Послу́шайте, бра́тіе моя́, пре́жде всего́ имѣ́йте стра́хъ Бо́жій въ сердца́хъ свои́хъ. Аще бо стя́жетъ человѣ́къ стра́хъ Бо́жій въ се́рдцѣ свое́мъ, мо́жетъ востягну́тися отъ вся́каго зла́. Къ це́ркви Бо́жіи бу́дите встанли́ви, а не лѣни́ви: та́ бо е́сть очище́ніе душа́мъ и тѣлесе́мъ на́шимъ. Въ це́ркви же сто́йте со́ страхомъ, не глаго́люще ни съ кѣ́мъ же, да и молча́щимъ не бу́дете на па́кость. Не то́кмо же сто́йте со́ страхомъ и тре́петомъ, но и со смире́ніемъ, послу́шающе пѣ́нія и почита́нія Боже́ственныхъ кни́гъ, и взира́юще на пречестны́й о́бразъ Бо́жій и на вся́ святы́я ико́ны, помина́юще грѣхи́ своя́ и сле́зы испуща́юще, уподобля́йтеся мытарю́, а не фарисе́ю. Наипа́че же духо́внаго отца́ слу́шайте и ходи́те къ нему́ ча́сто, исповѣ́дающе своя́ согрѣше́нія, не тая́ще ни еди́наго же грѣха́: ка́ющихся бо е́сть Бо́гъ, а не ка́ющихся и умножа́ющихъ грѣхи́ — діа́волъ. Аще бо человѣ́къ, пока́явся грѣхо́въ свои́хъ, а утаи́тъ хотя́ еди́нъ грѣ́хъ, мня́ въ не́мъ ма́лу вину́, за то́ осужде́ніе ве́ліе пріи́метъ. Якоже бо пти́ца, а́ще увя́знетъ въ сѣ́ти и еди́нѣмъ но́гтемъ, то вся́ поги́бнетъ; та́ко же и человѣ́къ, а́ще утаи́тъ и еди́нъ грѣ́хъ, то́й тяжча́е всѣ́хъ бу́детъ и я́ко горо́ю невозмо́жно бу́детъ дви́гнути. Па́ки же, а́ще оте́цъ духо́вный заповѣ́сть что́ епитиміи́, пріими́те съ любо́вію и сохрани́те ю́. Вы́ бо хо́щете то́кмо грѣхи́ исповѣ́давше и тѣ́мъ проще́ни бы́ти, за́повѣди же и епитиміи́ оте́цъ свои́хъ духо́вныхъ прія́ти не хо́щете. То́ подо́бно сему́ е́сть, я́коже устрѣля́тъ гдѣ́ человѣ́ка стрѣло́ю, и прило́мится въ не́мъ желѣ́зо, да егда́ приведу́тъ врача́, и вра́чь, разрѣ́завъ я́зву, и́зметъ желѣ́зо. Но а́ще не приложи́тъ зе́лія, то не мо́жетъ излѣчи́ти я́звы тоя́. Аще ли немощи́ на́чнетъ зе́лія терпѣ́ти, то ослабля́етъ, да лю́бо ма́ло что́ потерпѣ́въ исцѣле́нія ра́ди, да́же пома́лу та́ко исцѣлѣ́етъ. Та́ко же и мы́ твори́мъ грѣхи́, и́ми же устрѣли́лъ ны́ е́сть діа́волъ, и грѣ́хъ на́шъ въ на́съ пребыва́етъ, я́ко желѣ́зо; да́же пріи́демъ ко отцу́ своему́ духо́вному и исповѣ́мы грѣ́хъ то́й, оте́цъ же духо́вный, я́ко хи́трый вра́чь, и́зметъ изъ на́съ грѣ́хъ, я́коже желѣ́зо, и хо́щетъ ны́ лѣчи́ти по я́звѣ епитиміе́ю, проти́ву грѣху́ тому́. Егда́ же не мощи́ на́чнемъ епитиміи́ испра́вити, тогда́ облегча́етъ, да бы́ хотя́ ма́ло что́ испра́вили, то́чію не бы́ отню́дъ преоби́дѣли за́повѣди Бо́жія, ни о́тча повелѣ́нія преслу́шалися. Госпо́дь бо рече́: слу́шаяй ва́съ, Мене́ слу́шаетъ, а отмета́яйся ва́съ, Мене́ отмета́ется. Аще же и ны́нѣ кто́ рече́тъ: «Бо́га бою́ся, а человѣ́ка не слу́шаю» — ло́жь е́сть предъ Бо́гомъ. А е́же о причаще́ніи Пречи́стыхъ Та́инъ вели́ко е́сть дѣ́ло, бра́тіе, глаго́летъ бо вели́кій апо́столъ Па́велъ: а́ще кто́ причаща́ется Тѣ́ла и Кро́ве Христо́вы недосто́инъ, то бо́лій грѣ́хъ себѣ́ пріе́млетъ. Разумѣ́йте же, бра́тіе, ка́ко досто́итъ пріима́ти: пре́жде подоба́етъ исповѣ́дати грѣхи́ своя́ отцу́ духо́вному, отъ нача́ла да́же и до конца́; оте́цъ же духо́вный дае́тъ епитимію́ проти́ву грѣхо́мъ его́, да егда́ сконча́етъ за́повѣдь и на про́чая до́брая дѣ́ла на́чнетъ подвиза́тися, тогда́ да́стъ ему́ причаще́ніе; а́ще ли не та́ко, то лю́то бу́детъ даю́щему и пріе́млющему. И а́ще человѣ́ку человѣ́ка погуби́ти зло́ е́сть, чесого́ мно́го быва́етъ на ра́ти, или́ кромѣ́ ра́ти. А е́же человѣ́къ причаща́ется, не испра́вяся отце́мъ свои́мъ духо́внымъ, таковы́й человѣ́къ Христа́ въ себѣ́ губи́тъ и не и́мать обрѣсти́ себѣ́ отда́нія грѣхо́мъ. Подоба́етъ у́бо вся́кому христіа́нину три́жды въ лѣ́то причаща́тися Пречи́стыхъ Та́инъ Христо́выхъ и ка́ятися грѣхо́въ свои́хъ, а по на́шей сла́бости хотя́ еди́ножды въ лѣ́то въ Вели́кій по́стъ, и то́ вели́ко очище́ніе е́сть. Аще ли кто́ и того́ не сотвори́тъ, а случи́тся ему́ сме́рть, лу́чше бы ему́ не роди́тися. Епи́скопа же, или́ попа́, или́ діа́кона, или́ чернца́, или́ черни́цу, не мози́те осужда́ти, бра́тіе, и не за́зрите и́мъ ни въ че́мъ же, но больма́ люби́те я́, тíи бо су́ть хода́таи о на́съ къ Бо́гу. Глаго́летъ бо святы́й апо́столъ Па́велъ: бра́тіе, повину́йтеся наста́вникомъ ва́шимъ и покаря́йтеся и́мъ, тíи бо бдя́тъ о душа́хъ ва́шихъ, я́ко сло́во возда́ти и́мутъ о ва́съ; тѣ́мъ бо отвѣща́ти за на́съ, а не на́мъ за ни́хъ. Но а́ще хо́щеши поити́ къ ни́мъ и побесѣ́довати съ ни́ми о духо́вныхъ, или́ о печа́льныхъ свѣ́та сего́, тíи бо сы́нове безпеча́лія су́ть, мо́гутъ отъ печа́лей утѣ́шити на́съ. Или́ и́мате потре́бное что́, донеси́те и́мъ, то́ бо все́ въ ру́цѣ Бо́жіи влага́ете. Наипа́че же всего́ имѣ́йте прія́тельство къ царю́ своему́ всѣ́мъ се́рдцемъ свои́мъ и не помы́слите на́нь ничто́же зла́. Глаго́летъ бо святы́й апо́столъ Па́велъ: вся́ка вла́сть и вся́ко влады́чество о́тъ Бога учине́на су́ть. Да а́ще кто́ проти́вится вла́стелемъ, то́й Бо́жію повелѣ́нію проти́вится. Роди́теля же, а́ще кто́ и́мать, да чти́тъ я́, я́ко Бо́га, тѣ́ми бо свѣ́тъ позна́хомъ. Тогда́ бо свобо́денъ е́сть сы́нъ, егда́ погребе́тъ ко́сти роди́телю свое́ю. Бра́тію та́ко же люби́те, глаго́летъ бо Богосло́въ: а́ще кто́ рече́тъ: "Бо́га люблю́", а бра́та своего́ ненави́дитъ, ло́жь е́сть. Са́мъ бо Госпо́дь глаго́летъ: возлю́биши бли́жняго своего́, а́ки са́мъ себе́. Аще кто́ и́мать бра́та убо́га, или́ кого́ въ роду́, и да́стъ ему́ его́же тре́буетъ, то бо́льши инѣ́хъ ми́лостыней вмѣни́тся предъ Бо́гомъ. И рабы́ та́ко же води́те въ наказа́ніи и учи́те до́брымъ нра́вомъ, безъ преще́нія и ра́нъ, разумѣ́юще я́ко и тíи Бо́жіе созда́ніе, но на́мъ Бо́гомъ да́ны су́ть на слу́жбу. Тѣ́мъ же и ва́мъ досто́итъ пещи́ся душа́ми и́хъ, и отъ зла́ возбраня́ти, и на покая́ніе приводи́ти, и къ це́ркви Бо́жіи понужда́ти, вы́ бо есте́ во свои́хъ до́мѣхъ игу́мени. Аще кто́ у ва́съ не креще́нъ, или́ безъ покая́нія у́мретъ, то ва́мъ отвѣща́ти за душа́ и́хъ предъ Бо́гомъ. Дру́ги же таковы́ имѣ́йте себѣ́ и совѣ́тники, и́же не вся́ глаго́лемая ва́ми хва́лятъ, но судо́мъ пра́вымъ тща́тся отвѣща́ти. А и́же душевре́дна словеса́ глаго́лютъ, то су́ть не дру́зи, но ласка́тели свѣ́та сего́, а душа́мъ губи́тели. Па́че же всего́ не имѣ́йте го́рдости въ се́рдцѣ свое́мъ, ни во умѣ́. Слы́шасте бо, я́ко испе́рва а́нгелъ возгордѣ́, и Бо́гъ не пощадѣ́ его́, но во тму́, и про́пасть, и о́гнь негаси́мый посла́ его́. Не глаго́ли, я́ко бога́тства ра́ди гордѣ́ніе въ тѣ́хъ, и́же до́брѣ живу́тъ. Якоже бо вино́ на́ двое растворе́но е́сть: му́дрымъ на весе́ліе, а безу́мнымъ на зо́лъ грѣ́хъ, и на увѣ́чіе, и на убы́токъ; та́ко и бога́тство: и́но бо е́сть бога́тство до́брѣ со́бранное, а и́но златолю́біемъ со́бранное. Златолю́бецъ у́бо нѣ́сть стяжа́нію своему́ господи́нъ, но стра́жъ е́сть, а не господи́нъ, и имѣ́нію ра́бъ, а не Бо́гу. Во́литъ бо сребролю́бецъ свои́хъ мя́съ урѣ́зати, не́же ли погребе́наго зла́та въ земли́, или́ запечатлѣ́ннаго въ храни́лищи издава́ти неиму́щимъ. Показа́ бо Госпо́дь на́мъ о́бразъ, не высокомы́слити, ни надѣ́ятися на мно́жество бога́тства своего́. Бога́тъ у́бо бя́ше Авраа́мъ, но не златолю́бецъ, не бо любя́ше пола́ты зла́томъ укра́шены, но подъ дре́вомъ, ли́ствіемъ огради́вся, сѣдя́ше и спасе́ніе обрѣ́те. Не лѣня́шеся бо Авраа́мъ, но исхожда́ше на пу́ть, и гдѣ́ ви́дяше ни́ща, или́ убо́га, или́ а́лчна, или́ жа́дна, напита́ше и напоя́ше, или́ на́га, и одѣва́ше, и Го́споду прише́дшу къ нему́, закла́ Авраа́мъ теле́цъ ра́ди Его́. И тогда́ благослови́ Авраа́ма Госпо́дь и Са́рру, жену́ его́, и обѣща́ и́ма сы́на Исаа́ка. Не хвали́ся ро́домъ свои́мъ, я́ко благоро́денъ сы́й, но са́мъ собо́ю и дѣ́лы свои́ми. Аще глаго́леши: «отца́ и́мамъ боля́рина, а му́ченики