Сия́ бы́ша в Вивафа́ре, об он пол Иорда́на, иде́же бе Иоа́нн крестя́. На у́трии же зрит Иису́са гряду́ща к нему́ и глаго́ла: Се а́гнец Бо́жий, взе́мляй грехи́ ми́ра.

Ве́лие благодерзнове́ние - и е́же свобо́дна име́ти уста́, и вся во вторы́х полага́ти испове́дания е́же во Христа́. Си́це ве́лие и чу́дно, я́ко Сы́ну Бо́жию Единоро́дному такова́го пропове́дати при Отце́, а́ще и не ра́вно воздая́ние. Ты бо испове́даеши на земли́ - Той же на небесе́х. И ты у́бо челове́ком предстоя́щим - То́йже пред Отце́м и а́нгелех всех. Тако́в Иоа́нн бе: ни мно́жества, ни сла́вы, ни ина́го ничего́же челове́ческих убоя́ся, но сия́ вся попира́я, и с подоба́ющею свобо́дою я́же о Отце́ всем пропове́да. Сего́ бо ра́ди и ме́сто назна́менует ева́нгелист, да дерзнове́ние пока́жет велегла́снаго пропове́дника: не в хра́мине бо, ниже́ во у́гле, но [на] Иорда́н дости́г посреде́ мно́жеству предстоя́щих всех от него́ креща́емых, [креща́ющу бо наста́ша иуде́и,] и чу́дное о́но пропове́да испове́дание о Христе́, е́же высо́ких оне́х и неизрече́ных испо́лненое догма́т, и я́ко не буд́ет дово́лен разреши́ти реме́нь сапога́ Его́.

Сего́ ра́ди рече́: «Сия́ бы́ша в Вифа́нии». Ели́ка же списа́телей опа́снейша име́ют – «в Вифава́ре» рече́, Вифа́ние бо не об он пол Иорда́на, ниже́ при пусты́ни бе, но близ не́где Иерусали́му, по́весть же и ины́я ра́ди вины́ назна́менует.

Поне́же по́вести не дре́вния повествова́ти хотя́ше, но пре́жде ма́ла вре́мени случа́ющагося, предстоя́щих и ви́дящих твори́т сведе́телей глаго́лемых, и указа́ния и предстоя́щих подае́т, дерза́я бо я́ко ничто́же от себе́ прилага́ет ко глаго́лемым, но су́щая про́сте вся со и́стинною повествова́ше: е́же от мест сведе́тельство прие́млет, указа́ние, е́же рех, не ху́до и́стинны быва́юще.

Е: «На у́трии зрит Иису́са к нему́ гряду́ща и глаго́ла: Се А́гнец Бо́жий, взе́мляй грехи́ ми́ра». Т: Раздели́ша времена́ евангели́сти: и Матфе́й у́бо я́же пре́жде да́же свя́зану бы́ти крести́телю Иоа́нну времена́ назна́менав, тщи́тся к про́чим; евангели́ст же Иоа́нн, всих наипа́че пребыва́ет. И он у́бо, по е́же приити́ Иису́су от пусты́ни, посреде́ умолча́в, ели́ка Иоа́нн веща́ше, ели́ка иуде́и по́слани бы́вше глаго́лаху, и, ина́я вся сократи́в, прескочи́ а́бие на юзи́лище. «Слы́шав бо, рече́, Иису́с, я́ко пре́дан бысть Иоа́нн, отъи́де отту́ду» . Иоа́нн же не си́це, но и́же у́бо в пусты́ню путь умолча́, а́ки от Матфе́я рече́н, а я́же по сше́ствии бы́вша от горы́ повеству́ет и мно́га про́чее тогда́ наво́дит: «Не у́бо бе Иоа́нн вве́ржжен в темни́цу» . И что ра́ди, рече́, ны́не прихо́дит к нему́ Иису́с, и не еди́ною, но и второ́е сие́?

