Все́ется в те́ло душе́вно, востае́т в те́ло духо́вно. Елма́ же у́бо сих хо́щем наслажда́тися благи́х, в си́й ся введе́м чин, и́же а́ки со́лнце све́тится: и не пла́чем отходя́щих, но зле жизнь кончева́ющих.

Не бо, но и ра́тай, егда́ ви́дет пшени́цу не проклива́ющуся в земли́, бои́тся и треп[е́щ]ет: и егда́ же ви́дит пшени́цу надыма́ющуся, ра́дуется - нача́ток бо прииду́щаго се́мене разоре́ние сие́. Та́коже и мы, тогда́ ра́ди есмы́, егда́ разори́тся хра́мина истле́нная, егда́ же па́че - челове́к. И не чуди́ся, а́ще се́тву погребе́ние нарече́: си́я бо се́ятва добре́йше есть други́я. О́ну прие́млет смерть и боле́знь, и беды́, и печа́ли. Сию́ же, а́ще пра́ве живе́м, - венцы́ и да́рове. О́ной же тле́ние и смерть, а сей нетле́ние и безсме́ртство, и тма благи́х. В о́ной пе́рвее соплете́ния, и по́хоти, и сон, в сей же глас то́кмо с небе́с сходя́ - и вся вско́ре соверша́ются. И востая́й, не и́дет еще́ на житие́ многотру́дное, но иде́же отбеже́ вся боле́знь, и печа́ль, и стена́ние.

А́ще ли заступле́ния про́сиши и того́ де́ля пла́чешися му́жа, ко о́бщему всех приста́нищу, и Спаси́телю, и Благода́телю прибега́й Бо́гу, ко непреодоле́емей по́мощи, на удо́бейшу по́мощь, к дово́льному покро́ву, везде́ Су́щу и отвсю́ду огражда́ющу нас.

Но нау́к есть обы́чный люб? Ве́де и аз. Но а́ще обрати́ши умо́м страсть и размы́слиши в себе́, кто есть взя́вый, я́ко смы́сла твоего́ же́ртву воздае́ши Бо́гу: и сию́ во́лну премину́ти мо́щна бу́деши, не е́же век сотвори́ - се сотвори́т любому́дрие. А́ще ли разслабе́еши, конча́ется веко́м печа́ль, но тебе́ никоея́же мзды не будет.

С помышле́нии же си́ми и при́тчи сбира́йте в ны́нешней жи́зни, я́же суть в кни́гах святы́х. Разуме́й, я́ко Авраа́м закла́ сы́на своего́, то́же и не прослези́ся, ни го́рька словеси́ испусти́. «Но он Авраа́м бе, веща́, а той несть? То на мно́жайша ли позва́ труды́?» Но И́ов пожали́ же о сих: но ели́ко бе ле́по лю́бящу ча́до отцу́ и зело́ ми́лующу отходя́щих.

И я́же се ны́не твори́м, враг и ра́тник есть. Не бо, но а́ще бы кому́ в Ца́рство ведо́му и венча́ему, и пла́кал ся бы и терза́л, друга́ ли тя бых наре́кл вечнаго? Ни, но врага́ зело́ и ратника.

«Не того́ пла́чуся, веща́, но себе́». Но и се не лю́бяща есть е́же хоте́ти, е́ще о́ному печа́льну бы́ти тебе́ де́ля и пови́нну бы́ти невиде́ния, жду́щаго венца́ ему́ су́ща: и ты хо́щеши пучи́ну восколеба́ти.

«Но не ве́де, ка́мо иду́», веща́. Не ве́си се, пове́ждь ми? Бу́ди пра́ведно жил или́ ка́ко? Ве́домо есть, ка́мо и́мать ити́.

«Тем то ти ся пла́чу, рече́, я́ко гре́шен есть отше́л». Вина́ се есть то́кмо и изве́т. А́ще сего́ де́ля отше́дшаго пла́чеши, жи́ва его показа́ти бы́ло и упра́вити: но везде́ ты свои́м смотри́ши, а не о́ного.

А́ще же и гре́шен отъи́де, того́ де́ля ра́доватися есть ле́по, я́коже ста́вишася греси́, и не приложи́ ко злу прилага́ти, я́ко мо́щно есть не слеза́ми, но мольба́ми, и милосе́рдием, и припа́дании, приноше́нии: не бо про́сто сия́ вся умы́слиша, ни без ума́ па́мяти твори́м отше́дшим пред святы́ми Та́йнами и тех де́ля приступа́ем моля́щеся, А́гнцу лежа́щему, взе́мшему грехи́ ми́ру: но да не́кое им утеше́ние бу́дет отсю́ду. Ни без ума́ предстоя́й трапе́зе святе́й, тре́петным та́йнам скончава́ющимся, вопия́ всех де́ля о Христе́ почи́вших. И и́же па́мяти их творя́т, а́ще о́нех де́ля не бы́ша па́мяти бы́ли, не бы́ша сия́ глаго́лали. Не бо суть лжа на́ша, но духо́вным повеле́нием творя́т си́. Помага́ем же им у́бо и па́мять их де́ля твори́м.

