Челове́колюби́в Сый Бог, о́ возлю́бленнии, благоде́тель вся твори́т и промышля́ет, я́ко бы и нам по доброде́тели сия́ти. И хотя́ нам благоиску́сным бы́ти, и сего́ ра́ди ну́ждею бо ни еди́ного же, ниже́ си́лою - увещева́ет же и тем, е́же благотвори́ти. Хотя́щих всех привлача́ет, и к Себе́ приторгу́ет, и сего́ ра́ди, прише́дша Его́, о́ви у́бо прия́ша, о́ви же не прия́ша. Ни еди́ного же бо хо́щет не хотя́ща, ниже́ принужде́нна име́ти раба́, но хотя́щих всех и произволя́ющих и благода́ть Ему́ рабо́ты ве́дящих.
Челове́цы бо а́ки в потре́бе устрои́вшеся рабо́в слу́жбы и ниже́ хотя́щих мно́гих влады́чества держа́т зако́ном. Бог же, не тре́буя Сый ни еди́ногоже от на́ших, к потре́бе устро́и вся, на́шего ра́ди спасе́ния то́кмо вся де́йствуя, нас сами́х твори́т госпо́дей всего́.
И сего́ ра́ди не хотя́щих у́бо ни еди́ному же си́лу налага́ет, ниже́ ну́жду - к поле́зному бо нам зрит то́кмо, а не к потре́бному Ему́. И́накоже и е́же не хотя́щих к сей привлача́ти рабо́те ра́вно тому́ е́же ниже́ отну́дь работа́ли есть. Что у́бо му́чит, рече́, не хотя́щих повинова́тися Ему́? Что же и гее́нну воспре́ти не прие́млющие повеле́ний Его́? Я́ко и не покаря́ющимся нам Ему́, вельми́ промышля́ет, зело́ Сый благ и отска́чущих и бе́гающих не отступа́ет. Но поне́же пре́жний путь благодея́ния отверго́ша не хотя́ще и́же покоре́нием и е́же благоприя́тно, ин нам привведе́, - му́ками и томле́нии, - горча́йшь у́бо сущь, потре́бен же оба́че, егда́ пе́рвый обезче́стится. Поне́же и законополо́жницы мно́га у́бо лю́тая на согреши́вших налага́ют томле́ния, и оба́че их не отвраща́емся сих ра́ди, но и па́че почита́ем мук ра́ди и я́ко ни еди́ного же тре́бующе су́щих у нас, [па́че же ниже́ ве́дуще, кото́рии бу́дут хотя́щии уже́ ве́щи сами́ми наслади́тися по́мощи], оба́че попеко́шася е́же в житии́ о на́шем благочи́нии, почита́юще у́бо живу́щих в доброде́тели, возбраня́юще же муче́ньми, не удержи́мся и молча́нием про́чих врежа́емых.
А́ще же сим чуди́мся и лю́бим, не мно́го ли па́че Бо́га ужаса́тися подоба́ет и люби́ти толи́каго ра́ди промышле́ния? О́ни у́бо неблагоразу́мни и скве́рни па́че всех яви́шася, и́бо безме́рно посре́дством есть о́нех и сего́ промышле́ния я́же о нас. Неизрече́нно бо вои́стинну и вели́чество вся́ко побежа́юще бога́тство бла́гости Бо́жия. Смотри́ же: Во Своя́ прии́де, не Своея́ ра́ди потре́бы, [не тре́бующе бо я́коже предре́х Божество́,] но Свои́х ра́ди благодея́ния. И ниже́ лице́ Его́ Свои́ во Своя́ Ему́ прише́дшее по́льзы их ра́ди прия́ша, но отрази́ша. И не сие́ то́кмо, но и вне виногра́да изве́дше уби́ша. И ниже́ си́це от покая́ния их отве́рже, но даде́ а́ще восхоте́ли бы́ша по толи́ком законопреступле́нии вся отмы́ти прегреше́ния ве́рою я́же в Него́, ниже́ ничто́же таково́ сде́лавшим, но и наипа́че всем Ему́ любе́зным сравни́тися. И я́ко не про́сте, ниже́ ублаже́ния ра́ди сия́ веща́ю, све́тел о сих испуща́ю глас у́же по блаже́нному Па́влу вся.