Матфе́й бо ну́жно Его́ прише́ствие бы́ти рече́, креще́ния ра́ди. Приво́дит бо: «Отвеща́ Иису́с и рече́, я́ко си́це ле́по есть нам испо́лнити вся́ку пра́вду» . Иоа́нн же и па́ки Ему́ приити́ глаго́лаше по креще́нии. И сие́ отсю́ду изъяви́л есть: «Аз бо рече́ ви́дех Дух сходя́щь я́ко голуби́цу, и пребы́сть на Нем» . Что у́бо ра́ди прихо́дит ко Иоа́нну? Ниже́ бо про́сте прии́де, но к нему́ прихожа́ше. «Гряду́ще, рече́, к нему́, ви́де Его». Что ли у́бо ра́ди идя́ше? Поне́же той Его́ крести́ со мно́гими, я́ко бы еди́ному же зазре́ти, я́ко от тоя́же вины́, от нея́же и ини́и ко Иоа́нну прихожда́ше, си́речь, я́ко грехи́ испове́дуя и в покая́ние омыва́яся в реце́ - прихо́дит, дая́ Иоа́нну сие́ па́ки испра́вити непщева́ние. И́бо е́же рещи́: «Се А́гнец Бо́жий, взе́мляй грех ми́ра» - все сие́ отъе́млет непщева́ние. И́же бо си́це чист, я́ко и ины́х грехи́ отмыва́ти мощи́, благоявле́нно, зане́ не я́ко испове́дати грехи́ прихо́дит, но я́ко да́ти вину́ о́ному чу́дному пропове́днику – и, второ́му гла́су пе́рвое слы́шащим, изве́стнейше вложи́ти рече́нная и приложи́ти ина́я па́ки. А е́же се рече́ся, за е́же мно́гим мно́жицею взы́сковати Его́ от рече́нных и от до́лгаго вре́мени. Сего́ ра́ди предстоя́ща Его́ показу́я, глаго́лаше: «Се сей есть, и́же дре́вле взыску́емыи, Сей А́гнец». А́гнца же Его́ нарица́ет, проро́чества Иса́ина воспомина́я иуде́ем и се́ни Моисе́йския, да о́то о́браза па́че их приведе́т ко и́стинне. Он бо а́гнец, ни еди́наго же еди́ною греха́ взя, Сей же - вселе́нныя вся, бе́дствующи бо ей поги́бнути, вско́ре свободи́ гне́ва Бо́жия. «Сей бе, о Нем же рех: Во след мене́ гряды́й, пре́жде мене́ бысть» . Зри́ши ли и зде, ка́ко е́же «пре́жде» сказу́ет? Рек бо А́гнца, я́ко взе́млет грех ми́ра. Тогда́ рече́, я́ко пре́жде мене́ бысть – я́вствено, я́ко сие́ есть е́же пре́жде, е́же грехи́ взя́ти ми́ра, е́же крести́ти Ду́хом Святы́м. «Мое́ бо прише́ствие, мно́жае ничто́же имя́ше е́же пропове́дати о́бщаго вселе́нныя Благода́теля и е́же водно́е креще́ние пода́ти. Сего́же е́же очи́стити всех челове́к и дарова́ти Уте́шителя де́йство. Сей пре́жде мене́ бысть, си́речь, показа́ся мене́ светле́йшь, зане́ пе́рвее мене́ бе».

Да посра́мятся и́же Па́вла Самоса́тскаго неи́стовство прие́мшии, к си́це я́вственей и́стинне противля́ющеся. И «аз не ви́дех Его́» рече́. Не зазо́рно зде сведе́телство соде́ловает, показу́я сие́ не челове́ческия су́ще дру́жбы, но о́то открове́ния боже́ственаго бы́вше. «Не ве́дех бо Его́» рече́. Ка́ко у́бо бу́деши достове́рен свиде́тель? Ка́ко у́бо ины́х научи́ши, сам не ве́дый? И не рече́ «не вем Его́», но: «не ве́дях Его́», я́ко си́це наипа́че достове́рен бу́дет. Ка́ко бы у́бо дарова́л не зна́емому? Но да яви́тся Изра́илю, сего́ ра́ди приидо́х крестя́ водо́ю. Не у́бо Сам креще́ния тре́боваше, ниже́ и́ну не́кую вину́ имя́ше о́на ба́ня, ра́зве е́же предпу́тие сотвори́ти я́же во Христа́ ве́ре про́чим всем. Не рече́ бо «да очи́щу креща́емых», ни «да свобожу́ грехо́в», приидо́х крестя́, но «да яви́тся Изра́илю». Что бо, рцы ми, креще́ния кроме́ немо́щно ли пропове́дати и привести́ наро́дов? Удо́бне си́це ника́коже, ниже́ бо си́це стекли́ бы ся вси, а́ще креще́ния кроме́ про́поведь была́ бы. Не бы у́бо ве́дели е́же от сосужде́ния вели́чество, мно́жество бо исхожда́ше не послу́шающе, и́хже глаго́лаше, но что? Крести́тися испове́дующе грехи́ своя́. Приходя́ще же науча́хуся я́же о Христо́ве креще́нии посре́дству, и́бо и сие́ иуде́йскаго честне́йше бе, и сего́ ра́ди вси притека́ху - но оба́че и си́це не соверше́нно бе. Ка́ко ли у́бо позна́л еси́ Его́? Соше́ствием Ду́ха рече́. Да́же не кто вознепщу́ет па́ки, я́ко в потре́бе устро́ен бысть Ду́хом, я́коже мы, услы́ши, ка́ко и сие́ отъе́млет зазре́ние, показу́я, я́ко наше́ствие Ду́ха о е́же пропове́дати Христа́ прии́де. Рек бо: «И аз не ве́дях Его́», наведе́: «Но посла́вый мя крести́ти водо́ю, Он ми рече́: На Него́же а́ще уви́диши Дух сходя́щь и пребыва́ющь на Нем - Он есть крестя́й Ду́хом Святы́м» .

