Бра́тие по́весть хощу́ сотвори́ти, о Васи́лии боже́ственнем, и о Ефр́еме Си́рине. Я́же о отце́ н́ашем Васи́лии, то са́ми видевше. А я́же о Ефре́ме ди́внем, от нело́жных уст его́ слы́шавше, есть же си́це: Ефре́м блаже́нный и приснопа́мятный в пусты́ни сый, о́во просвеще́нием Свята́го Ду́ха ви́дев, о́во же от любве́ и вопроша́ния уве́довая ди́вная дела́ отца́ на́шего Васи́лия: и приле́жно Бо́га моля́ше, откры́ти ему́, како́в есть Вели́кий Васи́лий. И быв во изступле́нии, зрит столп о́гнен, его́же глава́ досяза́ше до небесе́. И глас свы́ше слы́ша глаго́лющь: Ефре́ме, Ефре́ме, и́мже о́бразом ви́диши столп о́гненный, тако́в есть Вели́кий Васи́лий. А́бие же пои́м то́лка, зане́ не уме́яше бесе́довати гре́ческим язы́ком: и прии́де в великоимени́тый град Кесари́йск, дости́г в са́мый пра́здник святы́х Богоявле́ний. И вшед о́тай в це́рковь, узре́ исходя́ща свята́го Васи́лия, и рече́ ходя́щему с ним: я́ко вотще́ труди́хомся я́ко непщу́ю бра́те. Сей бо в таково́м сый чи́ну и че́сти челове́честей, несть я́коже ви́дех. Зане́ ви́дех его́ оболче́на одеждею бе́лою, и су́щаго о нем честна́го при́чта белонося́щих, и честь ему́ творя́ща. Став же в ме́сте та́йне церко́внем, и не чая́ше ска́заннаго ему́, глаго́ля в себе́: Мы поне́сше тяготу́ дневну́ю и зной, ничто́же успе́хом: а сей в такове́м дароноше́нии, и че́сти челове́честей, столп о́гнен есть, дивлю́ся. И с́ице ему́ размышля́ющу, посла́ к нему́ архиепи́скоп архидиа́кона, рек: Иди́ к двере́м за́падным, и во угле́ церко́внем обря́щеши му́жа чернори́зца, иму́ща ку́куль, со ине́м не́которым, скудобра́та, ма́ла, и про́чая лица́ его́ сказа́в, и рече́ши ему́: Вни́ди во святи́лище, зове́т тя архиепи́скоп. Архидиа́кон же трудо́м мно́ги разре́яв лю́ди, до́йде, иде́же стоя́ше преподо́бный Ефре́м, и глаго́ла ему́: Го́споди благослови́, пойди́, и вни́ди во святи́лище, зове́т тя архиепи́скоп оте́ц твой. И уве́дев то́лком глаголемое, отвеща́ ему́ глаго́ля: Облазни́лся еси бра́те, мы стра́нни есмы́, и не зна́еми ему́. Шед же архидиа́кон, возвести́ Васи́лию, почита́ющу ему́ кни́ги лю́дем. И ви́де преподо́бный, язы́к о́гнен веща́ющь усты́ его́. И глаго́ла па́ки архидиа́кону епи́скоп, иди́ и рцы ему́: Господи Ефре́ме, убеди́ся вни́ти во святы́й олта́рь, зове́т тя архиепи́скоп, да вни́деши ко свято́му олтарю́. Шед же архидиа́кон, лобза́ плесне́ его́, и рече́: Го́споди Ефре́ме, зове́т тя архиепи́скоп, да вни́деши ко свято́му олтарю́. Удиви́жеся о сих преподо́бный, и просла́ви Бо́га, и сотвори́ мета́ние. И рече́: Вои́стинну вели́к есть Васи́лий: вои́стинну Дух Святы́й веща́ет усты́ Васи́лиевыми. Отвеща́ ему́, и рече́: Яќо по святе́й Литурги́и, в сосудохрани́льнице целу́ю его́. Вшед же по отпуще́нии в сосудохрани́льник архиепи́скоп, призва́ преподо́бнаго Ефре́ма, и о Го́споде целова́ние даде́ ему́, до́бре прише́л еси́ о́тче, рек, чад пусты́нных: до́бре прише́л еси́, умно́живый в ней ученики́ Христо́вы, и бе́сы отгна́вый о Христе́. Во что труд твой о́тче, приш́ел еси ви́дети гре́шна челове́ка? Даст ти Бог мзду по труду́ твоем́у. И отвеща́в святы́й Ефре́м, вся де́ланная и глаго́ланная в се́рдце его́: и с су́щим с ним чернори́зцем, взя комка́ния от святы́х рук его́. И сотво́ршем любо́вь, рече́ преподо́бный Ефре́м: О́тче честны́й, еди́наго прошу́ у тебе́ да́ра, и сего́ восхощи́ да́ти ми. Он же рече́: Та́ко бу́ди, рцы мни́мая тебе, и па́че о труд́е твое́м е́же прише́л еси́ ко мне. Глаго́ла ему́ преподо́бный Ефре́м: Вем о́тче святы́й, я́ко ели́ко про́сиши у Бо́га пода́ст ти, и хощу́, да умо́лиши Бо́га, да возглаго́лю гре́чески. Он же рече́: Вы́ше си́лы проше́ние, но поне́же ве́рне про́сиши, гряди́ о́тче честны́й пусты́ни наста́вниче, и помо́лимся к Бо́гу: мо́щен бо есть сотвори́ти во́лю твою́. Пи́сано бо есть: Во́лю боя́щихся Его́ сотвори́т, и моли́тву их услы́шит, и спасе́т я́. Сотво́ршема же моли́тву на мног час, и воста́вшема. Рече́ Вели́кий Васи́лий: Чесо́ ра́ди го́споди Ефре́ме не прии́меши свяще́ния презви́терскаго? Досто́йно бо ти есть. И глаго́ла ему то́лком: Зане́ гре́шен есмь. Отвеща́ святы́й Васи́лий: Еда́ бы и аз грех твой име́л. И рече́ ему́: Сотвори́м поклоне́ние. Лежа́щема же и́ма на земли́, наложи́ ру́ку на преподо́бнаго Ефре́ма Вели́кий святи́тель, и рече́ моли́тву диа́конскую. Глаго́ла ем́у: То уже́ воздв́игни ны. Уясни́вшужеся язы́ку, рече́ святы́й Ефре́м гре́ческим язы́ком: Спаси́, поми́луй, и возста́ви Бо́же Твое́ю благода́тию. И сбы́стся напи́санное: Тогда́ ско́чит хромы́й я́ко еле́нь, и я́сен бу́дет язы́к гугни́ваго. Проглаго́лавшу же ему́ а́бие гре́чески, вси в том часе́ просла́виша Бо́га всемогу́щаго, и послу́шающаго моле́ния боя́щихся Его́. И духо́вно веселя́ся пребы́сть с ни́ми три дни. И святи́ его́ архиепи́скоп презви́тером, и то́лка его́ диа́коном. И отпусти́ я́ с ми́ром сла́вяща Бо́га, о ни́хже слы́шаста и ви́деста, я́коже глаго́лано бысть и́ма.