Ца́рьствующима Диоклитиа́ну и Максимиа́ну. Евстра́тию же иге́мону су́щу во Александри́и. Гоне́нию же бы́вшу на христия́ны, я́та же бы́вши деви́ца Феодо́ра, и испове́да Христа́ пред все́ми, бие́на бысть и вве́ржена в темни́цу. И ми́мо ше́дшим днем не́ким, а́бие осужена́ бы́вши, и затворена́ в блуди́лищи. И посла́в князь ю́ноши бесчи́нныя к ней. Они́ же я́ко и пси́на скака́ху на ню. Свята́я же моля́шеся Бо́гу. Бог же угото́ви не́кое пресла́внейшее, Диди́м бе не́кто и́менем в во́иньственое воображе́ние оде́вся, вни́де пе́рвее к деви́це, я́ко еди́н от неудержи́мых о́нех. И совле́к оде́жду ю́же ноша́ше даде́ деви́це со ору́жием. Я́же наложи́ я́ко и Диди́м обложи́вшися со ору́жием изы́де из блуди́лища, и спасена́ бы́вши благодаря́щи Бо́га. По сих без зазо́ра не́которому от бесчи́нных о́нех в блуди́лище вше́дшу я́ко и к деви́це, и обре́те Диди́ма в ме́сто о́ноя и ужасе́ся, и помышля́ше в себе́ глаго́ля, еда́ Христо́с и деви́цу в му́жа претвори́ти мо́жет. И та́ко у́бо изы́де и диви́ся, где есть деви́ца. Слы́шал бех рече́, я́ко дре́вле Христо́с преложи́ во́ду в вино́, и руга́ние сие́ мени́х бы́ти. Ны́не же бо́лшая ви́жу. Та́коже ему́ мы́слящу. Ви́де же его́ Диди́м в недоуме́нии содержи́ма. Испове́да бы́вшее. И я́ко той самоде́лец таково́му де́лу быв. Да а́ще хо́щеши пове́дати кня́зю, приложи́в я́ко едина́че та́мо есть и́же деви́цу сохрани́в и проводи́в ю, и от блуди́лища испусти́в ю́, иди́ и рцы та́ко. И а́бие предста́виша суди́щу кня́зеву Диди́ма. И рече́ князь, ка́ко смел еси́ такову́ю вещь соде́яти. И рече́ святы́й, христия́нин сый, до́бре ве́дый купе́чествовати. Еди́ною при́тчею два венца́ себе́ исхода́таих. Еди́н у́бо зане́же исхи́тих деви́цу от безбо́жных ва́шых рук, и чи́сту о́ну сохрани́в. Други́й же я́ко и аз вам реко́х, я́ко христия́нин есмь. И рече́ князь, твоего́ ра́ди дерзнове́ния такова́го, повелева́ю главу́ твою́ отсещи́. А е́же зане́же ве́ровал еси́ во Христа́, и бого́м не жре́ши, те́ло твое́ огне́м сжещи́. И рече́ святы́й, благослове́н Бог мой, я́ко не презре́ хвалу́ мою́. И прише́д в нарече́ное ме́сто и помоли́вся, отсеко́ша главу́ ему́, и душа́ его́ взы́де на небеса́, я́коже не́цыи ви́девше свиде́тельствовашя. Те́ло же его́ огню́ преда́шя. Тогда́ не́цыи от ве́рных честна́я телеса́ ею́ собра́вше, положи́ша в наро́чите ме́сте.