Зри́ши ли, я́ко сие́ де́ло Ду́ха бе, е́же показа́ти Христа́? Бе бо и Иоа́нново сведе́тельство незазо́рно. Хотя́ же сие́ достове́рнейше сотвори́ти, возведе́ сие́ на Бо́га и Ду́ха Свята́го. Поне́же бо сведе́тельствова си́це ве́лие не́что, и чу́дно, и дово́льно слы́шащых ужаси́ти всех, [я́ко вселе́нныя всея́ грехи́ взе́млет еди́н Той и к толи́кому искупле́нию довле́ет мно́жества да́ра вели́чество,] устроя́ет про́чее сие́ изрече́ние. Сострое́ние же я́ко Сын есть Бо́жий, и я́ко не тре́боваше креще́ния, и я́ко де́ло Ду́ха наше́ствие бысть е́же я́вствена Его́ сотвори́ти то́кмо. Не бе бо Иоа́нновы си́лы е́же Ду́ха дая́ти. И явля́ют креща́емии от него́, глаго́люще: «Но ниже́ а́ще Дух Свят есть слы́шахом» . Не у́бо креще́ния тре́боваше Христо́с: ни о́ного, ни ино́го не́коего - но креще́ние потре́бно бе́яше си́лы Христо́вы. Е́же бо оскудева́юще сие́ бе, - глави́зна всех благи́х, е́же Ду́ха сподо́битися креща́емому, - сие́ у́бо Ду́ха дарова́ние приложи́л есть, прише́д:

Е: И свиде́тельствова Иоа́нн, глаго́ля: «Я́ко ви́де Ду́ха сходя́ща а́ки голуби́цу и пребыва́ющь на Нем. И аз не ве́дях Его́. Но посла́вый мя крести́ти водо́ю, Той ми рече́: На Него́же а́ще уви́диши Ду́ха сходя́ща и пребыва́юща на Нем - Сей есть крестя́й Ду́хом Святы́м. И аз ви́дех и свиде́тельствовах, я́ко сей есть Сын Бо́жий».

Т: Ча́сте же е́же «не ве́дях Его́» полага́ет. Что ра́ди и за что? Сро́дник бе Ему́ по пло́ти. Се бо рече́ «Елисаве́т, сро́дница твоя́, и сия́ заче́нши сы́на» . Да́же у́бо не возмни́тся угажа́ти сро́дства ра́ди, рече́: «не ве́дях Его́». И по сло́ву сие́ сбы́сться. И́же бо все вре́мя в пусты́ни пребыва́ше и оте́ческаго до́ма кроме́. Ка́ко у́бо, а́ще не ве́дяше Его́ пре́жде наше́ствия Ду́ха и а́ще тогда́ пе́рвие его́ позна́, пре́жде креще́ния возбраня́ше Ему́, глаго́ля: «Аз тре́бую от Тебе́ крести́тися»? Сие́ бо зна́мение, е́же зело́ Его́ ве́дети бе, но не пре́жде и пред мно́гим вре́менем, и в ле́поту.

