Бысть у́бо сей блаже́нный о́трок Елеаза́р, от вели́каго о́строва Руси́и, ме́жду се́вера и за́пада, в ча́сти афе́тове, от полуно́щныя страны́, от богохрани́маго и вели́каго гра́да Пско́ва. Рожде́ние и воспита́ние име́, ве́си виделе́бския, я́же у́бо разстоя́ние иму́щи три́десять по́прищь от гра́да Пско́ва. А от ки́хже по пло́ти роди́тель роди́ся, не свем; Но еди́но вем, я́ко от благочести́ву роди́телю роди́ся духо́вным рожде́нием. Отца́ у́бо и́мя Бо́га И́же водо́ю и Ду́хом породи́ того́. Ма́терь же правове́рну, Це́рковь о́тчу. Тем и воспита́н бысть в до́бром испове́дании и наказа́нии. Та́же по вре́мени вдан быва́ет роди́телема свои́ма учи́тися боже́ственым кни́гам. И вско́ре не́како я́сно извы́че боже́ственая писа́ния, ели́ко мощи́ ему́ и толкова́нием глаго́лати, и ине́ми писа́нии боже́ствеными. И филосо́фскую му́дрость извы́че, я́ко и многоле́тным ра́зуму его́ диви́тися и похваля́ти. Не уклоня́шежеся на игра́ния ни на позо́ры, но па́че на прочита́ние боже́ственых писа́ний, и на церко́вное пе́ние. И нача́т воздержа́тися весма́, сла́дких отню́д не я́сти. Роди́теля же его́ ви́девша таково́е воздержа́ние о́трока, и глаго́лавша ему́, О ча́до на́ю, почто́ плоть свою́ оскорбля́еши таковы́м жесто́ким пребыва́нием, а на́ма печа́ль ве́лию твори́ши. О́трок же рече́, пи́сано бо есть роди́теля моя́, бра́шно у́бо и питие́ не предпоста́вит нас пред Бо́гом, но то́кмо пост и моли́тва и чистота́ теле́сная и воздержа́ние, то поста́вит пред Бо́гом. Посе́мже роди́теля его́ восхоте́ста бра́ку сочта́ти его́. Он же доброразсу́дный о́трок отто́ргнуся от роди́телю своею́ я́ко се́рна от тенета́. Роди́теля же его́ сотвори́ста мно́го взыска́ние о нем повсю́ду, с рыда́нием, и не обрето́ста сего́ блаже́ннаго нигде́же, но Бо́жия благода́ть храня́ше его́. Пома́леже отцу́ его́ преста́вльшуся от жития́ сего́. Ма́ти же его́ оста́ вдо́вьствующи. Но ми́лостивый Бог хотя́й всем челове́ком спасти́ся и в ра́зум и́стинный приити́, вложи́ и сему́ блаже́нному о́троку Елеаза́ру помышле́ние бла́го в се́рдце его́, ка́ко бы мо́щно спасти́ся и уедини́тися ми́ра. И в помышле́нии де́ло бысть, па́ки отхо́дит в монасты́рь, к рожеству́ Святы́я Богоро́дицы на сне́тную го́ру. Та́ко бо зово́мо ме́сто то, отстоя́ние иму́що от гра́да Пско́ва три по́прища, над вели́кою реко́ю. И от та́мо су́щаго игу́мена остриза́ет власы́ главы́ своея́. Вку́пе и до́лу влеку́щая мудрова́ния отве́рг, и а́нгельскому о́бразу сочета́ется. И нарече́но же бысть и́мя его́ Евфроси́н. Нача́т же воздержа́тися зело́ посто́м и бде́нием и моли́твами, и всено́щным стоя́нием. И бра́тии служа́ без ле́ности в пова́рни и в пека́рни, и во всех слу́жбах монасты́рьских, я́коже обы́чай име́яху. И всем на успе́х бысть и́же ту су́щей бра́тии. И пе́рвие всех обрета́шеся на пе́нии церко́внем, по́слеже исхожда́ше. Сла́ва