И́же не твори́т во́ли Бо́жии, сеть есть диа́воля. Я́коже и пти́ца, а́ще и не всем те́лом увя́знет, но за еди́ну но́гу, под вла́стию быва́ет положи́вшаго сеть: та́ко и мы от жития́, и от ве́ры небла́ги, под вла́стию есмы диа́волею. Не всяк бо, рече́ Госпо́дь, глаго́ляй ми: Го́споди, Господи, вни́дет в Ца́рство небе́сное. И па́ки: Не вем вас, отступи́те от Мене́ вси де́лающии беззако́ние. Ви́дите ли, ко́е приобре́тение от ве́ры без до́брых дел? И де́вам то́же рече́т: Не вем. Ко́е у́бо приобре́тение бысть им от де́вства к толи́ким трудо́м, егда́ не знает их Влады́ка? И мно́ги инде обрета́ем о ве́ре неосужде́нны, от жития́ же зла му́чимы. А и́же за́поведи не сохраня́т, ти́и отню́д поги́бнут. Поне́же и де́вы не блуда́ де́ля не внидо́ша в жизнь, ни пия́нства, ни за́висти, ни злове́рия, но ску́достию еле́я, я́же не творя́ху ми́лостыни. Еле́й бо ми́лостыня есть, та бо всяк грех очища́ет, и к Бо́гу приво́дит. Слы́шасте бо и Самого́ Го́спода к неми́лостивым глаго́люща: Отъиди́те от Мене́ про́клятии во огнь ве́чный. Ино́го ни еди́наго не помяне́ греха́, но не сотвори́сте то́кмо, рече́, ми́лости, ни корми́сте бра́тии Моея́, того́ ра́ди не зна́ю вас.