Пов́едаше не́кто от оте́ц глаго́ля: я́ко в Селу́ни есть монасты́рь деви́чески. Еди́на же от них от де́йства вра́жия пуще́на бысть отъити́ от монастыря́, и ше́дши впаде́ в блуд, и та́ко бо ю́ прельсти́ враг. И в то па́дши, не́колико лет сотвори́ блудя́щи, и помяну́вся к Бо́гу па́ки, умо́м мы́сляше на покая́ние. И прише́дши к монастырю́ своему́ в нем же бе хотя́ше ка́ятися, и па́дши пред враты́ и у́мре. И яви́ Бог еди́ному епи́скопу смерть ея́, и ви́де святы́я а́нгелы прише́дша, и прии́мша ду́шу ея́, и бе́сы во след их иду́ща, и пря́щася с ни́ми. Святы́м же а́нгелом глаго́лющым: нам рабо́та толи́ко лет, на́ша есть душа́. До́лго же пря́щымся о том. И реко́ша бе́сове: «Я́ко и́де и в монасты́рь в ле́ности, да ка́ко глаго́лете покаялася есть?» И отвеща́ша а́нгели глаго́люще: «Поне́же Бог ви́дев ра́зум ея́ на то уже́ прекло́ньшся, прия́ ея́ покая́ние. Да покая́нием она́ владе́яше, е́же на ум наложи́ сие, живото́м же Влады́ка Бог владе́ет». И та́ко посра́мльшеся бе́си отбего́ша. Того́ ра́ди блюду́щеся хо́дим и живе́м: не ве́мы бо в кий час смерть нас во́змет.