Во дни Константи́на царя́, и́же во святы́х оте́ц наш Иоа́нн живя́ше во стране́ го́тфьстей. Роже́н же быв по проше́нию я́коже дре́вле Самои́л. И от млады́х ногте́й посту́ себе́ вдав, и бысть Христо́во жили́ще. Сшед же по Иеросали́м, и за три ле́та вся честна́я ме́ста обше́д, возврати́ся во своя́. Пуще́н же быв та́мошний епи́скоп, во Иракли́ю фраки́йскую вели́ким Константи́ном. Удержа́н же бысть сей мно́гими мольба́ми, от та́мо су́щых христолюби́вых люде́й. И́же того́ ве́дше во Иве́рию, и та́мо его́ епи́скопа зна́менавше, и па́ки прии́де во своя́. Бы́вшу же воста́нию во стране́ его́ от кага́на, и́же мно́ги непови́нныя мече́м погуби́в. Бежа́ едва́ возмо́г, и пре́йде во Ама́стрь, и сотвори́в та́мо четы́ре ле́та. Слы́шав же кончи́ну кага́нову, рече́ к су́щым с ним, аз по четы́редесяти дний, иду́ суди́тися с ним пред Христо́м, я́коже и бысть. По четы́редесяти бо дний, уча́щу ему́ лю́ди я́же ко спасе́нию душе́вному, предаде́ дух Го́сподеви, И а́бие кораблю́ его́ та́мо приста́вшу, по прорече́нию свята́го. Тогда́ святе́йший Гео́ргий епи́скоп амастри́дьский, положи́в его́ в ра́це со свеща́ми и кади́лы, пред иду́щу всему́ гра́ду. Сведе́ же его́ в кора́бль. И преве́зше и в монасты́рь его́ Парфено́н, и положи́шя его́ в преподо́бней ра́це. И́же и мно́га чудеса́ бы́шя по кончи́не его́, да́же и досе́ле. Но и при животе́ его́ мно́га соде́ловашася. Обрето́хом же то́чию де́сять спи́сана, и́хже тя́гости ра́ди изоста́вльше, коне́ц сло́ву пода́хом.