаго челове́ка
Прии́де иногда́ прост люди́н ко отцу́ Сисо́ю, в го́ру отца́ Анто́ния и име́я сы́на у себе́, и той у́мре на пути́. И не смяте́ся, но несе́ его́ ко отцу́. И ве́руя припаде́ к нога́ма отца́ Сисо́я с те́лом сы́на своего́, я́ко поклоня́ние творя́ше, я́ко да и благослове́ние прии́мет от отца́. Воста́в же челове́к, а сы́на оста́вль при ногу́ ста́рца, и изле́зе вон из хи́жи. Ста́рец же мнев я́ко поклоня́яся ему́ лежи́т, и рече́ ему́ воста́ни и иди́ вон, не ве́дяше бо я́ко мертв бе. И а́бие воста́, и изы́де вон. И ви́дев оте́ц его́, и диви́ся. И влез поклони́ся отцу́ Сисо́ю до земли́, и возвести́ ему́ вещь ту. Слы́шав же оте́ц Сисо́й, и печа́лен бысть: не хотя́ше бо дабы́ то бы́ло. Запрети́ же ему́ и ученико́м его́ никому́же возвести́ти до уме́ртвия его́.
В то́йже день преставле́ние преподо́бнаго и богоно́снаго отца́ на́шего Феодо́сия игу́мена честны́я оби́тели Пече́рския, монастыря́ Ки́евскаго, наста́вника в Руси́йстей земли́ о́бщему мни́шескому житию́, и́же и созда́ и возгради́ великоле́пну це́рковь Пречи́стыя Богоро́дицы, ди́вным смотре́нием Бо́жиим, благоволе́нием же Тоя́
Феодо́сий преподо́бный оте́ц наш бе от гра́да Васи́лиева, близ ма́лаго Но́ва гра́да в земли́ Ру́сстей. / От благове́рну роди́телю ро́ждься, и воспита́н во благоче́стии. / И́же из де́тства Христа́ возлюби́, и Дух Бо́жий всели́ся вонь. / Вдан же бысть роди́телема на уче́ние боже́ственых писа́ний, и вско́ре извы́че, / я́ко диви́тися мно́гим прему́дрости его́ и ра́зуму. / Де́тскаго бо игра́ния оша́яшеся, и хожда́ше в це́рковь Госпо́дню по вся дни, / послу́шая что́мых в ней со вся́ким внима́нием. / Егда́ же оте́ц его́ преста́вися, оста́вив сего́ су́ща трех на́десяти лет, / тогда́ па́че нача́т на труды́ простира́тися, вся́каго мирска́го весе́лия удаля́яся, / ни облача́шеся в ри́зы све́тлыя, худы́ми удовлева́яся. / Нача́ша же упражня́яся церко́вною слу́жбою. / И ви́дяй, оскуде́ния ра́ди приугото́вания е́же ко свяще́ннейшей Та́йне, / обы́чным хле́бом небрего́му Литурги́ю, / сам свои́ма рука́ма ю́ноша сый гото́вяше прино́сныя хле́бы. / И шед к кузнецу́ прекова́ся желе́зом по чре́слом, / е́же и вогрызя́шеся в плоть его́, сокрове́не сия́ терпя́щу ему́. / Ма́ти же его́ уве́давши то, отъя́т е́ с него́. / И посе́м умы́сли втай ити́ во Иерусали́м, / но ма́ти пости́же и́, и би́вши приведе́ его́ в дом. / По вре́мени же па́ки утаи́вся, отъи́де. /
И води́мь Ду́хом Бо́жиим, прии́де к Ки́еву гра́ду, и изы́де на Бе́рестовое. / И вни́де в пеще́ру к блаже́нному Анто́нию, его́же умоли́ бы́ти с ним. / Блаже́нный же Анто́ний поведе́ его́ пострищи́ преподо́бному Ни́кону - и облеко́ша и́ во мни́шеский о́браз. / И пребыва́ше в молча́нии и послуша́нии блаже́ннаго Анто́ния, тружда́яся вся́чески на бра́тию. / Ме́ляше бо сам и муку́ се́яше, и дрова́ ноша́ше, и хле́бы творя́ше. / Бы́вшу же ему́ та́ко четы́ри ле́та, уве́де о нем ма́ти его́, и ско́ро вста́вши, и́де к Ки́еву. / И прии́де к пеще́ре блаже́ннаго Анто́ния, и́щущи его́. / Егда́ же и́ уви́де, ну́дяше его́ с собо́ю ити́, терза́ющи власы́ своя́, и глаго́лющи с пла́чем: / «Что ра́ди ча́до сотвори́ та́ко, оста́ви мя си́ру?» / Он же уте́шив ма́терь словесы́ умиле́нными, / я́же Бо́жиею благода́тию умили́вшися, оста́ви и́ Бо́гу рабо́тати, / и сама́ умоле́на им постриже́ся во и́ноческий о́браз в то́мже гра́де Ки́еве. / Феодо́сий же распаля́емь ре́вностию боже́ственою, день и нощь пребыва́ше в моли́твах, посто́м и бде́нием те́ло свое́ удруча́я. / И мно́ги напа́сти прия́ от бесо́в, огражде́нием же кре́стнаго зна́мения побежда́ше я́. / И за мно́гую его́ доброде́тель поста́влен бысть игу́мен. / И мно́гу бра́тию совокупи́, поуча́я по вся дни стра́ху Бо́жию. / И та́ко пася́ше ста́до Христо́во по блаже́нном Анто́нии. /
