Оте́ц лю́бит Сы́на и вся даде́ в ру́це Его́. Ве́руяй в Сы́на име́ет живо́т ве́чный. Не ве́руяй же Сы́ну, не у́зрит жи́зни, но гнев Бо́жий пребыва́ет на нем.

Мно́го схожде́ния приобрете́ние во всех показу́ется ве́щех. Си́це худо́жства испра́вихом, не внеза́пу от учи́телей вся навыка́юще. Си́це гра́ди созда́хом, ти́хо и пома́лу сия́ составля́юще. Си́це жизнь содержи́м на́шу. И да не почуди́шися, а́ще о жите́йских ве́щех толи́ку име́ет кре́пость – иде́же у́бо и в духо́вных мно́гу у́бо кто обря́щет сея́ прему́дрости су́щу си́лу. Си́це бо и возмого́ша свободи́тися идолослуже́ния иуде́и, ти́хо и пома́лу возводи́ми и ничто́же изнача́ла высо́ко слы́шаще, ниже́ догма́т, ниже́ гражда́нства ра́ди. Си́це по Христо́ве прише́ствии ,егда́ и высо́кых догма́т вре́мя бе, всех привожда́ху апо́столи, ничто́же испе́рва высо́ко веща́юще. Си́це и Христо́с мно́жайшим бесе́доваше в нача́ле. Си́це Иоа́нн сотвори́л есть ны́не. Я́коже о челове́це бесе́дуя не́коем чу́дном, и высо́кая спокрове́нне предложи́в. Начина́я у́бо си́це глаго́лаше: «Не мо́жет челове́к от себе́ прия́ти ничто́же». Та́же высо́ко не́что совокупи́в и рек: «Гряды́й с небеси́, на́до все́ми есть».

Па́ки во смире́нное сло́во низво́дит, глаго́ля и и́на мно́га: и я́ко «не ме́рою дае́т Бог Ду́ха», та́же наво́дит, глаго́ля: «Оте́ц лю́бит Сы́на и вся даде́ в ру́це Его́». Та́же и ве́дый мно́гу су́щу кре́пость му́ки, и не си́це обеща́нием благы́х мно́гих приводи́мых, я́коже преще́нием стра́шных, зде заключа́ет сло́во си́це, глаго́ля:

Ева́нгелие: Ве́руяй в Сы́на име́ет живо́т ве́чный. Не повину́яйжеся не у́зрит жи́зни, но гнев Бо́жий пребыва́ет на нем.

Толкова́ние: Па́ки зде на Отца́ возво́дит сло́во му́ки. Не рече́ бо «гнев Сы́на», а́ще и Сей есть Судия́, но Отца́ им поста́ви па́че устраши́ти хотя́. Еда́ у́бо довле́ет е́же ве́ровати в Сы́на ко е́же живо́т име́ти ве́чный? Ника́коже. «Не всяк бо глаго́ляй мне Го́споди Го́споди вни́дет в Ца́рствие небе́сное». И я́же в Ду́ха ху́ла довле́ет и еди́на в гее́нну воврещи́. И что глаго́лю о че́сти уче́ния? А́ще бо и во Отца́, и Сы́на пра́ве ве́рует, и в Ду́ха же Свята́го, житие́ же не имее́т пра́во - ничто́же ему́ приобрете́ние ве́ры во спасе́ние. Те́мже у́бо и егда́ глаго́лет «Се бо есть живо́т ве́чный, да зна́ют Тебе́, Еди́наго И́стиннаго Бо́га», да не вознепщу́ем довле́ти нам во спасе́ние глаго́лемое. Тре́ба бо есть нам жития́ и жи́тельства чисте́йшаго. Поне́же и зде рече́ «ве́руяй в Сы́на име́ет живо́т ве́чный», и зде, и зельне́йше.