же прохожда́ше о нем повсю́ду, доброде́телнаго его́ ра́ди жития́. Он же тя́жко си внят о сем, зане́ ненави́дя сла́вы от челове́к, и вменя́ше се бы́ти грех и студ. Попече́ние же имы́й е́же бежа́ти сла́вы, и пусты́нное и безмо́лвное житие́ обрести́, и еди́ному Бо́гу рабо́тати. Тем же и яви́ по́мысл свой отцу́ своему́ духо́вному. Оте́ц же ви́дев свята́го в доброде́телех цвету́ща, благослови́ его́, и рек ему́, иди́ ча́до с ми́ром, Госпо́дь да бу́дет с тобо́ю, и вразуми́т тя и наста́вит тя на благу́ю де́тель я́коже изво́ли. Блаже́нный же взем благослове́ние у отца́ духо́внаго, и отъи́де от оби́тели Пречи́стыя. И обхожда́ше ме́ста мно́га, иде́же бы мо́щно тому́ на еди́не безмо́лвствовати. Но па́че Бо́гу наставля́ющу его́, слы́ша о ме́сте том и́же над Та́лвою реко́ю, отстоя́ние иму́щи от гра́да Пско́ва два́десять пять по́прищь, иде́же ны́не монасты́рь стои́т благода́тию Христо́вою. И не́кими христолю́бцы от владе́тель ме́ста того́ зван бысть, па́чеже Бо́гу изво́лившу на ме́сте том просла́витися и́мени Его́ свято́му. И ту блаже́нный оте́ц всели́ся безмо́лвствовати на еди́не, я́коже рече́ боже́ственный проро́к, се удали́хся бе́гая, и водвори́хся в пусты́ню. Ча́ях Бо́га спаса́ющаго мя от малоду́шия и бу́ри. И на ме́сте том коли́бу себе́ водрузи́, и трудолю́бне в ней подвиза́ся посто́м и бде́нием и моли́твами, и всено́щным стоя́нием и на земли́ лега́нием, проти́ву неви́димаго врага́ ко́знем. И не́когда же свято́му отцу́ изше́дшу из коли́бы в год зно́я, и возле́гшу на земли́ хотя́ ма́ло почи́ти от трудо́в, и а́бие в то́нок сон преложи́ся святы́й, и ту яви́шася свято́му вселе́нстии учи́тели, Васи́лий Вели́кий, Григо́рий Богосло́в, и Иоа́нн Златоу́стый, указу́юще ме́сто свято́му воздви́гнути храм во и́мя их на ме́сте том иде́же святы́й живя́ше. Свято́му же воспряну́вшу от сна, и не ви́де никого́же. И в недоуме́нии бы́вшу ему́ о необы́чном виде́нии. Вре́мени же мно́гу мину́вшу, проуве́да о нем ма́ти его́ от не́ких челове́к, и взя потре́бная, до́йде ме́ста иде́же живя́ше блаже́нный над Та́лвою реко́ю. И прише́д к нему́, и нача́ моле́бныя гла́сы простира́ти глаго́ля, ча́до мое́ драго́е, уте́ши ста́рость ма́тере своея́, яви́ лице́ свое́ а́нгельское мне, да не сни́ду с печа́лию во гроб, иде́же и отцы́ на́шы. Святы́й же с ква́жнею уви́де ма́терь свою́, и позна́ ю, и глаго́ла к ней, О ма́ти моя́, не скорби́ отъи́ди отсю́ду, и не тружа́я ста́рости своея́. А́ще хо́щеши ви́дети зде, и ты во о́ном ве́це не у́зриши мене́. Но иди́ в мона́стырь, и спаса́я спаси́ ду́шу свою́. И та́ко не улучи́ жела́ния своего́, отъи́де от него́ скорбна́. И вни́де во еди́н от монастыре́й, и проводи́ дни своя́ в до́бром испове́дании и до исхо́да души́ своея́. Преподо́бный же оте́ц наш Евфроси́н до́бре и зело́ изря́дне житие́ поживе́, и преста́вися о Го́споде.