Ему́же еще́ жи́ву су́щу, сове́т сотвори́ста с бра́тиею, да сози́ждут це́рковь ка́менну Пресвяте́й Богоро́дице. / Вку́пе же им моля́щимася, и всего́ ро́да на́шего Хода́таице с любо́вию прити́чущим, / и помышле́нным в де́ло произы́ти успе́хом Тоя́ жела́ющым, / - о́ чу́до!, - Ру́сстей земли́ святи́и мо́лятся, / ско́рая же Помо́щница в Гре́ции в Ца́рствующем гра́де в це́ркви Влахе́рнстей хитреце́м явля́ется во о́бразе цари́цы, и́стинная Цари́ца су́щи, / иму́щи с собо́ю преподо́бную Анто́ния и Феодо́сия, сим неве́дущым бы́вшаго, / о це́ркви Пече́рстей с хитреца́ми совещава́ет. / И́мже и дово́льно зла́то да́вши и всем дово́льством дарова́вши Богатода́вица, в Ки́ев град к блаже́нныма препосыла́ет. / О́нем же уди́вльшимся, и смотре́ние Бо́жие и присно Де́выя попече́ние просла́вльшим. / Па́ки о́ чу́до!, / о льсте сумня́щимся, и обы́чно к Бо́гу и Госпожи́ Ма́тери Его́ притека́ющим, / росо́ю я́коже при Гедео́нове руне́, с небесе́ низпо́сланною, / последи́ же огне́м, и́же вся́ко те́рние, тро́стие и хвра́стие попаля́ющим и вся́ку вла́гу и исто́чник изсуша́ющим, / ви́девше ме́сто угото́влено, к предложе́нию устрая́ются. / И основа́ния ископа́вше, к де́лу препоя́сашася, и нача́ша зда́ти. /
Имя́ше же обы́чай преподо́бный Феодо́сий, во дни вели́каго поста́, в сыропу́стный ве́чер, / по вся ле́та целова́в бра́тию, отхожда́ше в пеще́ру, взима́я с собо́ю ма́ло просфи́р, / и зазда́ху о нем две́рцы, и пребыва́ше в молча́нии и моли́тве и кла́нянии к Бо́гу, четы́редесять дней, по́стное вре́мя преходя́. / И исхожда́ше к бра́тии в пято́к Ла́заревы субо́ты, и пра́здноваше с ни́ми поуча́я их, и николи́же на ре́брех почи́л. / Но егда́ нахожда́ше сон, то ма́ло почива́ше седя́. / Мно́га же чудеса́ сотвори́в: мно́жицею бо оскуде́вши во оби́тели пшени́цы, или́ ма́слу или́ вину́, / внегда́ повествова́ти ке́ларю о оскуде́нии, глаго́лаше святы́й: / «Молчи́ ча́до, Бог моли́твами Пречи́стыя Богоро́дицы Влады́чицы на́шея испо́лнит потре́бу раб Свои́х», / - и та́ко затворя́шеся, и става́ше на моли́тве, / до́ндеже исполня́хуся Бо́жиим благослове́нием вся потре́бная. / И потружа́вся мно́га ле́та в посте́ и в моли́твах и в слеза́х. /
И по обы́чаю пра́здновав Па́сху с бра́тиею све́тло, пове́да им прибли́жшееся свое́ отше́ствие. / И по сих разболе́ся. / И пла́кашася его́ я́ко засту́пника и моли́твеника своего́. / Боля́щу же ему́ огне́м вельми́. / В пя́тый день собра́ бра́тию, бе же лежа́ на одре́ пря́мо це́ркви. / И рече́ им: / «Бог вас ча́да и отцы́ да соблюде́т от лука́ваго врага́ без беды́. / Вы же бу́дете в любви́. / Се аз отхожу́ от вас, яви́ бо ми ся Госпо́дь в по́стное вре́мя в пеще́ре, и Той Сам возва́ мя. / Вы же кого́ хо́щете себе́ име́ти игу́мена, в согла́сии избери́те, / да благословлю́ его́ вам в мене́ ме́сто». / И испроси́ша Стефа́на деме́ственика. / И благослови́в его́ рече́ к ним: / «Сей не до конца́ бу́дет игу́мен вам». / Я́коже и бысть, о се́мже пи́сано есть во оте́чнице пече́рском. / И посе́м рече́ к ним: «Се вам зна́мение по отше́ствии мое́м: / а́ще бу́ду уго́дил Бо́гу, и прия́л мя бу́дет Бог, / то монасты́рь и́мать мно́житися и богате́ти, и всего́ преизбу́дет в нем, / и ве́дайте, я́ко прия́л мя есть Бог во благи́х. / А́ще ли оскудева́ти на́чнут потре́бами чернори́зцы, / то разу́мейте, я́ко несмь угоди́л Бо́гови». / И запове́дав им положи́ти ся в пеще́ру, иде́же премно́ги показа́ труды́, рек: / «Положи́те мя в нощи́, и Бог бу́дет с ва́ми. / Игу́мена же своего́ послу́шайте во всем, я́коже мене́. / А́ще бо те́лом и отхожу́, но ду́хом с ва́ми есмь». / И повеле́ нести́ себе́ в ке́лию, и быв прича́стник святы́х Та́ин Христо́вых. / Преста́вися в ле́то шесть ты́сящь пятьсо́т о́смьдесять второ́е, во втору́ю субо́ту по Па́сце, / ме́сяца ма́я в тре́тий день ду́шу свою́ преда́в в ру́це Бо́гу. / Честны́я же его́ мо́щи ве́черу су́щу положи́ша не́сше бра́тия со свеща́ми в пеще́ре че́стно, я́коже повеле́ им. / И та́ко восия́ я́ко све́тла звезда́ в Руси́и зна́меньми и чудесы́ мно́гими. /
Его́же святы́ми моли́твами Христе́ Бо́же поми́луй и спаси́ нас, / ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Аминь.