Бра́тие убои́мся сме́рти и ужасне́мся. Убои́мся же и родства́ о́гненаго, я́ко ве́чен есть. Убои́мся огня́, я́ко негаси́мь есть. Убои́мся грозы́, я́ко не прелага́ется в теплоту́. Убои́мся тмы, я́ко не прелага́ется в свет. Убои́мся че́рьвий, я́ко безсме́ртен есть. Убои́мся а́нгел и́же над судо́м, я́ко безми́лостиви суть. «Го́ре мне, я́ко Тебе́ Го́споди вопию́щу, не послу́шах глаго́люща ми. Душе́ отста́ни от вся́кого скверне́ния, и вся́ческих веще́й я́ко суть ме́рзска. Го́ре мне, я́ко храм Твой оскверни́х, и Святы́й Дух оскорби́х. Бо́же пра́ведна дела́ Твоя́ и суды́, за мал грех пи́щи ра́йския, и Ца́рствия небе́снаго разлуча́юся, и не умира́я му́чуся. За пло́тныя сла́сти огне́ви предаю́ся. Пра́ведный суд Госпо́день, уча́ху мя, и не послу́шах. Послу́шествоваху ми, аз же руга́хся», - та́ко на́чнеши глаго́лати.
А́ще ключи́т ти ся пре́жде покая́ния исто́ргнутися, челове́че, или́ гее́нны убо́йся, или́ к Ца́рству потщи́ся. Бра́тие, ничто́же пре́жде чти́те ра́зве непрезри́мыя любве́. Мно́го бо согреша́ем по вся дни и времена́ и часы́ и но́щи, да сего́ ра́ди любо́вь име́ем. Сия́ бо покрыва́ет мно́жество грехо́в. Кий успе́х ча́да, а́ще весь мир прии́мем, а спаса́ющия любве́ не и́мам[ы]? Кий успе́х, а́ще кто обе́д вели́к сотвори́т, и убеди́т царя́ или́ кня́зя, и все пригото́вит мно́го ели́коже тре́бует, а со́ли не и́мать, еда́ мо́жется я́сти обе́д той? Не то́же еди́но е́же бу́дет изгото́вил своя́ блага́я, но сам ся обря́щет посра́млен от зва́ных. Та́ко и зде бра́тие моя́, кий успе́х толи́ко труди́тися в ветр без любве́? Без любви́ бо вся́ко де́ло нечи́сто. А́ще кто и́мать де́вство, или́ поще́ние, или́ бо́дрость, или́ моли́тву, или́ странноприя́тие, или́ дар прино́сит Бо́гу и плоды́ своя́ Це́ркви: или́ и́но что твори́т без любве́, все нивочто́же явля́ется пред Бо́гом, не тре́бует бо их. Не мы́сли без любве́ ничто́же твори́ти никогда́же. А́щели рече́ши: «Не хощу́ с бра́том мои́м смири́тися, но Христа́ люблю́», - обря́щешися ложь, облича́ет бо тя Иоа́нн апо́стол: «Кончи́на бо зако́ну любы́».
О́ле си́ла любве́ непобеди́мыя! О́ле си́ла любве́ безчи́сленыя! Ничто́же несть любве́ бо́ле, ни на небеси́, ни на земли́. Сия́ свята́я любы́ есть глава́ добродея́ния. Любы́ есть зна́мение к сему́ добродея́нию. Любы́ есть соль вся́кому. Любы́ не превозно́сится. Любы́ есть кончи́на зако́ну. Сия́ всели́ся в се́рдце А́велево. Сия́ патриа́рхом помога́ше, те́мже сию́ храня́т. Сия́ в проро́ки всели́ся. Сия́ Дави́да дом сотвори́ Свято́му Ду́ху. Сия́ у́бо И́ова укрепи́. Что же глаго́лю вя́щше? Сия́ Сы́на Бо́жия с небесе́ к нам сведе́. Любве́ ра́ди все до́брое яви́ся. Сею́ бо смерть умертви́ся, и ад плени́ся, и Ада́м обнови́ся. Любве́ ра́ди Ца́рство небе́сное пропове́дася. Сия́ пусты́ни яви́ я́ко гра́ды. Сия́ рыбаря́ уму́дри. Сия́ го́ры и верте́пы испо́лни пе́сньми. Сия́ научи́ му́жи и жены́ те́сным и ско́рбным путе́м ходи́ти. Но доко́ле не оста́влю любо́внаго словесе́? А́нгели бо не мо́гут испове́дати я́же о любви́ суть, исправле́нии блаже́нных. Любы́ - приноси́тель всему́ добру́ де́лу. Блаже́н челове́к и́же и́стинную нелицеме́рну любо́вь изобре́т. Я́коже глаго́ла Влады́ка: «Я́ко бо́льши сея́ любве́ никто́же и́мать, да кто ду́шу свою́ преда́ст за и́скренняго своего́». Сию́ любо́вь имы́й Па́вел апо́стол глаго́лаше: «Любы́ бли́жнему зла не твори́т». Не возда́й же никому́ же зла за зло, ни клеветы́ за клевету́. Сию́ же любо́вь изобре́т ни еди́ного же не пре́зри, ни зави́ди, ни ропщи́, ни ненави́ди бра́та своего́ никогда́ же. Не то́кмо тех люби́ и́же тя лю́бят, но и ненави́дящыя тя люби́. Сию́ святу́ю любо́вь имы́й первому́ченик Стефа́н, за ты́я и́же бия́ху и́ ка́мением, моля́ше Бо́га глаго́ля: «Го́споди, не поста́ви им греха́ сего́». Блаже́н челове́к, и́же пре́жде всего́ изобря́щет ю́. Сему́ мзда на всяк день расте́т. Сему́ вене́ц угото́вися. Сего́ вси а́нгели блажа́т. От сего́ Бог не отлуча́ется никогда́же. Бог любы́ есть, да и́же живе́т в любви́, в Бо́зе живе́т, и Бог в нем. И любо́вию все есть. Бо́гу на́шему сла́ва ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.