Ниже́ бо от благи́х еди́ных, но и от сопроти́вных сло́во слага́ет. Си́це глаго́ля: «Не ве́руяйже в Него́, не у́зрит жи́зни, но гнев Бо́жий пребыва́ет на нем». Но оба́че ниже́ отсю́ду рече́м довле́ти ве́ре еди́ной во спасе́ние. И показу́ют я́же о житии́ во мно́гих ме́стех Ева́нгелии рече́нная. Сего́ у́бо ра́ди не рече́ «Сей же есть Живо́т ве́чный Еди́н», ниже́ «ве́руяй в Сы́на то́кмо име́ет живо́т ве́чный», но во обою́ сие́ явля́ше, я́ко живо́т име́ет вещь. А́ще у́бо я́же жи́тельства не после́дуют, мно́го после́дует му́ка. И не рече́ «ожида́ет его́», но «на нем», си́речь, никогда́ же от него́ отступи́т, да́же бо не вознепщу́еши смерть бы́ти привре́менную е́же «не у́зрит жи́зни», но ве́руеши я́ко всегда́шняя му́ка, сей положи́л есть глаго́л, показу́я я́ко всажда́ется ему́ вы́ну. Сотвори́л же есть сие́, сих ра́ди их глаго́л порева́я ко Христу́. Те́мже у́бо ниже́ осо́бь к ним наказа́ние творя́ше, но собо́рное, я́ко у́бо наипа́че их приводи́ти можа́ше. Не рече́ бо «а́ще ве́руете», «а́ще и не ве́руете», но о о́бщем произво́дит сло́во, я́ко бы не зазо́рно бы́ти глаго́лемая. И зельне́йше, не́жели Христо́с, сие́ сотвори́л есть. Христо́с бо я́ко «не ве́руяй уже́ осужде́н есть». Сей же «не у́зрит жи́зни, но гнев Бо́жий пребыва́ет на нем». И па́че в ле́поту: не та́коже бо бе самому́ не́коему о себе́ глаго́лати, и ино́му о нем. Христа́ бо вознепщева́ли бы́ша самолю́бия ра́ди сия́ мно́жицею веща́ти и велича́тися, Иоа́нн же сего́ свободи́ся зазре́ния. А́ще же по сих и Христо́с зельне́йшим де́йствует сло́вом, но егда́ вели́кую о себе́ сла́ву стяжа́ про́чее.

Ева́нгелие: Я́ко у́бо позна́ Иису́с, рече́, зане́ слы́шаше фарисе́и, я́ко Иису́с мно́жайших ученико́в твори́т и креща́ет не́жели Иоа́нн, [А́ще и сам Иису́с не креща́ше, но учени́цы Его́], отъи́де от Иуде́и и прии́де в Галиле́ю.

Толкова́ние: Сам у́бо не креща́ше, но возвеща́ющии, хотя́ще воздви́гнути слы́шащих в за́висть, сия́ возвеща́ху. Что у́бо ра́ди отхо́дит? Не боя́зни ра́ди, но отсеца́я их за́висть и утеша́я зави́дение. Си́лен бо бе и наше́дших удержа́ти, но не хотя́ше ча́сте сие́ твори́ти, я́ко бы не обезве́ритися плотско́му смотре́нию. А́ще бо ча́сте держи́мь избега́л бы, сие́ у́бо вознепщева́л бы ся от мно́гих.

Сего́ ра́ди мно́гая челове́чнейше устроя́ет. Я́коже бо хотя́ше уве́рити я́ко Бог бе, си́це я́ко Бог Сый плоть ноша́ше. Сего́ ра́ди и по воскресе́нии ко ученику́ глаго́лаше: «Осяжи́ и виждь, я́ко Дух пло́ти и ко́сти не име́ет, [я́коже Мене ви́дите име́юща]». Сего́ ра́ди и Петру́ запрети́ ре́кшему: «Ми́лостив ты Го́споди! Не бу́дет Тебе́ сие́». Си́це зело́ ему́ вещь потща́тельна бе. Поне́же и догма́т церко́вных не ма́ла часть сия́ есть, и е́же о на́шем спасе́нии глави́зна, и е́юже вся быва́ют и исправля́ются. Си́це бо и смерть разруши́ся, и грех убие́н бысть, и кля́тва исчезе́, и безчи́сленая внидо́ша в житие́ на́ше блага́я. Те́мже наипа́че хотя́ше уве́ритися смотре́нию, ко́рень и исто́чник нам безчи́сленых бы́вшему благи́х. Устроя́я же челове́ческая, ниже́ боже́ственыя спокрыва́ти испуща́ше. Отше́д у́бо па́ки, те́хже держа́шеся, и́хже и пе́рвее. Ниже́ про́сте в Галиле́ю восхожда́ше, но вели́ки не́кия устроя́я ве́щи на самаря́нех. И не про́сте устроя́я сия́, но с подоба́ющею Ему́ прему́дростию и е́же ни еди́но оста́вити иуде́ом, ниже́ безсту́дно не́коего отве́та непщева́ние. Е́же у́бо евангели́ст гада́тельствует, глаго́лаше:

Ева́нгелие: Подоба́ше же Ему́ проходи́ти Самари́ею.

