Сей блаже́нный Васи́лий бе при благове́рном царе́ и вели́ком кня́зе, Иоа́нне Васи́лиевиче всея́ Росси́и самоде́ржце. И при преосвяще́нном Мака́рии митрополи́те, Моско́вском и всея́ Росси́и. Отца́ имя́ше и́менем Иа́кова, ма́терь же А́нну, от нею́ же моли́твою испроше́н сый от Бо́га: и́маже по ве́ре ею́ и дан бысть. И от мла́да во́зраста Бо́га возлюби́, и во след его́ пойде. Оста́вль бо дом оте́ческий, и род свой, и премени́в тле́нное жи́тельство наде́ждею бу́дущих благ на духо́вное. Вме́сто бо отца́ плотска́го имя́ше, отсече́ние бре́мене грехо́внаго: вме́сто ма́тере, чистоту́: вме́сто бра́тий, жела́ние тече́ния к го́рнему Иеросали́му: вме́сто чад, воздыха́ния серде́чная. И мно́гими жесто́кими труды́ удручи́ себе́. Толи́ко же безъиме́нен бя́ше, я́ко ни верте́па ма́ла име́ у себе́, ни ри́знаго одеяния на теле свое́м ноша́ше, но без кро́ва всегда́ пребыва́ше, и наг хожда́ше и в зиме́ и ле́те. Зимо́ю от мра́за померза́емь, в ле́те же от зно́я опаля́емь. И посреди́ молв и пли́щев живы́й, ду́шу от страсте́й свобо́дну име́я, всегда́ Христа́ ра́ди бу́йственное житие́ жи́тельствоваше. И не глаго́лаше ничто́же, а́ки безгла́сен творя́шеся, утаи́тися мня от челове́к доброде́тельми, Бо́гу же точию ведом быти. Но не мо́жет укры́тися град верху́ горы́ стоя́: до́йде бо сла́ва о нем, жития́ его́ р́ади чи́стаго и терпе́ния кре́пкаго, в слу́ха и благове́рнаго царя́, и вели́каго кня́зя Иоа́нна Васи́лиевича всея́ Росси́и самоде́ржца, и преосвяще́ннаго митрополи́та Мака́рия Моско́вскаго, и всея́ Росси́и. О его́же житии́ сказа́ самодержа́внейшему сий преосвяще́нный митрополи́т Мака́рий, и зело́ диви́стася о его́ терпе́нии, и похвали́ста Бо́га я́ко в их вре́мя дарова́ Бог такова́ свя́та му́жа. И си́це блаже́нный Васи́лий неукло́нно подвиза́вся поживе́, труды́ и терпе́нием, алка́нием же жа́ждею, и на вся́кий день вдая́нием себе́ на беды́ сме́ртныя: и болезнию объя́т быв лежа́ше на одре́. Слы́шав же свята́го к Бо́гу отше́ствие, благове́рный царь, и вели́кий князь Иоа́нн Васи́лиевичь всея Росси́и самоде́ржец, со свое́ю благочести́вою цари́цею, и вели́кою княги́нею Анастаси́ею, и свои́ми благоро́дными ца́ревичи Иоа́нном, и Фео́дором, прии́де к нему́ на посеще́ние, и благословение прия́ти. Блаже́нный же близ сме́рти сый, и при последнем издыха́нии царе́вичу Фео́дору проро́чески глаго́лаше: Вся прароди́телей твои́х твоя́ бу́дут, и насле́дник бу́деши им: и та́ко предаде ду́шу свою́ в ру́це Бо́жии. И испо́лнися от телесе́ свята́го весь град благоуха́ния, и мно́жество гра́да стеко́шася на погребе́ние его́. И бе ви́дети уми́лен позо́р: царь бо и кня́зи те́ло свята́го са́ми несо́ша до святы́я це́ркве на ра́мех свои́х, и архиере́й и свяще́нницы, и весь при́чет во псалме́х и пе́снех блаже́ннаго хв́аляще и пою́ще: Наро́ди же со слеза́ми вопию́ще глаго́лаху: Преблаже́нне Васи́лие, моли́ся приле́жно Христу́ Бо́гу на́шему за град наш Москву́, и за вся Росси́йския гра́ды и ве́си, и за христолюби́ваго царя́ на́шего: и за его благочести́вую цари́цу, и за благоро́дныя ча́да их: и во́инству его́ бу́ди на сопоста́ты побе́да и одоле́ние. Царь же иды́й и со цари́цею ра́достныя и ско́рбныя от о́чию испуща́ху сле́зы: ра́достныя у́бо, я́ко в такове́м сконча́нии в́идеша соверше́на, и святы́х причте́на ли́ку: ско́рбныя же, я́ко лиши́шася такова́ до́браго подви́жника. Мно́зи же тогда́ прикоснове́нием к святы́м его́ мощем, исцеле́ние получи́ша. Преосвяще́нный же Мака́рий митропол́ит со всеосвяще́нным собо́ром, псалмы́ и пе́сни надгро́бныя пе́вше над мощьми́ свята́го, и погребо́ша я́ че́стно: в ле́то седмь ты́сящь шестидеся́тое, ме́сяца а́вгуста во вторы́й день. Жития́ же его́ бе, о́смьдесять осмь лет: из ни́хже благоуро́дствова, се́дмьдесять два ле́та. Его́же и по сме́рти просла́ви Госпо́дь чудесы́, в ле́то седмь ты́сящь де́вятьдесять шесто́е. Бо́гу на́шему сла́ва, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.