Я́же у́бо чудеса́, ели́ка о́троку су́щу бы́ша, си́речь, я́же о волсве́х и ина́я ели́ка такова́, пре́жде мно́гаго случи́шася вре́мени, Иоа́нну зело́ и самому́ о́троку су́щу. В посре́дстве же мно́гаго бы́вшаго вре́мени в ле́поту всем не зна́емь бе. Поне́же а́ще зна́ем был бы, не бы́ у́бо рек «да яви́тся Изра́илю сего́ ра́ди приидо́х крестя́». Отсю́ду нам я́вствено, я́ко и зна́мения о́на, я́же де́тская бы́ти ре́ша Христу́, ло́жно и притво́рно от не́ких приводя́щих суть. А́ще бо от пе́рваго заче́н во́зраста чудоде́йствовал бы, не бы у́бо ниже́ Иоа́нн Его́ не ве́дал, ниже́ про́чее мно́жество потре́бовало бы учи́теля явля́ющаго Его́.

Ны́не же той рече́ сего́ ра́ди прии́де, «да яви́тся [Сей] Изра́илю». Ка́ко у́бо глаго́лаше «аз тре́бую от Тебе́ крести́тися»? По́слежде, а́ки я́вственейше уве́дев, наро́дом его́ пропове́даша, глаго́ля: «Сей бе, Его́же рех: во след мене́ гряде́т Муж, И́же пре́жде мене́ бысть». Я́ко и «Посла́вый мя крести́ти водо́ю», и сего́ ра́ди посла́в мя, «да яви́тся Изра́илю» - Сам ему́ и пре́жде наше́ствия Ду́ха Себе́ откры́л есть, те́мже и пре́жде да́же приити́ глаго́лаше: «Во след мене́ гряде́т, И́же пре́жде мене́ бысть».

Не у́бо ве́дяше Его́ пре́жде е́же приити́ на Иорда́н и всех крести́ти, но егда́ хотя́ше крести́тися, тогда́ Его́ позна́. И наипа́че Отцу́ Его́ откры́вшу проро́ку, и Ду́ху показа́вшу креща́емаго иуде́ом, и́хже ра́ди и наше́ствие Ду́ха бысть. Да́же бо Иоа́нново не пренебреже́тся сведе́тельство глаго́лющаго я́ко «пе́рвее мене́ бе», я́ко Ду́хом креща́ет и я́ко су́дит вселе́ную - и Оте́ц глас испуща́ет, пропове́дующе Сы́на, и Дух схо́дит, гла́са привлача́я на главу́ Христо́ву. Поне́же бо ов у́бо креща́ше, ов же креща́шеся. Да не кто от предстоя́щых о Иоа́нне вознепщу́ет глаго́латися рече́нному, прихо́дит Дух, исправля́я таково́е непщева́ние. Я́ко егда́ глаго́лет «не ве́дях Его́», пре́жнее глаго́лет вре́мя, а не е́же близ креще́ния.

Поне́же ка́ко Его́ возбраня́ше, глаго́ля: «Аз тре́бую от Тебе́ крести́тися»? Ка́ко такова́я о Нем глаго́лаше? Ка́ко у́бо не ве́роваше иуде́и, рече́, ниже́ бо еди́н Иоа́нн ви́де Ду́ха в виде́нии голуби́не?

Зане́ такова́я не теле́сных оче́с тре́буют то́кмо, но пре́жде сих е́же в мы́сли зре́ния, я́ко бы не мечта́ние изли́шне вещь вознепщева́ти. А́ще бо чудоде́йствующа зря́ще, и прикаса́ющася Свои́ми рука́ми неду́гующих и уме́рших и си́це их к жи́зни возводя́ща и здра́вию - толи́ко пия́нствоваху от за́висти, я́ко сопроти́вная зря́щим явля́тися. Ка́ко у́бо от наше́ствия Ду́ха еди́наго отрази́ли бы́ша неве́рие?