Толкова́ние: Показу́я пути́ чрезде́льно Ему́ сие́ творя́щу, е́же и апо́столи творя́ху. Я́коже бо они́, гони́ми от иуде́й, тогда́ во язы́ки идя́ху. Си́це и Христо́с, егда́ Его́ изгна́ша, тогда́ и оне́х каса́шеся: я́коже и о сирофиники́се сотвори́л есть жене́. Сие́ же бысть, я́ко бы вся́ко отсещи́ иуде́ом отвеща́ние, да не возмо́гут глаго́лати: Я́ко оста́вль нас, к неиму́щем обре́зания отъи́де. Сего́ ра́ди и ученицы́ отвещева́юще глаго́лаху: «Вам бо ну́жно пре́жде глаго́лати сло́во Бо́жие, но поне́же недосто́йных суди́сте себе́, обраща́емся во язы́ки» . И Сам па́ки: «Не приидо́х ра́зве ко овца́м поги́бшим до́му Изра́илева» . И па́ки: «Несть добро́ взя́ти хлеб от чад, и да́ти псом» . Егда́ же изгна́ша, дверь язы́ком отверзо́ша. И ниже́ си́це предвари́тельне на о́но прихо́дит, но преходя́.

Ева́нгелие: Проходя́ у́бо, прии́де во град самаря́нский глаго́лемый Сиха́рь, близ ме́ста е́же даде́ Иа́ков Ио́сифу сы́ну своему́. Бе же та́мо исто́чник Иа́ковль.

Толкова́ние: Что ра́ди опа́сно сло́вити евангели́ст о ме́сте? Да егда́ услы́шиши жене́ глаго́лющей: «Иа́ков оте́ц наш даде́ нам исто́чника сего́», не удиви́шися. Ме́сто бо сие́ бе, иде́же о Ди́не с́ущи и о Леви́и и Симео́не негоду́юще, лю́тое о́но соде́лаша уби́йство.

Досто́йно же рещи́ и отку́ду самаритя́не соста́вися, и́бо ме́сто сие́ все Самари́я нарица́ется. Отку́ду у́бо нарече́ние прия́ша? «Само́р» - гора́ есть глаго́лашеся от стяжа́вшаго, я́коже и Иса́ия рече́: «И глава́ само́ров Ефре́м». Но живу́щии, не самаря́не, но израильтя́не глаго́лахуся. Вре́мени же происходя́щу, прирази́шася Бо́гу, и ца́рствующу Факе́ю , возше́д Фелгаваса́р. И гра́ды взят мно́ги, и нападе́ на И́лу, и уби́в его́, Оси́и ца́рствие даде́. На сего́ наше́д Салманаса́р, взят гра́ды ины́я и да́ни сотвори́ пови́нных. На се и пе́рвое у́бо прии́де , по́слежде отступи́ нача́льства и к посо́бию ефио́пскому прибеже́. Уве́де сие́ асири́янин, во́инствовав и уби́в их, не ктому́ язы́ка та́мо пребыва́ти попусти́, зазре́ния ра́ди такова́го отступле́ния. Но сих у́бо в Вавило́н приведе́ и ми́дян. Отту́дуже язы́ки от разли́чных мест приве́д, всели́ в Самари́и, я́коже про́чее утверже́но ему́ нача́льство бы́ти, свои́м име́ющим ме́сто.

Си́мже бы́вшим, хотя́ Бог показа́ти свою́ си́лу и я́ко не не́мощи ра́ди издаде́ иуде́ев, но грех ра́ди пре́данных, напуща́ет львов на ва́рваров, и́же погубля́ху язы́ков их. Возвести́шася сия́ царе́ви, и посыла́ет иере́и не́кия предаю́щая им зако́ны Бо́жия. Но оба́че ниже́ си́це всеце́ло от нече́стия отступи́ша, но и сполу́.

