Бра́те, помышля́ю я́ко три суть дрема́ния, обходя́щии мни́ха но́щию. И пе́рвое принося́ кому́ждо уны́ние делесы́ дияволи, егда́ на́чнет брат пе́ти на еди́не, и а́ще бу́дет отягча́л стома́х его́ бра́шны, то уны́нием зело́ у́бо окрочи́т его́. Второ́е же прино́сит бра́ту посреди́ собо́ра от своея́ ле́ности, егда́ не во́лит его́ стоя́ти до сконча́ния пра́вильнаго. Тре́тие же быва́ет, принося́ бра́ту по естеству́, е́же есть на́прость, пра́вила обы́чнаго собо́ром. И сего́ ра́ди подобает терпе́ти не́мощнейшей бра́тии, да не будет сове́т вра́жий. Ты же у́бо бра́те не лени́ся, но трезви́ся о всех. Не ве́си ли слы́шал Писа́ния глаго́лющаго, я́ко мно́жицею зван быв проро́к Саму́ил, и ни еди́ною же облени́ся на воста́ние, но я́ко отроча́ бесе́дуя. Егда́ у́бо стои́ши в собо́ре посреде́ бра́тии, или́ еди́н на славосло́вии Бо́жии, и обы́дет тя пе́рвое дрема́ние, сопроти́вися, еда́ ка́ко зле́е облени́вшу ти ся, возврати́шися тощь на посте́лю свою́, но терпи́ терпели́во. А́ще яви́т ти ся еди́ною или́ два́жды, не отступи́ от ме́ста, и обря́щеши вели́ку по́льзу. Подо́бна бо есть страсть, несы́тнаго сна объяде́нию. А́ще бо навы́кнет кто мно́го я́сти, и естество́ мно́го про́сит. А́ще ли же навы́кнет воздержа́нию, не и́щет мно́го яде́ния. Помы́сли возлю́бленне ры́барское худо́жество, ка́ко всю нощь соверша́ют бдя́ще, те́ла ра́ди терпя́ще. А́ще ли же кто их отягча́в сном, разлени́вся поспи́т, егда́ же востанет и поразуме́ется сам, я́ко не имы́й ничто́ же, бде́вшыя же и ло́вльшыя обогате́вша, и тогда́ на́чнет ка́ятися и глаго́лати: О́ лю́те мне, неради́вому и лени́вому, я́ко неради́в усну́х, я́ко и аз бых ял я́коже и дружи́на моя́, и обогате́лся, но облени́вся, иду́ ны́не в дом мой тощь. «Усну́ша бо сном свои́м и не обрето́ша ничто́же». Помы́сли возлю́бленне, чреми́женники и ме́дную хи́трость де́лаемую рука́ма, и обря́щеши труд их безчи́слен, и бде́ние мно́го и терпе́ние. Мы же ни ды́мом, ни пра́хом пали́ми есмы́, ни и́скрами о́гнеными жего́ми есмы́, ни ино́го ничто́же подо́бнаго пострада́вше, но стоя́ще на ме́сте чи́сте пред Го́сподем Бо́гом на́шим, в чистоте́ бла́зе и ми́ре, во псалме́х, и пе́снех и в пе́ниих духо́вных, в наде́жди бла́зе, да почто́ уныва́ем возлю́бленнии? Что бо суть ле́та на́ша на земли́? Се бо проро́к вопие́т: Челове́к суете́ уподо́бися, и дни́е его́ я́ко сень прехо́дят. Не ревну́й у́бо мое́й ле́ности, погуби́в в ней терпе́ние. Се ве́дый, я́ко трезвя́йся, той прибы́ток обря́щет, а леня́йся, той отщети́тся, ко́ждо бо вас за себе́ сло́во возда́ст Бо́гови. Аз же ве́де, я́ко безотве́тен есмь от деле́с, ины́я у́бо учу́, а сам в ле́ности пребыва́ю.

Те́мже молю́ вы раби́ Благослове́наго, и ве́рнии спаси́тели, моли́те за мя Христа́, Царя́ си́лам небе́сным, я́ко да потреби́т мно́жество грехо́в мои́х, по мно́жеству щедро́т Его́, и спасе́т мя в Ца́рствии Свое́м небе́снем, я́ко Человеколю́бец. Не прибы́ток у́бо есть, еж́е рещи́ сон, и теле́сный поко́й, но прибы́ток есть и поко́й, е́же понужда́ти себе́ на де́ло Бо́жие. Пону́димся убо са́ми возлю́бленнии, да прише́д у́бо Госпо́дь наш обря́щет нас бдя́ща, и сподо́бит нас блаже́нству Своему́. Друг дру́га у́бо уте́шим возлю́бленнии, и друг дру́га нака́жем в страх Бо́жий, и друг дру́га воздви́гнем единоду́шно, на славосло́вие Спа́са нашего Иису́са Христа́, я́ко да и Сам воскреси́т нас, со все́ми возлю́бльшими явле́ние Его́, и поста́вит нас одесну́ю Себе́, со все́ми святы́ми Его́. Я́ко Тому́ сла́ва во ве́ки. Ами́нь.