Та же́нскую измени́вши оде́жду, со свои́м е́же по пло́ти отце́м Евге́нием, вни́де в монасты́рь и постриже́ся, и служа́ше с ю́ными, бра́тиею не зна́ема я́ко жена́ есть. Еди́ною у́бо прележа́вши в гости́ннице, оболга́на бысть, я́ко растли́ гости́нникову дщерь. Она́ же поноше́ние прии́мши, и грех е́гоже не соде́ла испове́даше. Тем из монастыря́ изгна́на бысть, и вне за три ле́та томи́вшися, и его́же не роди́ младе́нца пита́ше. Не́когда же прия́та бысть во оби́тель, и бя́ше после́дствуя ей отроча́ му́жеский пол. Откры́ся же я́же о ней. И́бо внегда́ уме́рши ей, и бра́тию опря́тавшым ю́, обре́теся жена́ су́щи. Гости́нникова же дщи су́щи лука́вым ду́хом объя́та бы́вши, нево́лею де́ло испове́да, яко от не́коего во́ина растле́на бы́вши, а не от Мари́на. И та́ко внеза́пу игу́мен и бра́тия, и́же по всегда́ окая́нницу нарица́ху, блаже́нству вели́ку сподо́биша.