Сей бо, Христа́ гоня́ по́сле креста́ и сведе́теля О́ного мно́гими побива́я рука́ми, егда́ у́бо пока́яся и зазре́ о согреше́нных ему́ пе́рвее и к Гони́мому притече́, в дру́ги его́ а́бие и пе́рвое име́ющих причте́ и пропове́дника и учи́теля всея́ вселе́нныя изъяви́в его́: ху́льника, гони́теля, досади́теля, я́коже и сам веселя́ся о Бо́жием спасе́нии и человеколю́бии сия́ воспропове́да. И не стыдя́шеся, но я́коже на сто́лпе писа́ньми дерзну́тое ему́ пе́рвое изложи́в, всем показова́ше, лу́чше бы́ти непщу́я е́же пе́рвее его́ житие́ от всех му́читися о е́же яви́тися вели́честву Бо́жияго да́ра, не́жели спокры́ти неизрече́нное Его́ и неисповеди́мое человеколю́бие, леня́щеся свое́ все обличи́ти заблужде́ние. Сего́ ра́ди горе́ и до́лу обраща́ет гоне́ния наве́ты. Ра́тия же на це́рковь, овогда́ у́бо глаго́ля: «Несмь досто́йно нарещи́ся апо́стол, зане́же гони́х Це́рковь Бо́жию» , овогда́ же я́ко: «Прии́де Христо́с Иису́с гре́шников спасти́ от ни́хже пе́рвый есмь аз» , и па́ки: «Слы́шасте мое́ житие́ не́когда во иуде́йстве я́ко по премно́гу гони́х Це́рковь Бо́жию и разруша́х ю́» - я́коже не́кое се́ и воздарова́ние отдая́ Христу́ е́же в него́ долготерпе́ния, тем е́же показа́ти, ко́его су́ща и ка́ко врага́ и ра́тника спасе́, си́це со мно́гим дерзнове́нием пропове́дует рать, е́юже со усе́рдием вся́ки в нача́ле боря́шеся Христо́ви. Посе́мже и отча́явшимся себе́ благи́я простира́ет наде́жди, и́бо и Христу́, рече́, сего́ ра́ди прия́ти себе́, да в нем пока́жет пе́рвем долготерпе́ние и премно́го бога́тство благода́ти Свое́й во о́браз хотя́щих ве́ровати Ему́ в жизнь ве́чную, и́бо бе вся́кия им ми́лости бо́льшая дерзну́тая. И уже́ у́бо и евангели́ст явля́я, глаго́лаше: «Во Своя́ прии́де и Свои́ Его́ не прия́ша». Отку́ду прии́де, И́же вся исполня́я и везде́ Сый? Кото́рое истощи́в ме́сто Своего́ прише́ствия, И́же вся руко́ю содержа́й и владе́я? Ме́сто у́бо ни еди́но же пре́мени. Каќо же? Схожде́нием бо е́же к нам сие́ соде́ла.
Поне́же бо, в ми́ре Сый, не мня́шеся близ бы́ти, тем е́же не узна́тися, по́слежде Себе́ изъяви́л есть, в на́шу плоть облещи́ся сподо́бився, явле́ние сие́ и схожде́ние прише́ствие нарица́ет. Почуди́т же ся не́кто ученику́ несрамля́ющется о Учи́телеве безче́стии, но со дерзнове́нием ю́же в Него́ бы́вшую доса́ду. И сие́ же нема́ло любои́стиннаго их нра́ва зна́мение и и́накоже срамля́ющемуся о досажда́ющих. Не о и́же от вины́ доса́ды стыде́тися подоба́ет. Сей бо си́це наипа́че облиста́ и по доса́де толи́ко о досади́вших творя́ промышле́ние. Они́ же неблагода́рни и скве́рни па́че всех яви́шася, о толи́ких прише́дшему благи́х я́ко врага́ отве́ргше и ра́тника. Не си́це же то́кмо вреди́шася, но и е́же не получи́ти, и́хже получи́ша прие́мшии Его́.
Коего́же ли получи́ша сии́? «Ели́цы же прия́ша Его́, даде́ им о́бласть ча́дом Бо́жиим бы́ти» , рече́. Что у́бо не глаго́леши нам, о́ блаже́нне, «и не прие́мшим Его́ – му́ку», но я́ко у́бо «Свои́ бе́ша и во Своя́ прише́дша не прия́ша» рекл еси́? Что же в ме́сто сих постра́ждут и кото́рую прии́мут му́ку - сие́ не ктому́ приложи́л еси́. А́ще и бо́льше бы их си́це устраши́л еси́ и же́стокое непоко́рства умягчи́л бы еси́ преще́нием. Что у́бо ра́ди умолча́л еси́? И коя́ [сея́ ра́ти] му́ки бо́льши бу́дет и́на, егда́ предлежа́щи о́бласти им ча́дом Бо́жиим бы́ти, не бу́дут, но хотя́ща, себе́ такова́го лиша́т благоро́дия и че́сти.
