Бра́тіе и сестры́, слы́шите уче́нія святы́хъ оте́цъ. Су́ть бо въ христіа́нѣхъ нѣ́ціи, и́же имена́ то́кмо христіа́нска де́ржатъ, а во́ли Бо́жіи не творя́тъ и за́повѣдей Госпо́днихъ не почита́ютъ. Всегда́ въ пія́нствѣ, и въ блудѣ́, и въ про́чихъ зло́бахъ, омраче́ни діа́воломъ. Въ кля́твѣ, и во оби́дѣ, и въ нечистотѣ́ тѣле́снѣй живу́ще, и дру́гъ дру́гу зави́дяще, и оби́дяще, и и́на мно́га неподо́бная творя́ще, и́хъ же нѣ́сть лзѣ́ изглаго́лати, а́ки безсме́ртни мня́тся, и тѣ́мъ на бо́льшее осужде́ніе себе́ влеку́тъ, въ угото́ванныя грѣ́шникомъ му́ки, и́хъ же са́мъ сатана́ трепе́щетъ: они́ же ожестѣ́вше не чу́вствуютъ, и нивочто́ сія́ вмѣня́ютъ, а́ки нѣ́сть Бо́га и суда́ Его́. Мы́ же ва́мъ, бра́тіе, о всѣ́хъ си́хъ воспомина́емъ, да убои́теся Бо́жія пра́веднаго суда́ и стра́шнаго Его́ преще́нія. Воспря́немъ, бра́тіе, а́ки отъ сна́ отъ злы́хъ дѣ́лъ, па́че же возненави́димъ прокля́тое любодѣя́ніе. Сего́ бо ра́ди Содо́мъ и Гомо́ръ, и окре́стныя и́хъ гра́ди огне́мъ пожже́ни бы́ша, и до ны́нѣ кури́тся въ ни́хъ о́гнь на устраше́ніе всѣ́мъ. Но а́ще тíи, и́же ни зако́на, ни проро́къ вѣ́дуще, прелюбодѣя́нія ра́ди погибо́ша, и́хъ же зна́меніе поги́бели и до ны́нѣ пребыва́етъ, то́ кольми́ па́че на́мъ, христіа́номъ, лю́то е́сть, отъ же́нъ свои́хъ со инѣ́ми блуди́ти, или́ не женя́ся, со мно́зѣми любодѣ́йствовати. Таковы́мъ у́бо горѣ́е содо́млянъ осужде́ніе въ де́нь суда́ бу́детъ. Иса́ія бо проро́къ о тѣ́хъ глаго́летъ: погрузя́тся въ пла́мени о́гненнѣ, его́же са́ми себѣ́ разжего́ша. И па́ки то́йже проро́къ рече́: че́рвь и́хъ не у́мретъ и о́гнь и́хъ не уга́снетъ; сíесть тѣ́хъ, и́же скверня́тъ блудо́мъ тѣлеса́ своя́: лю́тъ у́бо е́сть то́й грѣ́хъ. Сего́ ра́ди повелѣ́но кому́ждо свою́ жену́ имѣ́ти. Что́ же рещи́ и́мамы о тѣ́хъ, и́же о Бо́зѣ клену́тся, и кре́стъ цѣлу́ютъ на́кривѣ, рото́ю скверня́ще це́ркви и олтари́, на па́губу души́ своея́? Ужаса́ется о се́мъ не́бо и земля́. Того́ ра́ди ка́зни на ны́ посыла́етъ Бо́гъ, овогда́ дожде́мъ земля́ наводня́ема не въ мѣ́ру, иногда́ же отъ со́лнца зно́емъ изсуша́ема, и пожа́ромъ, и инѣ́ми бѣда́ми казни́ми. Зане́ же человѣ́цы Бо́гомъ клену́тся, и святы́ми Его́, рото́ю скверня́ще це́рковь Бо́жію. Вся́ си́лы небе́сныя сѣ́туютъ, ви́дяще зло́бу человѣ́ческую. И и́на су́ть подо́бна си́мъ беззако́нная дѣла́: болѣ́зни тѣле́сныя лѣчбу́ творя́тъ волшебство́мъ, и нау́зы бѣсо́мъ тре́бы прино́сятъ; бѣ́сомъ нарица́юще тряса́вицу, и се́ творя́ще отго́нятъ; на я́блоцѣ е́ллинская пи́шуще словеса́, полага́ютъ на престо́лѣ предъ Боже́ственною слу́жбою: е́же е́сть про́клято святы́ми отцы́. Того́ ра́ди мно́ги ка́зни о́тъ Бога быва́ютъ на́мъ за непра́вды на́ша: Госпо́дь бо не повелѣ́ цѣли́тися чарми́, и волхвы́ призыва́ти, ни въ стрѣ́чу, ни въ че́хъ, ни въ по́лазъ, ни во пти́чей гра́й вѣ́ровати: та́ бо вся́ дѣла́ су́ть пога́ныхъ язы́къ. Аще ли кто́ отъ христіа́нъ твори́тъ сія́, таковы́й го́рше пога́ныхъ осу́дится, а́ще о то́мъ покая́нія не принесе́тъ. Ели́цы же христіа́не су́ть, да преста́нутъ отъ таковы́хъ дѣ́лъ: зла́ бо согрѣше́нія сія́, рота́, и кля́тва, лжепослу́шество, клевета́, за́висть, татьба́, гнѣ́въ, пія́нство, блу́дъ, лихои́мство, оби́да, ску́пость, прелюбодѣя́ніе, содо́мское блуже́ніе со о́троки, и со ското́мъ блуже́ніе, и во пле́мяни поя́тіе, и про́чая такова́я, отъ ни́хъ же христіа́не го́рше пога́ныхъ су́ть. Аще ли кто́ отъ вѣ́рныхъ не облича́етъ и не наказу́етъ такова́я творя́щихъ, то́й та́коже осужде́нію и́хъ прича́стникъ бу́детъ. Па́че же презви́тери, а́ще таковы́хъ не уча́тъ, и не исправля́ютъ, и не претя́тъ по Бо́зѣ ревну́юще за и́стину — о, го́ре таковы́мъ учи́телемъ бу́детъ, подгнѣ́та ины́мъ бу́дутъ въ пла́мени негаси́мѣмъ! Са́нъ бо іере́йства на себѣ́ но́сятъ, имѣ́я отъ того́ пріобрѣ́теніе, а духо́вныхъ дѣ́лъ, я́же на по́льзу душа́мъ, не творя́тъ, и уче́нія пра́ваго не глаго́лютъ, и́мъ же спасти́ся мо́щно: но ласка́ніемъ и осла́бою не возлага́юще епитиміи́, проща́ютъ мзды́ ра́ди, да не лиша́тся мірскíя вре́менныя че́сти. Сего́ ра́ди таковíи не учи́тели, но губи́тели су́ть, и а́ки блазни́тели вя́щше осу́дятся. Таковы́хъ ра́ди дѣ́лъ и небреже́нія быва́етъ безпло́діе, и ра́ти, и па́губы мно́зи, ското́мъ поги́бель, самѣ́мъ же — болѣ́зни тя́жки, а по сме́рти му́ка вѣ́чная. Аще кто́ духо́внаго уче́нія не послу́шаетъ, и не пока́ется, пра́веднѣ му́ченъ бу́детъ. Мно́зи бо су́ть лестцы́ и ху́льники, ротники́, и мужело́жники, убíйцы, та́тіе, чародѣ́е, наси́лующіи дѣви́цъ, и блудя́щіи съ мужа́тыми. Ви́димъ, я́ко и здѣ́ таковы́я по гра́дскому зако́ну казни́ми быва́ютъ, да про́чіи, зря́ще на ни́хъ, нака́жутся и оста́нутъ зла́я дѣ́яти. Вла́сти бо о́тъ Бога устро́ены су́ть злы́хъ ра́ди человѣ́къ, не творя́щихъ во́ли Бо́жіи, да ви́дѣвше стра́хъ и наказа́ніе, убоя́тся Бо́га. Тѣ́мъ же да не щадя́тъ зло́ творя́щихъ, и суде́й непра́ведныхъ. Человѣ́цы же, ви́дѣвше таковы́я злы́я и непра́ведныя, да не тая́тъ о ни́хъ, да не осу́дятся съ ни́ми въ му́ку. Глаго́летъ бо въ четве́ртомъ Ца́рствіи, я́ко Аха́въ ца́рь пощадѣ́ царя́ Ассирíйска зло́ сотво́рша. И рече́ ему́ Бо́гъ проро́комъ, глаго́ля: поне́же му́жа губи́теля отпусти́лъ еси́, то са́мъ за него́ ты́ поги́бнеши. Ца́рь Сау́лъ пощади́въ Ага́га, испаде́ ца́рства. И и́ніи мно́зи, злы́хъ пощади́вше, са́ми погибо́ша. Сего́ ра́ди вла́стели, не щади́те злотворя́щія, но казни́те я́ безъ пощадѣ́нія, и не отпуща́йте и́хъ мзды́ ра́ди, да не съ дѣ́латели беззако́нія о́тъ Бога зо́лъ су́дъ пріи́мите. Аще бо вла́стели отмще́нія зако́ннаго на злы́я не соверша́ютъ, суду́ Бо́жію пови́нни бу́дутъ, и отъ святы́хъ оте́цъ прокля́тіе на себе́ навлеку́тъ. Нѣ́сть бо досто́йно злотворя́щихъ щади́ти, но казни́ти я́, да не творя́тъ зла́. Бо́гу на́шему сла́ва, ны́нѣ и при́сно и во́ вѣки вѣко́мъ, ами́нь.