Вре́мени же происходя́щу па́ки, и́долов у́бо отскочи́ша, почита́ху же Бо́га. И ве́щем всих су́щим, наше́дше иуде́и про́чее, за́вистне к ним имя́ху, а́ки ко иноплеме́нником и ра́тником, и от горы́ самаритя́ны их нарица́ху. И нема́ло от зде бе к ним любопре́ние: ниже́ бо писа́ния вся прие́мляху, но Моисе́йская еди́на прие́млюще, о проро́цех не мно́го творя́ху сло́во. Любопря́хуся у́бо в благоро́дие вложи́ти себе́ иуде́йское, и хваля́хуся о Авраа́ме и прароди́теля его́, написа́ху, а́ки от Халде́я су́ща, и Иа́кова же отца́ нарица́ху, а́ки о́ному су́ща от ро́да. Иуде́иже со все́ми и сих гнуша́хуся. Те́мже и Христу́ сия́ поноша́ху, глаго́люще: «Самаряни́н еси́ Ты и бе́са име́еши». И о нисходя́щему от Иерусали́ма в Ерихо́н, сия́ ра́ди вины́ Христо́с самаряни́на вво́дит «ми́лость к нему́ сотво́ршаго» , худа́го, удо́бь пренебрего́маго, гнуша́емаго от них. И о десяти́х прокаже́нных иноплеме́нника еди́наго рече́, сего́ ра́ди самаряни́н бо бе. И Сам же ученико́м си́це глаго́ля, повеле́: «На путь язы́к не отъиди́те, и во град самари́йский не вни́дете». Не по́вести же ра́ди еди́ныя ме́сто воспомяну́ нам Иа́ковля евангели́ст, но и о е́же показа́ти отложе́ние иуде́йское, дре́вле бы́вшее, и́бо о прароди́телех их ме́ста, в ме́сто их удержа́ху они́. Я́же бо прароди́тели их держа́ху, не су́щая своя́, сия́ ле́ности ра́ди своея́ и законопреступле́ния су́щее их погуби́ша си́и.

Си́це ничто́же приобрете́ние от прароди́телей бы́ти благы́х, егда́ не такови́ прилуча́тся су́щии от оне́х. Ва́рвари бо да львов иску́ство прии́мут то́кмо, ко иуде́йскому благоче́стию возврати́шася а́бие. Они́же толи́ко претерпе́вша муче́ния, ниже́ си́це уцелому́дришася.

Зде у́бо Христо́с прии́де, худо́е у́бо и мокро́тное отрева́я житие́ при́сно, притру́дное же вводя́ и спря́танное. Не подъяре́мников бо тре́бует, но си́це ше́ствует приле́жне, я́ко и труди́тися от путьше́ствия. И сие́ везде́ наказу́ет самосоде́тельно бы́ти, и неизли́шне, и немно́гих тре́бовати.

Си́це бо хо́щет изли́шних чужи́х нам бы́ти, я́ко и саме́х ну́жных мно́го отсеца́ти, сего́ ра́ди глаго́лаше: «Ли́си я́звены име́ют и пти́цы небе́сныя гне́зда, Сын же Челове́чь не име́ет где главы́ подклони́ти» . Сего́ ра́ди и на гора́х мно́жайше пребыва́ет, не во дни то́кмо, но и в нощи́, и в пусты́нях. Сие́ и Дави́д гада́тельствуя, глаго́лаше: «От пото́ка на пути́ пие́т» , и ху́дость жития́ его́ явля́я. Сие́ и зде показу́ет:

Ева́нгелие: Утруди́бося от путьше́ствия, седя́ше си́це на исто́чнице. Час бе я́ко шесты́й, прии́де жена́ от Самари́я почерпсти́ во́ду. Глаго́ла ей Иису́с: «Даждь Ми пи́ти». Ученицы́ же Его́ отъидо́ша на то́ржища да пи́щи ку́пят.