А́ще бо де́ти И́ововы очища́ше о́тча же́ртва, что не ве́руеши, а́ще и нам отше́дших де́ля принося́щим, бу́дет им ко́е поми́лование? Зако́н Бо́гу ине́х де́ля, ине́м дарова́ти. И се и́мать указа́ние Па́вел глаго́ля: «Да от мног лиц е́же и нас благодаре́ние, мно́гими благопохва́лится за ны». И не оста́им отше́дшим помага́юще и принося́щих де́ля моли́твы твори́ти. Не бо, но о́бщее всего́ ми́ра лежи́т очище́ние.

Тем дерза́им о почи́вших, моля́ща за ня, и с му́ченики нари́чемыя и со испове́дники, со жерцы́. Не бо, но еди́но те́ло есмы́ вси. А́ще и сла́внейши суть у́ди удо́в и мо́щное всю́ду помощи́ собра́ти от моли́тв, отда́ния же их де́ля дае́ма от позыва́емых с ни́ми: что у́бо пече́шися, что пла́чеши? Я́ко толи́ко мо́щно есть проще́ние собра́ти от Бо́га отше́дшим. Но я́коже ты пу́ста бысть и засту́пника погуби́? Но николи́же сих не глаго́ли: не бо́ и Бо́га погуби́. Я́ко до́ндеже Сего́ и́маши - и му́жа бо́лей бу́дет Си́й, и отца́, и де́тища, и све́кра, и живу́щим о Нем, Си́й все творя́ше. Сия́ же у́бо помышля́й, глаго́ли по Дави́ду: «Госпо́дь просвеще́ние мое́ и Спас мой, кого ся убою́?». Рцы и ты: «Оте́ц си́рых и Судия́ вдови́ц» - и прии́мши си мощь Бо́жию, и па́че име́ти и́маши ны́не Помо́щника, па́че дре́вняго.

«Елма́ бо и в убо́жество впаде́, но де́тищь погуби́?». Не глаго́ли ми того́: не бо погуби́. Сон бо есть, вещь бо есть преступле́ние смертное, а не погубле́ние, отше́ствие от ме́нших на добре́йшая. И не разгне́вай Бо́га, но моли́тву сотвори́. А́ще поды́меши кре́пце, бу́дет не́кая отсю́ду отше́дшему по́мощь. А́ще ли проти́вная твори́ши - па́че вжега́еши Бо́жий гнев.

А́ще бо и де́тищу твоему́ бие́ну от господи́на, стоя́, жа́лил си бы, па́че не бы разгне́вил на ся Влады́ку. Не твори́ же у́бо сего́, но благове́руй, да ти и сея́ печ́али разы́дется о́блак. Рцы я́ко и блаже́ный он: «Госпо́дь дасть, Госпо́дь взя». Помы́сли, коли́ко бе благоугажа́ющих Бо́гу, и́же не прия́ша дре́вле дете́й, ни отцы́ возва́шася? И аз не бых мы́слил: до́брее бо бы ни уве́дения того́ име́ти или́ вкуше́ния похоте́ния того́. И спасти́ молю́ не глаго́ли сих. Не прогне́вай си́ми Влады́ки, но и́хже де́ля прия́ - благове́руй, и́хже де́ля не до конца́ и́маши - сла́ви.

Не веща́ И́ов: «Добре́е бы не прия́ти сих е́же ты глаго́леши безу́мне», но и о́нех де́ля благохва́ляше глаго́ля: «Госпо́дь взя. Бу́ди имя Госпо́дне благослове́но во ве́ки». И жену́ си́це ста́вляше, пря́ся с не́ю, и чу́дная он глаго́ла ей словеса́: «А́ще блага́я прия́хом от Го́спода, злых ли не подъи́мем?». Сей побе́днее бе искуше́ние. Но он и та́ко не разслабля́шеся, но оба́че подъима́ше кре́пце и сла́вяше.

Се и ты твори́ и помышля́й в себе́: я́ко не челове́к взя, но Госпо́дь Бог И́же сотвори́, И́же па́че тебе́ тобо́ю ся пече́т и стро́йное ведый. Ни ра́тник ники́йже, ни зломы́сл. Зри, ка́ко живи́и безжи́зненую жизнь сотвори́ша отце́м.

«А кре́пких не ви́диши ли, веща́?». Ви́жду и тех. Но и сих тве́рждша о́трока твоего́ суть. А́ще бо и до́бре живу́т, но не ви́де [ли] конца́ их? А о́ного де́ля не бои́шилися, ни трепе́щеши? Егда́ страсть прии́м, премене́ние прие́мши ко́е.

Сия же и жены́ де́ля помышля́й до́брыя, и домоде́ржицы, и всех де́ля благове́руй Бо́гу. А́ще и погуби́ши, жену́ сла́вий, еда́ на воздержа́ние мы́слит привести́ тя Бог, на мно́жайшая призыва́я труды́, свободи́ти тя сою́за по́хоти? А́ще си́це мудролю́бствуем, и су́щия на приобре́тение ны бу́дет печаль, и прииду́щих получи́м вене́ц, и́хже бу́ди всем нам получи́ти благодаре́нием и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́с Христа́, Ему́же сла́ва ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.