Не возноси́ся челове́че, да не паде́шися внеза́пу, и нанесе́ши души́ свое́й па́губу. Ме́рзок пред Бо́гом и челове́ки всяк велича́вый. Нача́ло бо челове́ческаго греха́ велича́ние, и держа́йся по нем, мерзи́т всем. Коне́ц же его́ отпа́сти от Бо́га. Се́рдце бо велича́ваго, не и́мать умиле́ния. О́ убо́гий челове́че, что возно́сишася? Земля́ сый и пе́пел. Что бо есть велича́ваго безу́мнее. Велича́вый го́рдостию, надыма́яся, я́ко вод́ный гово́р, лицеме́рный износя́ глас. О́ велича́вый, позна́й свое́ естество́, и́же ве́щию сме́ртен, высокоу́мием же мни́шися ве́чен бы́ти. А́ще высо́ко пари́ши мы́слию я́ко оре́л, отту́ду тя све́ргу глаго́лет Госпо́дь. Той бо го́рдым проти́вится. О́чи велича́вых смири́т, и возда́ст возда́ние го́рдым. Тогда́ реку́т в себе́ ка́ющеся, что не успе́ велича́ние на́ше, и что бога́тство с горды́нею помо́жет нам, преидо́ша о́на яќо стень, и того́ ра́ди му́це ве́чне предади́мся, от нея́же да изба́вит ны Госпо́дь Бог наш. Ему́же сла́ва, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. [Ами́нь.]