Сей преподо́бный оте́ц наш Зоси́ма, из мла́да восхоте́ Бо́гу рабо́тати. И шед в монасты́рь млад сый и постриже́ся в Ти́ре, в страна́х Палести́ньских. И до́бре соверши́в мни́шеское житие́, и бысть иску́сен ста́рец. И сподо́бися мно́гаго виде́ния от Бо́га. Непреста́нно же де́лая рукоде́лие со слеза́ми и моля́шеся Бо́гу. Взы́де же по́мысл ему́ глаго́ля, обря́щет ли ся мужь в пусты́ни лу́чши мене́ де́лом. И прии́де к нему́ не́кто глаго́ля, О Зоси́мо, до́бре у́бо я́ко челове́к подви́гнулся еси́, но никто́ же соверше́н есть. Но да разуме́еши коли́ко ине́х есть о́браз спасе́ния. Изы́ди от земли́ твоея́, и иди́ в монаст́ырь и́же есть близ Иорда́на. И сотвори́ та́ко Зоси́ма по повеле́нию его́. И и́де в монасты́рь. Бе же в монастыри́ том обы́чай тако́в, во святы́й пост бра́тии исходи́ти в пусты́ню на моли́тву, то́кмо вра́тнику еди́ному оставля́тися. Бра́тии же сходи́тися в монасты́рь в Вели́кий четверто́к ко свято́му Причаще́нию. Зоси́ма же изы́де в пусты́ню, и ви́де святу́ю Мари́ю, и гна́шеся по ней. Она́ же рече́, а́ще хо́щеши ви́дети мя Зоси́мо, даждь ми ри́зу твою́. И сотвори́ та́ко. И облече́ся в ри́зу. И пове́да ему́ Мари́я вся по́ряду о себе́ я́же от ю́ности своея́ сотвори, ка́ко первее в блуде́ поживе́, и ка́ко в пусты́ню вни́де. И повеле́ ему́ приити́ в прииду́щее ле́то со святы́м Причаще́нием на Иорда́н. И мину́вшу ле́ту, прии́де Зоси́ма со святы́м Причаще́нием, и ви́де преподо́бную иду́щу чрез Иорда́н а́ки по́ суху, и даде́ ей Прича́стие. И в тре́тий год та́коже прии́де и ви́де преподо́бную ме́ртву, и не моги́й от ста́рости погрести́ ея́. И ви́де лва и рече́ ему́, О зве́рю, ты погреби́ преподо́бную Мари́ю, аз бо стар есмь и не могу́ копа́ти. И а́бие вы́копа зверь я́му, и погребе́ Зоси́ма честно́е те́ло преподо́бныя Мари́и. Ше́дши же в монасты́рь пове́да игу́мену Иоа́нну, и всей бра́тии о преподо́бней Мари́и, ка́ко ю́ просла́ви Бог. Посе́м поживе́ оте́ц наш честны́й Зоси́ма в труде́х и в моли́твах и в слеза́х, стар сый отъи́де от жития́ сего́. И погребе́н бысть че́стно.