В Константи́не гра́де, муж не́кто санови́т оба́жен бысть зави́стники к царю́, и изгна́н бысть из пала́ты, и из са́на своего́ изве́ржен. В печа́ли же сый и́де ко Иоа́нну Златоу́сту, су́щу ему́ патриа́рху в Константи́не гра́де, о́тай, дабы́ его́ никто́же ви́дел от оба́дивших к царю́. И моли́ блаже́ннаго Иоа́нна, да изба́вит и от гне́ва царе́ва. Иоанн же призва́в Про́кла на то отлуче́на, да помина́ет глаго́лы ему, и рече: Помяни́ ми в нощь егда́ сей прии́дет. Обы́чай же бе Иоа́нну в нощь писа́ти. И в ту нощь взем трость, нача́ писа́ти Па́вла апо́стола сказа́ние. Прии́де же оба́женный мужь, я́коже бе повеле́но ему́. Прокл же приступи́ к две́рем, и призре́в сква́жнею, ви́дев Иоа́нна седя́ща и пи́шуща, и некоего бесе́дующа созади́ ко у́ху. Бя́ше же о́браз его́ взлыс, брада́ сверше́на и пло́ска. И отше́д рече́ челове́ку тому́: Потерпи́ ма́ло, ин бо пре́жде тебе́ вшел есть к нему́. Ма́ло же преме́длив, воста́ Прокл, и ви́де та́коже пи́шуща Иоа́нна, и о́ного ше́пчуща. Си́це сотвори́ и тре́тие. И начаша клепа́ти у́треннюю. Тогда́ Прокл рече́: Воста́в иди́ в дом твой, отсе́ле не бесе́дует ни с ки́мже. И с вели́кою печа́лию отъи́де. Сие́ же сотвори́ и во втору́ю нощь, и в тре́тию та́коже ви́де. Ктому́ Прокл не отъи́де от две́рий. По обы́чаю же прии́де челове́к той па́ки. И воста́в Прокл прибли́жися к две́рем, и прини́к ви́де я́ бесе́дующа к себе́. Тогда́ рече́ к челове́ку: Воста́в иди́ в дом твой, и бу́ди моля́ Бо́га, да помо́жет ти Бог: ви́жу бо и́же прихо́дит к патриа́рху, от Бо́га посыла́емь есть, зане́ неви́димо вхо́дит к нему́. У́тру же бы́вшу, воспомяну́ блаже́нный Иоа́нн о му́же том, и призва́в Про́кла рече́ ему́: Не прии́де ли се́мо он, и́же бе возвести́л ми, его́же ра́ди хоте́ приити́ к нам? Той же отвеща́в рече́ ему́: Ей, пои́стинне о́тче, се тре́тию нощь и́мать приходя́ се́мо. Он же реч́е: Чесо́ ра́ди не́си мне помянул́ о нем? Отвеща́в же Прокл рече́: Со ине́м бесе́довал еси́ ты еди́н, того́ ра́ди не смех дерзну́ти вни́ти к тебе́. Сей же рече́: С ким? Несть был никто́же у мене́ в сию́ нощь. Тогда́ Прокл испове́да лице́ и о́браз яви́вшагося ему́. И ка́ко уста́ его́ бя́ху до́ле при ушеси́, и о́тай ти глаго́лаше шепча́ во у́хо, тебе́ же пи́шущу. Блаже́нный же Иоа́нн чудя́шеся сие́ слы́шав от него. И я́ко умолче́ Прокл бесе́дуя, воззре́ на ико́ну свята́го апо́стола Па́вла, и ви́дев о́браз его́ тако́в же, я́коже яви́вшагося ему́, и поклони́ся Иоа́нну рече́: [пе́рстом показу́я на об́раз], прости́ мя о́тче, его́же ви́дех глаго́люща к тебе́, подо́бен есть сему́ я́коже мню, той есть сей. Тогда́ разуме́в прему́дрый Иоа́нн, я́ко Бог его́ послу́шал есть, и извести́л ему́ есть, я́ко прия́тно де́ло его́ есть, е́же писа́ше Па́вла апо́стола посла́ние, яко самому́ апо́столу пове́дающу ему́, воста́в на моли́тву, помоли́ся Го́сподеви, яко не презре́ моли́твы его́. И посе́м шед к царю́ умоли́ челове́ка того́ су́щаго в беде́ той, и в свой сан возврати́ его́ царь.