Ста́рица убо́га име́ два ча́да му́жеск пол, и же́неск. И у́бо му́жеский пол отше́д, и бысть мних. Сестра́ же его́ от нищеты́ впаде́ в напа́сть во ограже́нии ба́ннем, и я́та бы́вши, и предана́ кня́зю. И той хотя́ше ю́ уби́ти по зако́ну суда́. Ма́ти же ея́ седи́ны терза́ше своя́. И прише́дши к нога́ма кня́жима припаде́ глаго́лющи, молю́тися кня́же, а́ще убие́ши сию́, то и мене́ с не́ю уби́й, я́ко не и́мам да кто даст ми воды́ ма́ло. Име́х бо и и́но ча́до, и отше́д в монасты́рь, и бысть мних, и есть свят. И а́ще убие́ши ея́, то и мене́ с не́ю уби́й. Князь же не я́ко хотя́ше отпусти́ти дщерь ея́, но руга́яся к ней рече́, приведи́ ми сы́на твоего́ его́же глаго́леши свя́та, да ся помо́лит за ню, и отпущу́ ю́. Ста́рица же ше́дши к нему́, моля́ше и́ глаго́лющи, поне́же сестра́ твоя́ в напа́сть впаде́, и хо́щет князь уби́ти ю́. И уве́дев я́ко брат у нея́ мних, и рече́ ми а́ще помо́лится за ню, отпущу́ ю́. И ны́не ча́до пойди́ сестры́ ра́ди. Мних же рече́ ма́тери свое́й, ве́ру ими́ ми ма́ти, а́ще и тебе́ побию́т с не́ю, аз о том ору́дия не и́мам. Умро́х бо пре́же ми́ру ва́ю. Она́ же по мно́зе моле́нии укори́вши его́ я́ко не милосе́рда, и возврати́вся, я́ко ни что же успе́вши, и ше́дши возвести́ кня́зю. И рече́ ей князь, привела́ ли еси́ сы́на своего́ мни́ха, его́же глаго́леши свя́та. Она́ же рече́, ни́ влады́ко, не и́мать Бо́га. Мно́го бо моли́х и́, и рече́ ми, а́ще и тебе́ побию́т с не́ю, аз не и́мам о том ору́дия. Уме́рл бо есть пре́же ва́ю. И мню я́ко не и́мать Бо́га. Подиви́жеся князь мни́ху, и ве́рова я́ко бы́ти ему́ в вели́цей Христо́ве ве́ре. И рече́ ей, ве́ру ими́ ми ста́рице. А́ще бы ты привела́ еси́ сы́на, не отпусти́л бых ея́. Но поне́же не прише́л есть, ве́рую я́ко вели́к есть мужь, и мо́лит за мя. Пойми́ у́бо ны́не дщерь свою́ целому́дрену. Се же все ве́дети от ве́щи сея́, я́ко не утаи́тся вся́ка доброде́тель от Бо́га.