Егда́ у́бо кого́ ви́диши въ зло́бнѣ бога́тствѣ живу́ща, ре́кше, въ непра́вдѣ, и ничто́же здѣ́ пріе́млюща зла́, не блажи́ такова́го, но пла́чи о не́мъ, поне́же его́ вся́ злы́я му́ки та́мо пріи́мутъ. А живу́щаго въ добродѣ́тели, а́ще ви́диши и тма́ми бѣды́ пріе́млюща, блажи́ его́ и поревну́й сему́, я́ко здѣ́ разрѣши́тся отъ всѣ́хъ грѣ́хъ свои́хъ, а та́мо къ вели́цѣй ра́дости пріи́детъ. Сего́ ра́ди и Па́велъ апо́столъ рече́: вси́ хотя́щіи благовѣ́рно жи́ти о Христѣ́ Іису́сѣ, гони́ми быва́ютъ здѣ́ отъ человѣ́къ, или́ отъ бѣсо́въ, или́ отъ злы́хъ царе́й изгна́ніемъ и заточе́ніемъ, и ра́нами мно́гими, и бѣда́ми, у́зами, и темни́цами, и про́чими скорбьми́. Госпо́дь бо рече́: бу́дите ско́рбни въ мíрѣ се́мъ, и: дерза́йте, я́ко Азъ побѣди́хъ мíра, и та́ ва́мъ ско́рбь и печа́ль, ра́дость исхода́тайствуетъ. Аще кто́ хо́щетъ вѣнча́нъ бы́ти сла́вою нетлѣ́нною, то́й же́стоко и болѣ́зненно житіе́ здѣ́ да поживе́тъ, та́мо же сла́ву, и че́сть, и вѣ́чный поко́й обря́щетъ. Яко же проро́цы Бо́жіи пожи́ша, Дави́дъ бо рече́: днíе лѣ́тъ на́шихъ, въ ни́хъ же се́дмьдесятъ лѣ́тъ, а́ще ли же въ си́лахъ о́смьдесятъ лѣ́тъ, и мно́жае и́хъ тру́дъ и болѣ́знь. Та́кожде и Іеремíя пла́каше, и Іовъ дни́ своя́ кленя́ше. И Моисе́й рече́: убíй мя́, Го́споди. И Илія́ постя́ся четы́редесять днíй и, пла́ча, рече́: возми́, Го́споди, ду́шу мою́ отъ мене́. Даніи́лъ не вкуси́ хлѣ́ба за́ три недѣ́ли. О ни́хъ же и Па́велъ апо́столъ рече́: проидо́ша въ ми́лотехъ и въ ко́зіяхъ ко́жахъ, лише́ни, скорбя́ще, озло́блени, и́хъ же не бѣ́ досто́инъ ве́сь мíръ. Никто́же бо, рече́, вѣнча́ется, а́ще незако́нно му́ченъ бу́детъ, или́ незако́нно терпи́тъ. Но а́ще кто́ посто́мъ и покая́ніемъ, моле́ніемъ, и ми́лостынею, разрѣша́я вся́къ соу́зъ непра́вды, и упраздня́яся отъ кля́твы, и за́висти, отъ грабле́нія, и мзды́, отъ рѣзоима́нія, и́же не по зако́ну, и отъ корче́мнаго прику́па, и отъ пія́нства, о пребыва́ющихъ бо въ си́хъ апо́столъ Па́велъ рече́: я́ко таковíи Ца́рствія Бо́жія не наслѣ́дятъ. Отъ оскверне́нныя бо души́ пія́нствомъ, ни поста́, ни моли́твы не пріе́млетъ Госпо́дь. Аще у́бо пріи́деши къ це́ркви, пія́нствомъ смердя́, и согни́тіемъ сли́нъ, гдѣ́ тя́ учиню́ — въ пія́ницахъ ли, или́ въ по́стницѣхъ? Явѣ е́сть, я́ко пія́ницы Ца́рствія Бо́жія не наслѣ́дятъ. Постя́щися Анна, моля́шеся Го́сподеви, глаго́ля: при́зри, Го́споди, на рабу́ Свою́ и да́ждь ми́ пло́дъ чре́ва; и бы́сть е́й по моле́нію и проше́нію ея́ пло́дъ. Та́ко же и Сампсо́нъ постя́ся, побѣжда́ше иноплеме́нники по ты́сящи на́ день, и врата́ ка́менная восторга́ше, а́ки бы́ліе, и льво́ве крѣ́пости его́ руку́ не терпя́ху. Егда́ же прія́тъ его́ пія́нство, и тогда́ я́тъ бы́сть враги́, и о́чію лише́нъ бы́сть, и бы́сть въ поруга́ніе дѣ́темъ. Мы́ же, бра́тіе, бѣжи́мъ такова́го неду́га, да не бу́демъ въ поруга́ніе бѣсо́мъ, и въ посмѣ́хъ несмы́сленнымъ дѣ́темъ, и во опла́каніе вѣ́рнымъ и у́мнымъ, но чи́стымъ се́рдцемъ и тре́звымъ умо́мъ попере́мъ діа́вола и вся́ ко́зни его́, о Христѣ́ Іису́сѣ, Го́сподѣ на́шемъ, Ему́же сла́ва, ны́нѣ и при́сно, и во́ вѣки вѣко́мъ. [Ами́нь.]