Сия́ свята́я Миропи́я, бя́ше во Ефе́сстем гра́де. Отцу́ же ея́ уме́ршу, воспите́на бысть ма́терию. И порождена́ бы́вши святы́м креще́нием. Бя́ше же ей обы́чай ходи́ти к па́мяти святы́я Ермиони́и, еди́ныя от дще́рей свята́го апо́стола Фили́ппа, и ми́ро от гро́ба ея́ взима́ти, и всем неоску́дно подава́ти. Того́ ра́ди сицево́е и́мя себе́ стяжа́вши. Деки́ю же тогда́ ца́рствующу, и гоне́ние на христиа́ны подви́гшу. Ма́ти прии́мши Миропи́ю, во о́стров Хио́нский отъи́де, и де́днее насле́дие та́мо име́юща. И бя́ше тамо в хра́мине пребыва́ющи, Бо́гу всегда́ о себе́ моля́щися. Не́когда же кня́зю доше́дшу во о́стров Хио́нский, ят быв блаже́нный Иси́дор я́ко христиани́н, от того самого́ во́инскаго чи́на, муж чу́ден и благогове́ин, его́же искуша́я бя́ше князь, и му́ча, е́же отступи́ти от ве́ры Христо́вы. И я́ко не увеща́ его́, по мно́гих му́ках ме́чною сме́ртию того́ осуди́, и в дебрь не́кую в снедь зве́рем и пти́цам предаде́ и́. И стра́жем приседя́щым телеси́, по повеле́нию кня́зя. Святая же Миропи́я, ре́вностию боже́ственною подви́гшися, но́щию с свои́ми служе́бницами прише́дши, прия́т свято́е его́ те́ло, и че́стне покади́вши, в наро́читем ме́сте положи́. Уве́дев же князь теле́сное украде́ние, и стра́жи желе́зы окова́в, повеле́ по всему́ о́строву води́мым бы́ти, и испы́товати, глаго́люще: я́ко а́ще не изобря́щут крадо́мое, внутрь да́ннаго им повеле́ния, глава́м отсече́ние да прии́мут. Тогда́ свята́я ви́дящи всегда́ во́ины му́чимы, и влеко́мы с желе́зы обложе́ны их, и сих стра́сти злы́я, и главна́го отсече́ния слы́шавши, умили́ся душе́ю. И такова́я в себе́ ре́кши: А́ще си́и моея́ ра́ди крадбы́ стра́ждут, вем, я́ко ну́ждно душа́ моя́ оскорби́тся, и го́ре мне на суде́ бу́дет. И внеза́пу рече́ во́ином: О́ дру́зи, тело, е́же изгуби́ли есте́, аз взях е́, вам спя́щым. Во́ини у́бо о́ну и́мше, предста́виша ю́ кня́зю, глаго́люще: Сия́ есть го́споди, я́же нуждесме́ртнаго ста́рца укра́дшася. И князь рече́ ко святе́й: И́стина ли суть я́же о тебе́ глаго́лемая? Свята́я же рече́: И́стина. И князь рече́: Да ка́ко сме́ла еси́ прокля́тая же́но то сотвори́ти? Она́ же рече́: Преоби́дящи и оплева́ющи твое́ окая́нство и безбо́жие. И сия́ не вма́ле подвиго́ша на я́рость го́рдаго о́ного кня́зя. И а́бие повеле́ па́лицами без ми́лости би́ти ю́. Та́же и влачи́ти ю́ по всему́ о́строву за плени́цы влас, и би́ти по всем удесе́м. И сему́ бы́вшу, е́ле жи́ву в темни́цу му́ченицу затвори́ша. В полу́нощи же моля́щися святе́й, свет обсия́ всю темни́цу, и лик а́нгельский предста́, и посреде́ их святы́й Иси́дор, пою́ще Трисвяту́ю песнь. И святый на му́ченицу воззре́в, «мир тебе́, рече́, Миропи́е, прибли́жашася мольбы́ твоя́ к Бо́гу. И се бу́деши с на́ми, и прии́меши угото́ванный тебе́ вене́ц». И а́бие с сло́вом предаде́ дух свой Го́сподеви, и испо́лнися темни́ца неизрече́ннаго благоуха́ния, я́ко и темни́чником ужасну́тися, и чудеси́ бы́ти. Сия нам пове́да бдяй тогда́ стра́жник, я́ко ви́дев сия́ и слы́шав. И сего́ ради прише́д и крести́ся, и муче́ния вене́ц восприи́м. Те́ло же святы́я повеле́нием кня́жим христиа́не взе́мше, в наро́чите ме́сте положи́ша.