Но оба́че ниже́ зде то́кмо им я́же томле́ния ста́нут до е́же ничто́же прия́ти бла́го, но и негаси́мый их прии́мет огнь, е́же происхо́да я́вственнейше откры́л есть.
Пре́жде же глаго́лет неизрече́нная блага́я прие́мших Его́. И в ма́лех представля́ет сия́, глаго́лет си́це, глаго́ля: «Ели́цы же прия́ша его́, даде́ им о́бласть ча́дом Бо́жиим бы́ти» - а́ще и раби́, а́ще и свобо́дни, а́ще и е́ллины, а́ще и ва́рвари, а́ще и ски́фи, а́ще и не му́дри, а́ще и прему́дрии, а́ще и жены́, а́ще и му́жие, а́ще и отроча́та, а́ще и ста́рцы, а́ще и безче́стнии, а́ще и че́стни, а́ще и бога́тии, а́ще и ни́щии, а́ще и нача́льницы, а́ще и прости́и - вси та́яже сподо́бятся че́сти. Ве́ра бо и благода́ть Ду́ха е́же от мирски́х несла́дость отъе́млют, во еди́н зрак всех назда́ и во еди́н о́браз ца́рский. Что у́бо Его́ бу́дет человеколю́бия ра́вно?
Царь у́бо и́же от того́же соверше́н нам ка́ла единоро́дных и того́же ему́ причаща́ющихся естества́ мно́жицею же и о́браза лу́чших су́щих не сподобля́ет причасти́ в во́инство ца́рское, а́ще раби́ прилуча́тся су́ще. Единоро́дный же Бо́жий сын не несподоби́ и мытаре́й, и волхво́в, и рабо́в, и и́же всех безче́стнейши и ни́щетнейших, мно́гих же и телесы́ напа́ствованных и безчи́сленое име́ющих вреже́ние в лик чад причасти́. Толи́ка су́щия в Него́ ве́ры кре́пость. Толи́ка благода́ти вели́чество. И я́коже естество́ огня́, земли́ руд соживу́ще, зла́то сие́ а́бие сотвори́: си́це и мно́го па́че в ме́сто бе́рненых - святы́х креще́ние соде́лает омы́вшихся, Ду́ху огня́ подо́бие во о́но вре́мя в на́ша впада́ющу ду́ши.
И о́браза у́бо пе́рьсти сжега́ющу, о́браза же небе́снаго новоутвержде́нна , и све́тла, и я́коже от горни́ла блиста́юща вознося́щу. И что у́бо не рече́, я́ко «сотвори́м и ча́да Бо́жия», но: «даде́ им власть ча́дом Бо́жиим бы́ти»? Показу́я, я́ко мно́гаго тре́бует тща́ния я́ко бы и́же во креще́нии сыноположе́ния нам вообра́жнный о́браз неоскверне́н отню́д соблюсти́ и неприкоснове́н. Вку́пеже и явля́я, я́ко о́бласть сию́ от нас никто́же отъя́ти возмо́жет, а́ще, не предвари́вше, са́ми себе́ отъи́мем.
А́ще бо и́же от челове́к о́бласть не́ких ве́щей прие́мша, толи́ку име́ют кре́пость, ели́ко про́сту да́вшии са́ми - мно́го па́че и́же от Бо́га сея́ получи́вше че́сти, а́ще ничто́же о́бласти сея́ недосто́йно де́йствуем, всех бу́дем силне́йши за е́же и всех бы́ти бо́льшу же и блажа́йшу И́же сию́ нам Да́вшему честь.
Вку́пе же и показа́ти хо́щет, я́ко не про́сте ниже́ благода́ть после́дует, но хотя́щим и потща́вшимся, и́бо и во о́бласти лежи́т сих е́же бы́ти ча́да. А́ще бо не произволя́т са́ми пе́рвие - не после́дует дар, ниже́ соде́ловает что, всю́ду у́бо принужда́ющее отрева́я, самоизво́льно е́же и самовла́стно показу́я. Сие́ и ны́не рече́, и́бо в саме́х сих неизрече́нных благи́х Бо́жие у́бо есть да́ти благода́ть, челове́ческое же - е́же пода́ти ве́ре. И в су́щем же по сим вре́мени мно́гаго тре́ба есть про́чее тща́ния. Не довле́ет бо к хране́нию чистоты́ нам е́же крести́тися и ве́ровати то́кмо, но тре́ба есть, аще хо́щем сея́ вы́ну наслажда́тися све́тлости, досто́йно ея́ житие́ подая́ти. Сие́ же о нас сотвори́л есть Бог. Е́же бо роди́тися та́йнственым рожде́нием и всех очи́ститися пре́жде них согреше́ний нам от креще́ния быва́ет, а е́же бы́ти на про́чее чи́стым и ниже́ по сим прия́ти скве́рну - па́ки на́шея есть о́бласти тща́ние.
