Сия́ бя́ше, дщи вели́каго кня́зя Дими́трия Константи́новича Су́ждальскаго. Поживе́ же с супру́гом свои́м, вели́ким кня́зем Дими́трием Иоа́нновичем, благоуго́дно Го́сподеви. По преставле́нии же муж своего́, наипаче доброде́тельми к Бо́гу подвиза́ся осмьна́десять лет. Посе́м воздви́же на свое́м ца́рском дворе́, це́рковь ка́менну Рождества́ Пресвяты́я Богоро́дицы: в приде́ле же Ла́зарево воскресе́ние, и подписа́ чу́дно, сла́вными живопи́сцы Феофа́ном Гре́чанином, да Симео́ном Че́рным. В Переясла́вле же, воздви́же це́рковь Рождества́ Иоа́нна Предте́чи, и монасты́рь соста́ви. Па́ки же внутрь ца́рствующаго гра́да Москвы́, пречестну́ю деви́ческую оби́тель воздви́же, во и́мя боголе́пнаго Вознесе́ния Христа́ Бо́га на́шего. И та́ко труды́ ко трудо́м прилага́я при́сно, и ни́щих ми́луя. Ненави́дяй же добра́ диа́вол, вложи́ во у́ши неразу́мивым лю́дем, и помышля́ху на святу́ю в сердца́ свои́х. Ка́ко сия́ держа́вная на́ша в самовла́стии, и в не́говании вдо́вствующи, целомудрено жи́ти возмо́жет? И таково́е их безу́мие, привни́де во у́ши ча́дома ея́. Сия́ же вся не утаи́шася и от нея́. Не́когда же ви́де еди́наго сы́на своего́ смути́вшася о сих, и призва́в вся сы́ны своя́, и ве́лия сле́зы от о́чию испуща́ше, нача́т им глаголати: «О́ ча́да моя́ прелюбе́знейшая, не смуща́йтеся. Аз бо хощу́ вся́кого суесло́вия поноше́ние с ра́достию претерпе́ти. Ви́жу бо от вас еди́наго вельми́ смути́вшася, и явлю́ вам та́йная моя́. И ма́ло от пе́рсей дви́же оде́жду свою́, и показа́ часть от утро́бы своея́, от зе́льнаго воздержа́ния, а́ки от огня́ потусне́вшу, и к косте́м прильпну́вшу. И ви́девше удиви́шася зело́. И запрети́ сыново́м свои́м, да никому́же пове́дают сие́. Та́кожде же и смуща́ющымся и поноша́ющым ю́ ничто́же зла повеле́ сотворя́ти им. И отто́ле наипа́че подвиза́шеся приле́жными к Бо́гу моли́твами. И коне́чнаго ра́ди смире́ния ея́, за не́колико вре́мя изше́ствия ея́ от ми́ра сего, посла́ Бог а́нгела Своего́ возвести́ти ей. И егда́ узре́ а́нгела, и от премногосве́тлаго зра́ка его́, мно́ги бя́ше дни молча́щи, ничто́же могу́ще проглаго́лати, но то́кмо руко́ю помавающи, и повеле́ написа́ти на дсце о́браз а́нгела Бо́жия: зогра́фы (живопи́сцы) же написа́вше и принесо́ша о́браз а́нгела. Она́ же ви́девши поклони́ся ему́, и па́ки руко́ю помава́я повеле́ написа́ти ине́м о́бразом. Они́ же написа́вше, и принесо́ша. Она́ же па́ки помава́я, и не мо́же проглаго́лати. И повеле трети́цею написа́ти, и егда́ написа́вше принесо́ша о́браз архистрати́га Михаи́ла. О ве́лие Бо́жие чудодея́ние, то́кмо воззре́в на о́браз той блаже́нная, и а́бие разреши́ся у́за язы́ка ея́, и нача́т глаго́лати я́сно, благода́рствуя Бо́га и всех уверя́я, я́ко таковы́м подобием ви́де я́вльшагося ей а́нгела Бо́жия, и наипа́че любе́зне почита́ше, и покланя́яся целу́я его́: И поста́ви в це́ркви рождества́ Богоро́дицы. Сама́ же блаже́нная, изво́ли отлучи́тися ца́рства вр́еменнаго, и по́йде из до́му своего́, во свой созда́нный монасты́рь Вознесе́ния Христо́ва. Иду́щи же ей из вели́кия собо́рныя це́ркве, Пресвяты́я Богома́тере успе́ния. Слы́шав же не́кий при пути́ слепе́ц, я́ко блаженная гряде́т, возопи́ гла́сом ве́лиим глаго́ля: «О́ боголюби́вая вели́кая княги́ня, нас ни́щих пита́тельнице, не пре́зри мене слепото́ю стра́ждуша, но сотвори́ со мно́ю я́коже обеща́ся ми во сне, в нощи́ сей глаго́ля: зау́тра дам ти прозре́ние. Се ны́не вре́мя есть, испо́лни на мне твое́ обеща́ние». Блаже́нная же а́ки не внима́ше глаго́ланным от него́, и а́бие а́ки не́кия ра́ди потре́бы опусти́ рука́в срачи́цы своея́. Слепы́й же ощути́в, и с ве́рою, и тре́петом одержи́мь, дерзну́в приити́, и у́тре сим очеса́ своя, и та́ко прозре́, сла́вя Бо́гу, и святу́ю. В то же вре́мя и ини́и разли́чными боле́зньми одержи́мии, от блаже́нныя я́ко до три́десяти челове́к исцеле́ние получи́ша. Вше́дши же блаже́нная в монасты́рь, и восприя́ и́ноческий о́браз, и преименова́ся Евфроси́ния, и мно́ги по́двиги показа́, и пресели́ся в ве́чный поко́й, в ле́том шесть ты́сящь де́вять сот пятьнадеся́тое, ме́сяца иу́лия в седмы́й день. Положена́ же бысть в той же оби́тели внутрь хра́ма Вознесе́ния Госпо́дня. Прославля́яй же Бог святы́я Своя́, и по сме́рти просла́ви сию́ блаже́нную. Я́ко и по преставле́нии у гро́ба ея́ мно́гажды свеща́м сами́м о себе́ возгара́тися. Бо́гу на́шему сла́ва, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.