Не́цыи же ре́ша, ниже́ всем им зре́ти, но ра́зве Иоа́нну то́кмо, и благода́рственейше пребыва́ющим. А́ще бо и чу́вственными очесы́ мо́щно бе уви́дети я́ко в виде́нии голуби́не Дух сходя́щь, но оба́че не сего́ ра́ди вся́ка ну́жда всем я́вствене бы́ти ве́щи. И́бо и Заха́рия в чу́вственом виде́нии мно́го ви́де, и Дании́л, и Езеки́иль, и о́бщаго виде́ния ни еди́нагоже имя́ху. И Моисе́й же мно́га ви́де, якова́ от про́чих ни еди́н же. И преображе́ния же су́щаго на горе́ не вси наслади́шася ученицы́, но ниже́ зре́ния по воскресе́нии приобщи́шася вси, и сие́ явля́ет я́вствене Лука́, рек: «Я́ко показа́ Себе́ сведе́телем, и́же пре́жде избра́нным от Бо́га» . «И аз ви́дех, и свиде́тельствовах, я́ко сей есть Сын Бо́жий». А́гнца бо его́ нарече́ и я́ко Ду́хом крести́тися имя́ше, рече́, Сы́на же Бо́жия нигде́же. А́ще и по креще́нии ничто́же ему́ ре́кшу воспису́ют про́чии евангели́сти, но я́же посреди́ умолча́вше, я́же по вверже́нии Иоа́ннове в темни́цу бы́вшее Христо́ва чудеса́ глаго́лют, от ни́хже уга́дывати ле́по, я́ко и сия́, и и́на мно́га мно́жайша оста́влена бы́ша - и сие́ сам сей евангели́ст к концу́ писа́ния изъяви́л есть, рек.

Толи́ко бо оша́яхуся е́же мечта́ти не́что ве́лие о Нем, я́ко ви́дящаяся у́бо поно́сна бы́ти - вси единогла́сне и со опасе́нием вся́ким положи́ша. И не у́бо обря́щеши ни еди́наго же их оста́вивша ничто́же от таковы́х чуде́с же, о́ва у́бо друг дру́гу оста́виша, о́ва же вси умолча́ша.

Сия́ же мне не про́сте рече́ся, но к е́ллинскому безсту́дию: дово́льно бо сие́ любои́стиннаго их нра́ва указа́ние и е́же ничто́же ко благода́ти глаго́лати. И мо́жете и сею́ со ины́ми вооружи́тися вино́ю слове́с к ним.

Нравоуче́ние седмьнадеся́тое: я́ко подоба́ет ве́дети опа́сне о ве́ре, я́ко бы мощи́ к вопроша́ющим отвещава́ти:

Но внима́йте: и́бо безме́стная врачу́ у́бо о хи́трости подвиза́тися свое́й, и сапо́жнику, и тка́телю, и всем про́сте худо́жником, - христиани́ну же бы́ти ре́кшу, не мощи́ сло́ва пода́ти о свое́й ве́ре. А́ще и о́на у́бо презре́на во име́ния тщету́ принесе́, сия́ же небрего́ма саму́ю нань растлева́ет ду́шу.

Но оба́че си́це окая́нне пребыва́ем, я́ко о́нем у́бо вся́ко отдая́ти тща́ния, ну́жных же и я́же спасе́ния на́шего вина́ суть, сих я́ко ни еди́наго же досто́йных пренебрега́ти. Сие́ не попуща́ет е́ллином вско́ре своему́ посмея́тися заблуже́нию.

Егда́ бо они́ лже́ю составля́юще вся де́йствуют, я́кобы спокры́ти догма́т студ, мы же, и́стинны служи́телие, ниже́ разврести́ уста́ мо́жем - ка́ко не мно́гу не́мощь зазря́т уче́нию? Ка́ко не лесть и бу́йство на́ша ве́щи вознепщу́ют? Ка́ко не поху́лят Христа́ я́ко досади́теля и лестца́ и мно́гих безу́мием ко льсти де́йствовавша? Сего́ мы вино́вни хуле́ния, не хотя́ще бде́ти во я́же о благоче́стии словесе́х, но изли́шна полага́юще сия́ и земны́ми пеку́щеся. И плесца́ у́бо кто жела́я, и вса́дника, и со зверьми́ борю́щагося, вся подвиза́ет и промышля́ет, я́ко бы в по́двизех су́щых о́нем не ме́ньше име́я отъити́, и до́лги слага́ют похвалы́, ко оклевета́ющим их отве́т слога́юще и безчи́слеными бию́ща укори́знами сопроти́вных.

О христия́нстве же предлежа́щых словес, вси до́лу зрят, и леня́тся, и зия́ют, и посмея́вшеся отхо́дят. И ка́ко не досто́йно сия́ безчи́сленнаго гне́ва, егда́ Христо́с безче́стнейшь плесца́ явля́ется пред на́ми? А́ще и о соде́янных о́неми безчи́сленым отве́том поучи́стеся, а́ще и всех студне́йшых, о Христо́вых же чудесе́х, а́ще и вселе́нную привлеко́ша, ниже́ помы́слити что и попещи́ся творите́.