Толкова́ние: Отсю́ду науча́емся и е́же о путьше́ствии кре́пком, и е́же о пи́щах нераде́нию, и ка́ко чрезде́льне ве́щию де́йствует зде. Си́це и ученицы́ наказа́шася я́же о себе́ устроя́ти, не бо ноша́ху на пу́тная. И явля́ет сие́ ин евангели́ст глаго́ля, внегда́ о ква́се фарисе́йском им бесе́доваше , зане́ они́ непщева́ху, я́ко хлебо́в не ноша́ху . И егда́ а́лчущих вво́дит и стира́ющых от кла́сов и яду́щих, и егда́ глаго́лет ему́ к смоко́внице алчьбы́ ра́ди приити́ , а не ина́го чего́ или́ сие́ все́ми нас наказу́ет: е́же пренебрещи́ чре́ва и непотща́тельно сего́ непщева́ти бы́ти служе́ние.

Смотри́ у́бо их и зде: ниже́ принося́щих что, ниже́ поне́же не ноша́ху от нача́ток дни о сей пеку́щыхся, но во вре́мя, в не́же вси обе́д творя́т, пи́щи купу́ющых. Но не я́ко мы, от одра́ а́бие востаю́ще, пре́жде ины́х сие́ смотря́ем, поваро́в и трепезотво́рцев призыва́юще и со мно́гим запове́дающе тща́нием, и по оне́х ины́м всем каса́ющеся, жите́йское пре́жде духо́вных творя́ще, и я́же изли́шно име́ти подоба́ше я́ко ну́жная почита́юще. Сего́ ра́ди вся горе́ и до́лу быва́ет. Сопроти́вное бо подоба́ше, всех духо́вных мно́го сотво́рьшим сло́во, по е́же сове́ршити о́на, тогда́ каса́тися сих. Не притру́дное же то́кмо, но и велича́вое отсю́ду показу́ется: не е́же труди́тися, ниже́ е́же се́сти при пути́ то́кмо, но е́же оста́тися Еди́н и ученико́м от Него́ разлучи́тися. И́бо леть бя́ше, а́ще хоте́л бы, или́ не всех посла́ти, или́ отше́дшим оне́м, ины́х служи́телей име́ти. Но не восхоте́. И́бо ученико́в си́це обучи́. И что ве́лие, рече́, а́ще смиря́хуся, не́гли рече́т кто, ры́бари су́ща и ски́ний творцы́?

Ры́бари бо бе́ша и ски́ний творцы́. Внеза́пуже на са́мый взыдо́ша небеси́ верх и всех бы́ша царе́й честне́йши, собесе́дницы бы́ти сподо́бльшеся вселе́нныя Влады́це и после́довати чуди́мому отсю́ду. Ве́сте же и о́но: я́ко наипа́че и́же от худы́х су́ще, егда́ сано́в насладя́тся, удо́бнейше взе́млется к го́рдости. А́ки добронеиску́сне име́юще к че́сти неза́пней, держа́ у́бо их в том же смиреному́дрии, наказова́ше их всех сопря́товатися и нигде́же тре́бовати служа́щих. Сам же «утруди́вся от путьше́ствия, седя́ше си́це при исто́чнице». Зри́ши ли, я́ко труда́ ра́ди седа́лище бысть, зно́я ра́ди, за е́же ожида́ти ученико́в? Ве́дяше бо сбыва́ющеся на самаритя́нех; не на сие́ же прии́де нача́льне. Не у́бо поне́же сего́ ра́ди не прии́де, прише́дшую жену́ отри́нути подоба́ше, си́це мно́го любоуче́ние показу́ющу. Иуде́и бо и к ним гряду́ша отгоня́х, а и́же от язы́к су́щи, и и́нде ходя́ща к себе́ влеча́ху. И они́ у́бо зави́дяху, си́и же ве́роваху. Они́ негодова́ху, си́и же чудя́хуся и поклоня́хуся. Что у́бо? Подоба́ше ли толи́ких спасе́ние презре́ти и усе́рдие си́це до́блествено оста́вити? Сие́ у́бо недосто́йно Его́ человеколю́бия. Те́мже у́бо с подоба́ющею ему́ прему́дростию вся настоя́щыя устрая́ет. Седя́ше бо, упокая́я те́ло и у исто́чника простужа́я себе́. Сие́ бо бе дни посре́дство, е́же и евангели́ст изъяви́л есть рек: «Час бе я́ко шесты́й». И седя́ше си́це. Что есть си́це? Не на престо́ле, не на возгла́вии, но про́сте и я́ко прилучи́ся на земли́.

«Прихо́дит жена́ от Самари́я почерпсти́ во́ду». Зри, ка́ко и жену́ ина́го ра́ди показу́ет прише́дшу, везде́ безсту́дное иуде́йское зауща́я сопротивосло́вие. И да не́ кто глаго́лет, я́ко сопротивля́ется себе́ ве́щьми, во град у́бо не входи́ти повелева́я самари́йский, самаритя́ном же бесе́дуя. Те́мже и еже не у́ пришли́ ученицы́, положи́л есть евангели́ст, мно́ги вводя́ вины́ я́же к ней бесе́дования. Что у́бо? Проше́на бы́вши во́ду от Христа́. «Даждь ми рече́ пи́ти» Христо́с глаго́лаше к ней. Что у́бо она́?

Ева́нгелие: «Ка́ко Ты, иуде́янин сый, про́сиши от мене́ пи́ти, су́щи жены́ самаряны́ни? Не смеша́ютбося иуде́и самаря́ном.

Толкова́ние: И отку́ду Его́ иуде́янина непщева́ бы́ти? От о́браза не́гли, от бесе́дования. Ты ж ми смотри́, ка́ко разсмотри́тельна жена́ бе. А́ще бо подоба́ше сохраня́тися Иису́су подоба́ше, а не о́ной: не рече́ бо самаря́не иуде́ом не смеша́ются, но иуде́и самаря́н не прие́млют. Но оба́че жена́ сия́ греха́ свобождена́, поне́же непщева́ и и́но ей припа́сти, ниже́ си́це умолча́, но я́ко непщева́ше исправля́ет не по зако́ну быва́емое.

Но о́но, а́ще кто недоуме́ется, ка́ко Иису́с иска́ше от нея́ пи́ти, зако́ном не повелева́ющу? А́ще бо глаго́лет кто, я́ко е́же прове́дети не даю́щу, сего́ ра́ди у́бо самого́ ниже́ проси́ти подоба́ше. Что у́бо есть рещи́? Я́ко разли́чно сие́ про́чее бе такова́я отрева́ти наблюде́ния. И́же бо ины́х возводя́ во е́же разреша́ти, мно́го па́че Сам сия́ у́бо прете́кл бы. «Не входя́щее бо рече́ скверни́т челове́ка, но исходя́щее» . Не ма́ло же осужде́ние бу́дет иуде́ом е́же о жене́ бесе́дование, оне́х бо мно́жицею привлача́ше и глаго́лы, и ве́щьми, но не хотя́ху. Сия́ же зри, ка́ко держи́тся от худа́го вопроше́ния. Той у́бо не поста́ви сию́ ку́плю, ниже́ путь; а́щеже не́цыи прихожа́ху, не возбраня́ше. И́бо и ученико́м сие́ глаго́лаше: «Во град самари́йский не вни́дете», а не приходя́щих отража́ти - зело́ бо недосто́йно бе Его́ человеколю́бия. Сего́ у́бо ра́ди и отвещава́ет жене́:

Ева́нгелие: И рече́: «А́ще бы ве́дала еси́ дар Бо́жий и Кто есть глаго́ляй тебе́ «даждь Ми пи́ти», ты у́бо проси́ла бы от Него́, и дал бы тебе́ во́ду жи́ву.

Толкова́ние: Пе́рвее показу́ет досто́йну су́щу слы́шати, а не презре́тися, и тогда́ Себе́ открыва́ет. И́бо имя́ше, а́бие уве́девше, И́же Кто есть, послу́шати и внима́ти Ему́, е́же о иуде́ех не у́бо кто рече́т: и́бо уве́девше, проси́ша у Него́ ничто́же, ниже́ возжеле́ша что навы́кнути от потре́бных, но досажда́ху и отгоня́ху. Жена́ же сия́ слы́шавши, зри ка́ко кро́тце отвещева́ет:

Ева́нгелие: Го́споди, ниже́ почерпа́ло име́еши, студене́ц есть глубо́к. Отку́ду у́бо име́еши во́ду жи́ву?

