Ви́ктор святы́й му́ченик бе от гра́да Кори́нфа христиа́ну роди́телю сын. И сам же [в] до́брых де́лех прилежа́. В то же вре́мя воста́ гон́ение на христиа́ны. Прише́дшу Фео́кту иге́мону в Кори́нф, и повеле́ пожре́ти Артеми́де, и тогда́ не́цыи насочи́ша ему́ Ви́ктора, укаря́ет бо́ги и христиа́на себе́ испове́дает. И повеле́ привести́ его́ ну́ждею, и рече́: Ви́кторе, а́ще отве́ржешися Христа́, то царю́ зна́емь бу́деши, и зато́ мно́го от него́ прии́меши. Мне же друг бу́деши и всем боля́ром. А́ще ли не послу́шаеши мене́, ве́дый бу́ди я́ко го́рькия му́ки ждут тебе́. Име́ние е́же в царе́ву ри́зницу вдано́ бу́дет, и род твой расточу́, а те́ло твое пове́ржено бу́дет псом. Ви́ктор же рече́: Глаго́лет Христо́с Бог мой, и́же лю́бит отца́ или́ ма́терь, и жену́ и де́тий и зла́то, ли се́ла, ли притяжа́ния па́че Мене́, не и́мать вни́ти в Ца́рство небе́сное. Ны́не у́бо веждь иге́моне, я́ко не хощу́ вре́менных, но ве́чных жела́ю . Разгне́вав же ся иге́мон, повеле́ растя́гши би́ти сукова́тым же́злием. Посе́м связа́вше ему́ ру́це, пове́сиша и на дре́ве, и свеща́ми ре́бра его́ пожго́ша. И сне́мше и́ с дре́ва по чрепо́м о́стрым влеча́ху и́. В я́звы его́ лия́ху лю́тый о́цет и ничто́же рече́, я́ко позо́рующими вельми́ похвале́н бысть. И егда́ бысть ему́ преда́ти ду́шу, и не́кто от друг его́ приступи́в рече́: О́ Ви́кторе, что та́ко умира́еши, не обряди́в своего́ име́ния. Ны́не у́бо да ти вре́мя испрошу́ ма́ло. И повеле́ Ви́ктор та́ко тому́ бы́ти. Еди́н же приступль иге́мону и рече́: Пусти́ Ви́ктора, да его́ накажу́ и по́жрет и́долом. И ту а́бие му́чащии преста́ша, и вси ре́ша, яко отве́ржеся Христа́. Ви́ктор же в темни́цы у́мре от ран. Но никто́же да не помы́слит, я́ко не прии́мет венца́, не бо сам испроси́л вре́мени у кня́зя, но е́ллин о себе́ глаго́л[а], ему́же бу́ди ана́фема, му́ченику же Христо́ву Ви́ктору ве́чная па́мять.