Сего́ у́бо ра́ди и о́браза рожде́ния нам воспомяну́л есть и от сосужде́ния плотски́х рожде́ний вели́чество показа́л есть, рекл: «И́же ни открове́н, ни от похоте́ния му́жеска, но от Бо́га роди́шася» . Сие́ же сотвори́л есть, да худо́е и смире́нное пе́рвое Рождества́ уве́девше, е́же кровьми́ и похоте́нием плотски́м, и высо́кое и благоро́дное втора́го, е́же благода́тию позна́вше, вели́ко не́кое и отсю́ду да прии́мем разуме́ние и да́ра Роди́теля досто́йно и мно́го по сих да пока́жем тща́ние. Страх бо нема́л, да не́когда до́брую сию́ оскверни́вше оде́жду я́же по сих ле́ностию и прегреше́ньми, изве́ржени бу́дем черто́га и Неве́стника, я́коже пять дев о́не юро́дивыя [или́] по неиме́ющему одея́ния бра́чна: и́бо и он от обе́дников бе, зван бо бысть и сей. Но поне́же по зва́нии и по толи́кой че́сти досади́л есть Зва́вшему, услы́ши, якову́ стра́ждет казнь, ка́ко окая́нну и мно́гих слез досто́йну. Прише́д бо во е́же све́тлыя причасти́тися трапе́зы о́ноя, не то́кмо возбраня́ется от пи́ршества, но и рука́ми свя́зан и нога́ми та́коже, во тму отво́дится кроме́шную, ве́чную и неизрече́нный плачь и скре́жет зубо́м претерпева́я.
Нравоуче́ние деся́тое, о е́же ничи́мже от свята́го креще́ния по́льзоватися и́же не до́бре живу́щим:
Да не у́бо, возлю́блении, ниже́ мы непщу́ем довле́ти нам ко спасе́нию ве́ры. А́ще бо не житие́ пока́жем чи́сто, но в недосто́йныя зва́ния сего́ ри́зы обле́кшеся прии́дем, ничто́же возбрани́т и нам пострада́ти та́яже, я́же и он окая́нный.
И́бо безме́стно есть Ему́, у́бо Бо́гу су́щу и Царю́, челове́ков худы́х и стро́ев , и ничесо́гоже досто́йных не стыде́тися, но су́щых от распу́тия к трапе́зе приво́дит о́ной - нам же толи́ко нечу́вствие показова́ти, я́ко ниже́ толи́кою че́стию бы́ти лу́чшим, но по зва́нии в то́й же пребыва́ти зло́бе, в Самого́ Зва́вшаго досажда́ющим человеколю́бие.
Ниже́ бо сего́ ра́ди нас на духо́вное сие́ и стра́шное та́инство призва́ о́бщее, да с пе́рвою вни́дем зло́бою, но да совле́кшеся студа́ да облече́мся в я́же су́щим в ца́рских пи́ршествующим в ле́поту облача́тися подоба́ет. А́ще же не восхо́щем зва́нию о́ному де́йствовати, не ктому́ сия́ от Поче́тшаго, но от нас. Ниже́ бо от нас отрева́я чу́днаго обе́дников ли́ка, но мы са́ми себе́. Он бо свое́ все соверши́л есть: и́бо бра́ки сотвори́л есть, и трапе́зу угото́вил, и зва́таев посла́, и прише́дших прия́т, и ино́ю вся́кою почте́ че́стию.
Мы же и в Него́, и в предстоя́щих, и в брак досади́вше скве́рными ри́зами, си́речь нечи́стыми дея́ньми, в ле́поту изве́ржемся про́чее. Си́це бо и бра́ка почита́я и зва́нных, отгоня́ет лю́тых и безсту́дных о́нех: а́ще бо оста́вил бы облече́нных во о́ну ри́зу, Сам у́бо возмне́лся бы и ины́м досажда́ти.
Но ни еди́ному же бу́ди такова́го и́скуса прия́ти Зва́вшаго: ниже́ нам, ниже́ ины́м не́ким. Сего́ бо ра́ди пре́жде да́же бы́ти сия́, вся напи́сана суть, да в преще́нии писа́ний уцелому́дрившеся, не попу́стим в де́ло приити́ безче́стие и му́ку сию́, но о глаго́лех сию́ да поста́вим то́кмо и со све́тлою ко́йждо оде́ждею на зва́ние о́но да прии́дем, ея́же наслади́тися бу́ди всем нам благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, И́мже и с Ни́мже Отцу́ сла́ва, со Святы́м Ду́хом во ве́ки. Ами́нь.