Ве́руем во Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха. В воскресе́ние теле́с, в жизнь ве́чную. А́ще вопроси́т кто от е́ллин: Кто есть Сей Оте́ц? Кто же Сын? Кто же Святы́й Дух? Три ли глаго́лете бо́ги и нам порица́ете многобо́жество? Что рече́те? что отвеща́ете? Ка́ко отрази́те прираже́ние слове́с сих? Что же у́бо, молча́щим вам, па́ки принесе́т ино́е взыска́ние: что же есть вся́чески воскресе́ние, вопроша́ет - еда́ в сем телеси́ па́ки воста́нем, еда́ во ино́м па́че сего́? И а́ще в сем, ка́я потре́ба сему́ разреши́тися? Что к сим рече́те? Что же а́ще возглаго́лете: что ра́ди ны́не, а не в пре́жних времене́х прии́де Христо́с? Ны́не ли Ему́ изво́лися промы́слити о челове́цех, про́чее же все вре́мя нас пренебрежа́ше? И ина́я к сим сих мно́жайша истя́жет. Ниже́ бо ну́жно мно́гое взыска́ния полага́ющу разреше́ния умолчава́ти, я́коже не просте́йших си́це вреди́ти - довле́ют бо и рече́нное ко е́же оттрясти́ ваш сон. Что у́бо, а́ще сия́ истя́жут, вы же ниже́ глаго́л сих послу́шати мо́жете? Еда́ ма́лу постра́жем казнь, рцы ми, толи́кия льсти вино́вни быва́юще и́же во тме седя́щым? Хоте́х а́ще у́бо упражне́ния восприи́мете мно́гаго, на среду́ всех нас скве́рна е́ллина не́коего филосо́фа кни́гу на нас рече́нную принести́ и ина́го па́ки, старе́йшаго сего́, да си́це у́бо вас воста́вил бых и мно́гие ле́ности отве́л бы. А́ще бо они́, я́кобы на нас рещи́, толи́ка бо́дрствоваша, ко́его у́бо мы бу́дем проще́ния досто́йни, а́ще ниже́ прираже́ния я́же на нас ве́мы отража́ти?

Что же ра́ди и приведе́ни бы́хом? Не слы́шиши ли апо́стола глаго́люща: «Гото́ви бу́дете ко отве́ту вся́кому вопроша́ющему вас сло́во о су́щей в вас наде́жди» . И па́ки та́яже наказу́ет, глаго́ля: «Сло́во Христо́во да вселя́ется в вас бога́тно» . Но что глаго́лют к сим ше́ршней безслове́снейшии? «Душа́ благослове́на вся́ка проста́». И «ходя́й про́сте, ше́ствует наде́яся» . Сие́ бо всех злых вино́вно есть, я́ко ниже́ сведе́тельство писа́ний к потре́бному ве́дят приводи́ти мно́зии. Не несмы́сленнаго бо зде рече́, ниже́ ничто́же ве́дящаго, но не лука́ваго, не злоде́я, разу́мнаго. Поне́же а́ще сие́ бы́ло бы, изли́шне бе глаго́лати: «быва́йте му́дрии я́ко зми́и и це́ли я́ко голу́бие» .

Но что сия́ подоба́ет глаго́лати, в ничто́же потре́бно срета́ющуся сему́ сло́ву? К рече́нным бо, ниже́ ина́я нам испра́вятся я́же жития́ и жи́зни, но отвсю́ду окая́нни и подсмея́тельни. И обвинова́ти у́бо друг дру́га при́сно гото́ви, исправля́ти же о ни́хже обину́ем и порица́ем - лени́ви. Те́мже молю́ ны́не у́бо, нам саме́м быва́ющим, не до осужде́ния стоя́ти то́кмо. Не довле́ет бо сие́ уми́лостивити Бо́га. Но изря́дное отвсю́ду показа́ти преложе́ние, я́ко да в сла́ву Бо́жию жи́вше, и са́ми бу́дущия наслади́мся сла́вы, ея́же бу́ди всем нам получи́ти благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, Ему́же сла́ва во ве́ки веко́в. Ами́нь.