Толкова́ние: Пре́жде ю́ от непщева́ния смире́ннаго воздви́же и е́же непщева́ти еди́ного от мно́гых бы́ти. Не про́сте бо зде нарица́ет Го́спода, но мно́гу отдаю́ще честь. Я́ко бо почита́юще сия́ глаго́лаше, от и́же по сих рече́нных я́вствено есть: не посмея́ся бо, ниже́ поруга́ся, но недоуме́яше еще́. А́щеже не а́бие все помы́сли, да не чуди́шися: ниже́ бо Никоди́м. Что бо он рече́? «Ка́ко мо́гут сия́ бы́ти?». И па́ки: «Ка́ко мо́жет челове́к роди́тися, стар сый?». И па́ки: «Еда́ мо́жет во утро́бу ма́тери своея́ второ́е вни́ти и роди́тися?». Сия́ же честне́йши: «Го́споди, ниже́ почерпа́ло име́еши и студене́ц есть глубо́к. Отку́ду у́бо име́еши во́ду жи́ву?». И́но у́бо Христо́с глаго́лаше, и́но же непщева́ше она́. Ничто́же вя́ще слы́шавши глаго́л, ниже́ помы́слити еще́ что высо́ко могу́щи, а́ще и мо́щно бе рещи́ продерза́тельно веща́ющей: Я́ко а́ще у́бо во́ду жи́ву име́л бы еси́, не бы́ проси́л еси́ от мене́, но Сам Себе по́дал бы еси́ пе́рвее, ны́не же велича́ешися. Но ничто́же от сих рече́, но с кро́тостию отвещава́ет мн́огою. И в нача́ле, и по сих.

И́бо в нача́ле рече́: «Ка́ко Ты, иуде́янин сый, про́сиши от мене́ пи́ти?». И не рече́, а́ки ко иноплеме́ннику и врагу́ бесе́дующи: «Не бу́ди мне пода́ти тебе́ челове́ку – ра́тнику и язы́ка на́шего отчужде́ному». И по сих па́ки, слы́шавши вели́кое глаго́люща о ни́хже наипа́че ухапля́ются врази́, не посмея́ся, ниже́ поноси́. Но что рече́?

Ева́нгелие: Еда́ Ты бо́льши еси́ отца́ на́шего Иа́кова, и́же даде́ нам студене́ц сей, и сам от него́ пия́ше, и сы́нове его́, и ско́ти его́?

Толкова́ние: Зри́ши ли, ка́ко себе́ влаѓает во благоро́дие иуде́йское? А е́же глаго́лет, таково́ есть: он сею́ де́йствоваше водо́ю, и мно́жае имя́ше ничто́же да́ти. Сия́ же глаго́лаше, показу́ющи, ка́ко от пе́рваго отве́та прия́т разуме́ние и ве́лие, и высо́ко. Е́же бо «той пия́ше от него́, и сы́нове его́, и ско́ти его́», ничто́же и́но гада́тельствующия есть, но я́ко имя́ше у́бо разуме́ние бо́льши воды́, не обре́те же сие́, ниже́ ве́дяше я́вьствене. Да́же и я́вственейше реку́ е́же хо́щет рещи́, сие́ есть: не име́еши рещи́ рече́, я́ко Иа́ков нам даде́ сего́ исто́чника, ина́гоже сам тре́боваше, и́бо той и сы́нове его́ от сего́ пия́ху. Не у́бо пи́ли бы, а́ще лу́чши име́л бы ин. От сего́ у́бо ниже́ той возмо́жет да́ти, ино́го же лу́чшаго несть тебе́ име́ти, а́ще не Иа́кова испове́дуеши бо́льша бы́ти себе́.

Отку́ду у́бо име́еши во́ду, ю́же обеща́еши да́ти нам? Но иуде́и не си́це кро́тце бесе́дуют. И́бо и им о то́йже вине́ бесе́довати таковы́я воспомяну́в воды́. Но ничто́же приобрета́ху. Егда́ же Авраа́ма воспомяну́, и ка́мением би́ти начина́ху Его́.

