Бра́ту не́коему прии́де брань, и возвести́ а́вве Иракли́ю. И глаго́ла ему́ он укрепля́я его́: я́ко не́кто ста́рец, имя́ше ученика́ послушли́ва зело́, на мно́га ле́та. Еди́ною же брань бысть ему́: и сотвори́ мета́ние ста́рцу, глаго́ля: сотвори́ ми еди́ному бы́ти. Глаго́ла ему́ ста́рец: виждь ме́сто, и сотвори́м ке́ллию. И шед я́ко зна́мение еди́но обре́те, и прише́дше сотвори́ша ке́ллию. И глаго́ла бра́ту: е́же глаго́лю ти, сотвори́, егда́ вза́лчеши, яждь: егда́ вжа́ждеши, пий: егда́ воздре́млеши, спи, то́чию из кел́лии не исходи́ до суббо́ты, и тогда́ прии́ди ко мне. Брат же сотвори́ два дни по за́поведи. В тре́тий же день уны́в глаго́ла: что сие́ сотвори́ ми ста́рец? И воста́в пев мно́ги псалмы́, и по захожде́нии со́лнца яде́: и воста́в и́де спа́ти на рого́зе свое́й, и ви́де ефио́па лежа́ща, и скре́гчуща зубы́ свои́ми нань. И со стра́хом мно́гим тек, прии́де к ста́рцу, и толкну́ во врата́ глаго́ля: а́вво, поми́луй мя, и отве́рзи. Ста́рец же позна́в, я́ко не сохрани́л есть сло́во его́, не отве́рзе ему́ до зау́тра. Во у́тро же отве́рз, обре́те его́ моля́щася, и уще́дрив его́ введе́. Тогда́ глаго́ла ему́: моли́ся о́тче, ефио́па че́рна ви́дех, внегда́ идо́х спа́ти. Он же рече́ ему́: се пострада́л еси́, поне́же не сохрани́л еси́ сло́во мое́. Тогда́ даде́ ему́ чин проти́ву си́лы его́, и по ма́ле бысть иску́сен мона́х. Бо́гу на́шему сла́ва, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.