Елма́ смире́нный се́рдцем, по подража́нию Госпо́дню кро́ток и молчали́в, не пререка́я ни вопия́: Но и а́ще прилучи́тся, досажда́емь есть па́че, а не досажда́ет: бие́мь есть, а не бие́т. А́ще ли о ни́хже сло́во, не то́чию с я́ростию досажда́ют, но и би́ти начина́ют. Та́же и бра́тии единообра́зны. Пото́м же поноша́еми о продерза́нии, отвеща́ют, не по пра́вилом я́тым бы́ти, поне́же рече́ не собо́ю, но ине́ми би́хом: соглаго́лание стра́сти, е́же в ле́ствице принося́ще сло́во: Не ве́дяще я́ко сло́во о́но принужде́но есть, не име́я взаконе́ния: И явля́ет той сам оте́ц воспомина́яй апо́стольское, си́це глаго́лет: обличи́, запрети́, умоли́, а не бий. А́ще у́бо не рече́ би́ти, кто сме́яй приложи́ти. Или́ отъя́ти, от и́же апо́стольских преда́ний. И ника́коже а́ще е́же не собо́ю, но ине́м би́ти оставля́ет от согреше́ния, да оста́влени бу́дут от уби́йственаго греха́. И вси мучи́тели я́ко не собо́ю, но и слуга́ми свои́ми уби́ша, проро́ки же и му́ченики. И да никто́же глаго́лет: я́ко он имяре́к му́чи сего́ и сего́, но да и́щет по и́мени глаго́лати слугу́ющыя, е́же есть не согла́сно и не содру́жно. Ка́ко же и апо́стольское презре́но бу́дет глаго́лющее: епи́скопа или́ презви́тера, или́ диа́кона бию́ща ве́рныя согреша́юща, или́ неве́рныя непра́вдовавша, изврещи́ повелева́ем. У́бо еда ка́ко утаи́ся Ду́ху Свято́му воспомяну́ти е́же ине́ми бити, но да не бу́дет блядь сия́. Да при́точествуется же, и о и́же на зла́те поста́вленых, у́бо я́ко не собо́ю, но ино́ю руко́ю, или́ прия́ша, или́ да́ша, вне суть пра́вильнаго изверже́ния: Ни у́бо, ника́коже. То́жде у́бо и зде да мним да вменя́ем я́рости от ро́ды бы́ти, и убива́ем я́коже и злу́ю по́хоть от души́, и ни на де́сно, ни на ле́во, но путе́м ца́рским, си́речь, ева́нгельским, и апо́стольским законоположе́нием да хо́дим. Та́ко бо по стопа́м ходя́ще святы́х, дости́гнем с ни́ми в живо́т ве́чный.