Сей презви́тер бе собо́рныя це́ркве Антиохи́йския. Иулиа́ну же прии́мшу ца́рство Константи́не, не то́чию отве́ржеся ве́ры Христо́вы, но и ве́рующыя во Христа́ убива́ше, и мно́го тща́ние к куми́ром творя́ше, Прише́д же во Антиохи́ю, я́ростию подви́жеся на христиа́ны. И всем разбе́гшымся иде́же ки́йждо можа́ше сокры́тися. Феодори́т же не убоя́вся я́рости царе́вы, но и и́ны уча́ше не боя́тися от убива́ющих те́ло, а души́ не могу́щих ли́шше что сотвори́ти. Но паче убоя́тися могу́щаго и по убие́нии ду́шу воврещи́ в гее́нну. И того ра́ди ят бысть и предста́ Иулиа́ну. И той рече́ ему́: Почто́ Феодори́те при Констани́не царе́ ка́пища бого́в разори́л еси́, и гробы́ уме́рших украси́л еси́, и це́ркви над ни́ми создати повелел еси? Феодори́т же рече́: Це́ркви святы́х и гробы́ от пра́дед укра́шены суть, а святы́я своя́ Бог просла́ви, я́ко обре́те я́ дост́ойны Себе́. Тебе же дивлю́ся царю́ ка́ко куми́ром засту́пник еси́. И повеле́ Иулиа́н би́ти свята́го по лицу́. Феодори́т же рече́: Согреша́еши Иулиа́не, куми́ры ка́менны и дре́вяны бо́ги нарица́еши. Тогда́ повеле́ пове́сив ногты́ желе́зными строга́ти по всему те́лу его́. И мину́ша три часы́ стру́жему ему́. Посла́в Иулиа́н рече́ ему́: Восприими́ от мене́ Феодори́те честь и сребро́ мно́го, то́кмо отве́рзися Распя́таго О́ного волхва́, его́же глаго́леши Сы́на Бо́жия. Феодори́т же рече́: Сребро́ твое́ с тобо́ю да бу́дет в па́губу. Аз же упова́ю на Го́спода моего́ Иису́са Христа́, даю́щаго рабо́м Свои́м в тле́нных ме́сто ве́чная, и небе́сное Ца́рство. Тогда́ повеле́ Иулиа́н принести́ две свеще́, и поджещи́ ре́бра его. Во́ина же приложи́ста две свеще́ к ре́бром свята́го, и видеста четы́ре а́нгелы бесе́дующа ко свято́му Феодори́ту, поверго́ста свеще́, и ве́роваста во Христа́. И повеле́ мучи́тель воврещи́ я́ во глубину́ морску́ю, и сконча́стася за Христа́. Феодори́та же повеле́ мече́м усещи́. И сконча́ся блаже́нный во осмы́й день, ме́сяца ма́рта, и прия́т своея́ побе́ды вене́ц в небе́снем Ца́рствии.