Два бра́та при́сная приидо́ста жи́ти в монасты́рь. Еди́н же от нею́ бе по́стник, а други́й послуша́ние име́ велие. И глаго́лаша ему́ ста́рцы, сотвори́ се, и творя́ше. Я́ждь изу́тра, и ядя́ше. И сла́ву приима́ше послуша́нием в монастыри́. Устреле́н же бысть о нем брат его́ по́стник, рече́ в себе́, да искушу́ сего́, а́ще и́мать послуша́ние. И шед ко игу́мену рече́, пусти́ со мно́ю бра́та моего́, да и́дема не́камо. И отпусти́ и́ оте́ц. По́стник же хотя́ искуси́ти, и прии́де на реку́, в ней же бе мно́жество коркоди́л, и рече́ ему́ вле́зи в реку́ и преиди́. И я́ко вле́зе в реку́, и приидо́ша коркоди́ли и лиза́ху те́ло его́, и невреди́ша и́. И ви́дев по́стник, рече́ к нему́, изле́зи из реки́. Иду́щима же и́ма путе́м, и обрето́ста те́ло ме́ртво пове́ржено на пути́. Рече́ же ему́ по́стник, а́ще бы́хома име́ли ве́тошь, возложи́ли бы́хома на те́ло. И рече́ име́яй послуша́ние, па́че моли́тву сотвори́ма, не́гли воста́нет; И ста́ста моли́тися. Помоли́вшимажеся и́ма, воста́ мертве́ц, и хва́ляшеся по́стник глаго́ля, поста́ моего́ ра́ди воста́ мертве́ц. Яви́ же Бог игу́мену в монастыри́, ка́ко искуси́ бра́та своего́ в коркоди́лех, и ка́ко воста́ мертве́ц. И егда́ прии́де в монасты́рь, и глаго́ла игу́мен по́стнику, что та́ко сотвори́л еси́ бра́ту своему́. За послуша́ние бо его́ воста́ мертве́ц. Ты же ктому́ у́бо про́чее не искуша́й никого́же, да не погуби́ши труда́ своего́ по́стнаго.