Подоба́ет у́бо моля́щемуся, ни до́лгих слове́с простира́ти, но ча́сто моли́тися. Ма́лы у́бо и ча́сто твори́ти моли́твы, Христо́с и Па́влу повеле́, и от ма́лых сложе́ний. А́ще бо на мно́жество простре́шися слове́с, и вма́ле облени́вся, вели́ко ме́сто да́си дия́волу. Присту́пит бо запя́ти тя, и от ума́ извести́ глаго́лемая. А́ще ли и кра́тки твори́ши моли́твы, на вся́ко вре́мя ча́сто восприе́мля, мо́жеши удо́бь целому́др бы́ти. Твори́ти же моли́твы со мно́гою бо́дростию. Да никто́же изве́та име́й глаго́ля, несть удо́бно моли́тися кому́ жите́йскими пеку́щуся вещьми́, и не близ обрета́ющуся до́му моли́твеннаго. Иде́же бо а́ще еси́ мо́жеши поста́вити же́ртвеник. Ника́коже бо брани́т ме́сто, ни возбраня́ет ме́сту вре́мя, а́ще ни коле́ну покло́ниши, а́ще ни в пе́рси толче́ши, ни ру́ку на не́бо возде́жеши, но то́кмо ум пока́жеши тепл, и всю испо́лнил еси́ моли́тву. Леть есть и на торг изле́зши, и осо́бь ше́ствующи моли́твы приле́жно твори́ти. Леть есть и за ку́плями стоя́щи моли́тися приле́жно, и ко́жи шию́щи, простре́ти ду́шу ко Влады́це, егда́ несть мо́щно в це́рковь вни́ти, ни есть где твори́ти приле́жны моли́твы; Нибо́ постыди́тся ме́стом Бог, но еди́ного и́щет то́кмо ума́ тепла́, и ду́шу целому́дрену. Что же глаго́лати моля́щемуся; Я́коже ханане́я она́ глаго́лаше, поми́луй мя Го́споди, я́ко дщи ми зле бе́сится. Та́ко и ты глаго́ли, Го́споди поми́луй мя, я́ко душа́ моя́ зле бе́сится. Вели́к бо есть бес грех.