Сей у́бо святы́й Ко́нон, бе в лета святы́х апо́стол, от села́ глаѓолемаго Вида́ния, отстоя́ща осемна́десять по́прищ от Исаври́йскаго гра́да, сын сый Не́сторов и На́дин. Во́зраста же дости́г, сочета́ся с жено́ю, и не то́кмо не прибли́жися ей, но и увеща ю́ де́вствовати: и в про́чее вре́мя пребы́сть я́ко с сестро́ю. И прии́де к ни́ма, и крести́ я́ архистрати́г Михаи́л: то́йже и ве́ре Христо́ве научи́, и чести́ в Тро́ице Еди́наго Бо́га непрело́жна. И даде́ и́ма от святы́х Та́ин, и до конца́ с ни́ма бя́ше неви́димо: и пресла́вных чуде́с де́тельство подавая. Крести́ же и роди́теля своя́. Оте́ц же его́ Не́стор, по Христе́ пострада́ти сподо́бися, зане́ идолослужи́телем противля́шеся. Святы́й же Ко́нон, к бесе́де идолослуже́бников приступи́, вопроше́нию их су́щу: кий у́бо от бого́в лу́чши есть? Ко́нон же глаго́лаше: Я́ко еди́н есть Христо́с Бог, а не ин. Они́ же творя́ху бо́ги и́долы в ня́же ве́роваша. И сотвори́ша зало́г с Ко́ноном глаго́люще: Се и́дем на ме́сто иде́же стоя́т бо́зи на́шы, и хо́щем пожре́ти им, и ты пойди́ ины́м путе́м. А́ще ли упреди́ши, сотвори́ е́же хо́щеши. А́ще ли от нас вари́т тя кто, и тогда́ уразуме́еши. Они́ же на ко́нех, а Ко́нон пешь вари́в си сокруши́ и́долы. Оста́вив еди́наго, возврати́вся же сре́те кумирослужи́тели, и чуди́шася вси приклю́чшиися ту. Е́ллини же безсту́дни су́ще, помоли́шася оста́вльшему ка́пищу, и́щуще уве́дати кто есть Бог бо́лий. И по повеле́нию свята́го, бе́су изше́дшу и ре́кшу: Христо́с Бог Ко́ноном пропове́даемый. Тогда́ возопи́ наро́д: Еди́н Бог Ко́нонов преодоле́, и ве́роваша Христо́ви. Таковы́й же глаго́л и до ны́нешняго дне иса́вряне глаго́лют: в па́мять свята́го Ко́нона. Прия́т же над бе́сы о́бласть, о́вы устро́и де́лати на селе́ и плоды́ сохраня́ти, о́вы же в корча́зех заключи́, и запеча́тав погребе́ под основа́нием своего́ до́му. И по уме́ртвии его́, до́му его́ на це́рковь устро́ену. Копа́ющии же основа́ние це́ркве, обрето́ша сосу́д скуде́льный, и мне́вше зла́то. Сокруши́вше еди́н сосу́д: и изыдо́ша бе́си в виде́нии о́гненне, и вси устраши́шася, я́ко не мощи́ прейти́ из до́му по захожде́нии со́лнца, до́ндеже помо́лятся свято́му Ко́нону, и па́ки исчеза́ху. О́браз же муче́ния его́ си́цев бысть: иге́мону Магдо́ну прише́дшу, ят бысть, и Христа́ испове́да, и не покори́вся пожре́ти и́долом, св́язан бысть и бие́н вельми́. И сте́кшеся люде́й мно́жество, да убию́т иге́мона, и сей отбежа́. Пое́мше же Ко́нона, и кровь его́ оте́рше е́юже бе пома́зан, во свое́м дому́ устро́иша его́. И пото́м два ле́та пожи́в, к Бо́гу отъи́де, Его́же возлюби́.