Не́коему мни́ху яви́ся дия́вол преобрази́вся во а́нгела све́тла, и рече́ ему́, аз есмь Гаврии́л, по́слан есмь Бо́гом к тебе́. Он же рече́, блюди́ еда́ ко ино́му по́слан еси́. Аз бо несмь досто́ин ви́дети а́нгела во гресе́х живы́й. Он же а́бие посрами́вся и исчезе́. Те́мже и глаго́лют ста́рцы, я́ко а́ще и во и́стину яви́тся а́нгел кому́, не прие́мли его́, но смири́ся глаго́ля, несмь досто́ин ви́дети а́нгела во гресе́х живы́й. Я́коже глаго́лаше и не́кий ста́рец о себе́, я́ко седя́щу ми в ке́лии мое́й и подвиза́ющуся, ви́дех бе́сы я́ве, и небрего́х о них. Ви́дяше же дия́вол себе́ побеже́на от ста́рца, и глаго́ла ему́ прише́д, аз есмь Христо́с. Ви́дев же ста́рец, и сомже́ о́чи свои́ глаго́ля, аз есмь недосто́ин Христа́ ви́дети. Сам бо рекл, мно́зи бу́дут лжехристи́, и мно́ги прельстя́т. Слы́шав же дия́вол, исчезе́, и неви́дим бысть. Ста́рец же похвали́ Бо́га. Глаго́лаша же ста́рцы, не жела́й никто́ же Христа́ ви́дети чу́вствено, или́ а́нгела, да не до конца́ погуби́ши си ум, и без ума́ бу́деши, и во́лка в пастуха́ ме́сто прии́меши, покланя́яся враго́м свои́м бесо́м. Нача́ло бо льсти тщесла́вие, от него́же подви́жет о́бразом, подо́бны описа́ти. Искуша́ет божество́. Пра́ведно есть, ника́коже сего́ тебе́ разуме́ти, я́ко во́время разделя́ются в себе́ бе́сове. И а́ще хо́щеши себе́ по́мощи име́ти, и егда́ вни́дут про́чии во о́бразе а́нгельстем, пе́рвое глаго́люще прельща́юще ти ра́зум, я́ко бы святы́м а́нгелом су́щим им, и влага́ют по́мыслы, и па́ки устраша́ют тя, тогда́ у́бо помоли́ся на них, и заклина́й Христо́м. И отъи́ти и́мут, и не хотя́ще прельща́ющии тебе́. Бо́гу на́шему сла́ва, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.