Христо́вы бра́тію, и ма́ти ми́ е́сть благоро́дна». Отъ ма́ла ква́са все́ смѣше́ніе ква́сится. И па́ки рече́: «о́вцы бу́дутъ одесну́ю, а ко́злища ошу́юю». Ельма́ бо коза́, ни плода́ добра́ и́мать ча́дска, ни сы́ра подае́тъ добра́, ни во́лны; овца́ же все́ бла́го твори́тъ. Еди́нъ человѣ́къ мно́ги цѣли́тъ, и еди́нъ до́бръ мно́ги наста́витъ; а еди́нъ зо́лъ — мно́ги разврати́тъ. Якоже бо дѣвица доне́лѣ же храни́тъ дѣ́вство, подо́бно зове́тся, а́ще ли прельсти́тся ка́ко и согрѣши́тъ, то нѣ́сть у́же дѣвица. Та́ко и христіа́нинъ, а́ще ева́нгельская пове́ржетъ словеса́, а пога́нская дѣ́ла начне́тъ твори́ти, то нѣ́сть у́же христіа́нинъ, но то́кмо и́менемъ зове́тся христіа́нинъ. Рече́ бо Госпо́дь: «вражду́ положу́ между́ діа́воломъ и человѣ́ки»; мно́зи бо человѣ́цы діа́воле хотѣ́ніе творя́тъ. Но та́ко досто́итъ христіа́номъ, да вопію́тъ моле́ніемъ къ Бо́гу со восклица́ніемъ, да отжене́тъ врага́ лука́ваго. Нѣ́сть у́бо по́льзы человѣ́ку во́зрастомъ добру́ бы́ти, но па́че душе́ю добру́ бы́ти къ Бо́гу. Ибо ду́бъ высо́къ во́зрастомъ и красе́нъ, но безъ плода́ е́сть; а я́годичина по земли́ лежа́щи, но пло́дъ творя́щи, во всѣ́хъ дра́га е́сть. Что́ у́бо пчелы́ ху́ждьши? Что́ же ли павли́на краснѣ́е? Но кто́ ею́ како́въ пло́дъ прино́ситъ? Аще дру́гови, укоря́ющему тя́, исповѣ́даеши дѣла́ своя́, а Бо́гу, цѣля́щему тя́, не хо́щеши повѣ́дати грѣхи́ своя́. Глаго́летъ бо писа́ніе: «не срамля́йтеся грѣхо́въ свои́хъ повѣ́дати отце́мъ свои́мъ духо́внымъ, тѣ́ми бо очища́ются грѣси́». Аще чте́ши Бо́га, то бу́детъ одесну́ю тебе́; а́ще ли не чте́ши Бо́га, то бу́детъ одесну́ю тебе́ діа́волъ. Госпо́дь бо глаго́летъ: «се́ да́хъ тебѣ́ два́ о́ка, двѣ́ ру́цѣ и но́зѣ двѣ́, да хо́диши по за́повѣдемъ Мои́мъ. Аще ли же не послу́шаете за́повѣдей Мои́хъ, и бу́дете дѣ́ла діа́воля твори́ти, того́ ра́ди по́жнетъ вы́ се́рпъ, ка́знію зло́ю и сме́ртію, а по сме́рти му́ка вѣ́чная жгу́щи огне́мъ негаси́мымъ». Стра́шно и гро́зно, бра́тіе, слы́шати, страшнѣ́е же того́ бу́детъ самѣ́мъ ви́дѣти. Того́ ра́ди убо́йтеся, бра́тіе, о́ныхъ стра́шныхъ му́къ, и всегда́ моли́теся Го́споду Бо́гу здѣ́, покая́ніе чи́сто творя́ще, и на прежетворе́ныя грѣхи́ не возвраща́йтеся. Поживи́те чи́стымъ и добродѣ́тельнымъ житіе́мъ, злы́я нра́вы и обы́чаи оставля́юще, а до́брыя пріе́млюще. Па́че же всего́, бра́тіе, сиро́тъ и убо́гихъ не забыва́йте, ели́ко мо́жете, по си́лѣ подава́йте, нагíя одежи́те, и дру́гъ дру́га люби́те, и са́ми бо вѣ́сте, я́ко любы́ о́тъ Бога е́сть. Бо́гу на́шему сла́ва.