Пове́даше нам Иоа́нн пасту́х, я́ко приидо́хом к Нико́ле отше́льнику и обрето́хом и́ в пеще́ре седя́ща. И бя́ше беле́ц не́кий прише́л к нему́, и глаго́лющим нам о спасе́нии души́, рече́ оте́ц Нико́ла бельцу́: «Рцы нам ты ко́е сло́во, по́льзы ра́ди». Отвеща́ беле́ц: «Что и́мам рещи́, ли ку́ю по́льзу сотвори́ти, челове́к беле́ц сый? А бых могл себе́ ку́ю сотвори́ти». Глаго́ла ему́ ста́рец: «Все ели́ко ти велю́ сло́во рцы». Тогда́ рече́ беле́ц: «И́мам два́десять и два ле́та, стражда́ де́ло госпо́дий свои́х без поко́я, я́ко кроме́ суббо́ты и неде́ли не ви́де мене́ со́лнце седя́ща. Бех наи́мник у бога́та му́жа на селе́. Оби́длив же и лихои́мец. Сотвори́х у него́ пятьна́десять лет, де́лая день и нощь. И не рачи́ ми да́ти наи́ма моего́ ни во еди́но ле́то, но оскорбля́ше мя нема́ло. Аз же рех в себе́: Фео́доре, а́ще стерпи́ши у сего́ му́жа, в наи́ма ме́сто е́же бы ти дал, даст Бог Ца́рство небе́сное приобрести́. Сохрани́х и те́ло мое́ чи́сто от жены́ и до ны́нешняго дни». Си слы́шавше мы по́льзу прия́хом вельми́.