Рече́ Дании́л, учени́к отца́ Арсе́ния: Пове́даше нам оте́ц Арсе́ний, я́ко о ино́м е́тере глаго́ля: оба́че сам бе, я́ко самому́ седя́щу ми в ке́лии, прии́де глас, глаго́ля: Прииди́, да покажу́ ти дела́ челове́ческа. И воста́в, изы́де на не́кое ме́сто, и показа́ ему́ а́нгел му́рина, секу́ща дрова́, и сотво́рь бре́мя тя́жко, покуша́шеся понести́ е́, и не можа́ше. Да е́же бы отъя́ти от него́, и́же взе́мше понести́, то он шед па́ки присека́ше дрова́ и приклада́ше к бре́мени. Се же мно́жицею творя́ше. И прише́д ма́ло, показа́ ему́ челове́ка, стоя́ща на кла́дязи и че́рплюща во́ду от него́, и лию́щу в кла́ду у́тлу, и от нея́ опя́ть теку́щу во́ду в кла́дязь. Рече́ ему́ а́нгел: Пожди́, покажу́ ти ино́го. И ви́дех це́рковь и два му́жа, седя́ща на коню́, и неся́ста бревно́ вопреки́ еди́н впря́мо дру́гу, и хотя́ста же проити́ сквозе́ врата́ в це́рковь и не можа́ста, зане́ бе дре́во вопреки́, и не хоте́ста еди́н по еди́ному упра́вити дре́ва по́дле, и сего́ ра́ди оста́виста вне врат. И си́и суть творя́щии доброде́тели с горды́нею, и не хотя́ще ходи́ти смире́ным путе́м духо́вным: того́ ра́ди остаю́т вне ца́рствия Бо́жия. Секи́й же дрова́ – челове́к есть во мно́зех гресе́х, и в покая́ния ме́сто и́на беззако́ния прилага́ет верху́ пе́рвых. А че́рпляй во́ду – челове́к, и́же до́брая дела́ твори́т и грехо́в ся не оста́нет, о сем погуби́т мзду свою́ от Бо́га. Досто́ит вся́кому челове́ку с чистото́ю доброде́тель стяжа́ти, да не вотще́ труди́тся.