Но жена́ не таковы́м ему́ прино́сится о́бразом, но со мно́гою кро́тостию, посреди́ зно́я и посреди́ дни, и глаго́лет, и слы́шит вся с долготерпе́нием мно́гим. И ниже́ помышля́ет что таково́, яково́ ле́по иуде́ем рещи́: «Я́ко бесу́ется и неи́стовит Сей» , привяза́ мя исто́чнику и студенцу́, подая́ у́бо ничто́же, велича́яжеся глаго́лы. Но терпи́т и приседи́т, до́ндеже обря́щет иско́мое.

А́ще жена́ самаряны́ни толи́ко твори́т тща́ние о е́же уве́дети не́что потре́бно и приседе́ти Христу́, а́ще и еще́ не ве́дящи Его́, ко́его у́бо мы получи́м проще́ния и́же и ве́дяще Его́, и ниже́ при студенце́, ниже́ в пусты́ни, ниже́ посреди́ дни, ниже́ [в] лучи́ паля́щи, но от восто́ка и под таковы́м кро́вом се́ни наслажда́ющеся благоду́шия, и не терпя́ще слы́шати что от глаго́лемых, но леня́щеся? Но она́ не такова́: но си́це держи́тся глаго́лемым, я́ко и ины́х призыва́ти. Иуде́иже не то́кмо не призыва́ху, но и хотя́щих приходи́ти возбраня́ху и запина́ху, глаго́люще: «Зри́те ли, никто́же от князь ве́рова Ему́? Но лю́дие не ве́дящи и зако́на про́кляти суть» .

Нравоуче́ние три́десять пе́рвое: О житии́ пра́вом:

Да подража́ем у́бо самаряны́ню, да бесе́дуем Христу́. И́бо и ны́не посреде́ нас стои́т, и проро́ки, и ученики́ нам веща́ет. Да услы́шим у́бо и повине́мся. Доко́ле живе́м ту́не и всу́е? Е́же бо неуго́дное Бо́гу твори́ти – ту́не житие́ есть, па́чеже не то́кмо ту́не, но и о зле. Егда́ бо да́нное нам вре́мя изнуря́ем в ничто́же потре́бно, отъи́дем казнь стра́ждуще после́днюю безвре́меннаго изнуре́ния. Не бо́ и́же име́ния ку́плю де́яти прие́м та́же изъя́д, истя́зан бу́дет от и́же вве́рившаго, а и́же живо́т тако́в изнури́в ту́не, не постра́ждет ли казнь? Не сего́ ра́ди нас Бог приведе́ в настоя́щий живо́т и ду́шу вдохну́в, да настоя́щему внима́ем то́кмо, но да вся к бу́дущему животу́ промышля́ем. Безслове́сная бо еди́но настоя́щему потре́бна житию́. Мы же сего́ ра́ди ду́шу безсме́ртну име́ем, да ко уготовле́нию о́ныя жи́зни вся да де́йствуем. Коне́й бо, и воло́в, и осло́в, и ины́х таковы́х ското́в, а́ще вопроси́т кто потре́бу, ни еди́нуже и́ну рече́м, но ю́же в настоя́щем житии́ слу́жбу. О нас же несть сие́ рещи́, но лу́чших устрое́ние, е́же по отше́ствии от зде есть. И подоба́ет вся твори́ти, да та́мо облиста́ем, да со а́нгелы лику́ем, да Царю́ предстои́м вы́ну, в венце́х нетле́нных. Сего́ ра́ди бо и безсме́ртна бысть душа́ и те́лом бу́дет безсме́ртно, да несконча́емых наслади́мся благы́х. А́ще же земли́ пригвожде́н бу́деши небе́сным предлежа́щим, помы́сли, ели́ка быва́ет доса́да к Дарова́вшему, егда́ Он у́бо го́рняя тебе́ простира́ет, ты же о них немно́го творя́ сло́во земле́ю изменя́еши. Сих ра́ди и гее́нною воспрети́, а́ки пренебрего́мь, да навы́кнеши отвсю́ду, ели́ко себе́ лиша́еши до́брых. Но не бу́ди и́скуса прия́ти му́ки о́ноя, но благоугоди́вшим нам ве́чных получи́ти благы́х благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, с Ни́мже Отцу́ сла́ва со Святы́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.