Пове́даше не́кто христолю́бец о Кириа́це разбо́йнице: я́ко разбо́й творя́ше в страна́х Еммау́са, иде́же есть град Никопо́ль: и тако́в бе лют зело́, я́ко и Во́лком зва́ху его́. Име́яше же с собо́ю и други́я разбо́йники, я́ко не то́кмо христиа́ны, но и жиды́ и самаря́ны. Еди́ною же ше́дшым лю́дем от Никопо́ля из домо́в свои́х, во святы́х град Иеросали́м в вели́кую Неде́лю, на просвеще́ние чад свои́х, и яже просвети́вше обраща́хуся на се́ла своя́, да творя́т святы́й Воскресе́ния день. И усрето́ша их разбо́йницы, не су́щу ту старе́йшине разбо́йником: Му́жи же бежа́ша, жены́ же е́мше, новопросвеще́нныя младе́нцы поверго́ша на земли́. Жи́дове же и самаря́не бы́ша с ними. И я́ко му́жие бежа́ша, и сре́те я́ разбо́йником старе́йшина, и вопроси́ я́: «Что бе́гаете?». Они́ же пове́даша ему́ прилучи́вшееся: и пое́м их Кириа́к старе́йшина разбо́йником, и приведе́ к дружи́не свое́й, и обре́те де́ти пове́ржены на земли́, и уве́дев я́коже сотвори́ша они́, и а́бие усе́кну сотво́ршаго скве́рну. И повеле́ муже́м взя́ти де́ти, и не отлучи́тися от жен свои́х, прикоснове́ния ра́ди скве́рнаго. Проводи́в же их и до села́ своего́. Ма́ло же поме́длив, ят бысть и сам старе́йшина разбо́йником, и пребы́в в темни́це де́сять лет, и никто́же от князь уби́ его́. Последи́ же испуще́н бысть из темни́цы, и ска́зоваше сам о себе́ на по́льзу слы́шащым: я́ко дете́й о́нех ра́ди я́же изба́вих, го́рькия сме́рти избежа́х: Ви́дех бо я́ мно́гащи глаго́люща ми: «Не бо́йся уже́, мы за тя отвеща́ем». Бесе́довах же рече́, аз с ним а́вва Иоа́нн поп о́бщаго жития́, и сия́ нам пове́даше, сла́вя Бо́га о всех быва́ющих от Него́ пресла́вных, я́ко не забве́нны суть доброде́тели вся́каго челове́ка пред Бо́гом. И́хже ра́ди изба́влен бысть от уз и темни́цы и от го́рькия сме́рти и сий разбо́йник, о Христе́ Иису́се Го́споде на́шем. Ему́же сла́ва, честь и держа́ва, со Отце́м, и со Святы́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.