Отвеща́ Иису́с и рече́ ей: Всяк пия́й от воды́ сея́, вжа́ждет па́ки. А и́же у́бо пие́т от воды́ ,ю́же Аз дам ему́, не вжа́ждет вове́к. Но вода́ ,ю́же дам ему́, бу́дет в нем исто́чник воды́, ска́чущия в живо́т ве́чный.

Духо́вную благода́ть, овогда́ у́бо Писа́ние огнь, овогда́ же во́ду нарица́ет, показу́юще я́ко не существа́ суть сия́ разуме́ния, но де́йства: ниже́ бо от разли́чных суще́ств состои́тся Дух, неви́дим же и единови́ден сый. И Иоа́нн у́бо си́це глаго́ля: «Я́ко той вас крести́т Ду́хом Святы́м и огне́м». Христо́с же: «Ре́ки от чре́ва Его́ истеку́т воды́ живу́щия. Сие́ же глаго́лаше, о Ду́се рече́, Его́же хотя́ху приима́ти». Си́це и жене́ бесе́дуя нарица́ет Ду́ха: «И́же бо а́ще пие́т от воды́, ея́же Аз дам ему́, не вжа́ждет во ве́ки». Си́це же Ду́ха нарица́ет, нарече́нием у́бо огня́, воздви́женое и те́плое благода́ти, и изнури́тельное грехо́м; гада́тельствуя воды́ же нарече́нием - и чи́стое е́же от Него́, и мно́гое простуже́ние прие́млющим Его́ мы́слем явля́я. Я́коже бо не́коего рая́ благоцвету́ща, древесы́ кипя́ща плодоно́сными и присноцвету́щами, си́це усе́рдную устрая́ет ду́шу, ниже́ печа́ли, ниже́ сатани́нскаго наве́та попуща́ющи ощути́ти: но угаша́ет вся раждеже́ныя стре́лы лука́ваго.

Ты же ми смотри́ Бо́жию прему́дрость, ка́ко ти́хо возво́дит жену́: не от пе́рваго бо рече́: «А́ще бы ве́дала еси́, Кто бе глаго́ляй тебе́ даждь Ми пи́ти», но егда́ ей вину́ подаде́ иуде́янина Его́ нарещи́ и под согреше́ние приведе́, отража́я оглаго́лание. Рече́ бо: «А́ще бы ве́дала еси́, Кто бе глаго́ляй тебе даждь Ми пи́ти, ты у́бо проси́ла у Него́». И принуди́вся вели́кая возвести́ти, помяну́ти же патриа́рха, си́це дае́т возре́ти жене́. Та́же о́ной глаго́лющи: «Еда́ Ты бо́льши еси́ отца́ на́шего Иа́кова?», не рече́: «ей, бо́льши есмь» - возмне́л бы ся велича́тися то́кмо, указа́нию не у́ явля́ему. И́миже глаго́лет, сие́ устрая́ет.

Не про́сте бо рече́: «Дам тебе́ во́ду», но пе́рвее отъе́м е́же Иа́кова, тогда́ взима́ет Себе́, от естества́ дае́мых посре́дство лиц, ели́ко и разли́чное дае́мых; предста́вити хотя́ и преиме́ние е́же к патриа́рху. А́ще бо чуди́шися, рече́, Иа́кову, я́ко сию́ даде́ во́ду, а́ще мно́го лу́чшую дам тебе́, предвари́вши бо́льша испове́дала бы еси́ Мене́ бы́ти Иа́кова.

А́ще бо ре́кши: «я́ко еда́ бо́льши еси́ Иа́кова, зане́ обеща́еши лу́чшую во́ду дая́ти». А́ще прии́меши о́ну во́ду, вся́чески испове́даеши бо́льша бы́ти Мене́. Зри́ши ли суд нелицеме́рен жены́ о бы́вших усужа́ющии я́, и патриа́рхом, и Христо́м? Но иуде́и не сиц́е: но и де́монов зря́ще отгоня́юща Его́. Не то́кмо патриа́рха не глаго́лаху бо́льша, но и бесну́ющаяся нарица́ху. Жена́ же не си́це, но отсю́ду но́сит Суд, отню́дуже Христо́с хо́щет, от указа́ния дел. И́бо и сей отзде́ осужда́ет, глаго́ля си́це: «А́ще не творю́ дела́ Отца́ Моего́, не ве́руйте Мне. А́щеже творю́, а́ще и Мне не ве́руете, дело́м ве́руйте». Си́це и жена́ ве́рою приво́дится. Сего́ ра́ди и той слы́шав: «Еда́ бо́льши еси́ отца́ на́шего Иа́кова?», Иа́кова оста́вль, о воде́ бесе́дует, глаго́ля: «И́же а́ще пие́т от воды́ сея́, вжа́ждется па́ки». И сосужде́ние не от оглаго́лания, но от преиме́ния твори́т. Не глаго́лет бо: я́ко вода́ сия́ ничто́же есть, но ху́да и удо́бь пренебрего́ма, но е́же и естество́ сведе́тельствует, сие́ повлага́ет: «И́же у́бо пие́т от воды́ ю́же Аз дам ему́, не вжа́ждется ввек».

Слы́ша во́ду жена́ пре́жде сея́, но не разуме́: поне́же бо и вода́ жи́ва, при́сно теку́щая же, вы́ну истека́юща исто́чником глаго́лется неразсека́емым - и сию́ непщева́ жена́ глаго́латися. Сего́ ра́ди я́вственейшее и сию́ показу́ет, си́це глаго́ля и от сосужде́ния преиме́ние творя́. Что бо рече́? «И́же а́ще пие́т от воды́ ю́же Аз дам ему́, не вжа́ждет во ве́ки». Сие́ бо наипа́че показа́ вели́чество и я́же по сих рече́нная: сих бо ничто́же име́ет чу́вственая вода́. Ка́я же ли суть я́же по сих? «Бу́дет в нем исто́чник воды́, ска́чущия в живо́т ве́чный». Я́коже бо исто́чника внутрь име́яй лежа́ща не у́бо ят бу́дет когда́ жа́ждею, си́це во́ду сию́ име́яй. Уве́рися а́бие жена́, мно́го разу́мнейша Никоди́ма я́вльшися. Не разу́мнейша же то́кмо, но и му́жественейша, он бо безчи́сленых таковы́х слы́ша, ниже́ ино́го не́коего о сем умоли́, ниже́ сам дерза́ше; сия́ же апо́стольския показу́ет ве́щи, всем благовеству́ющи и призыва́ющи ко Иису́су, и гра́да всеце́ла влеку́щи вне к Нему́. И он у́бо услы́шав, глаго́лаше: «Ка́ко мо́гут сия́ бы́ти?», и Христу́, поло́жшу указа́ние я́вствена е́же ве́тра, ниже́ си́це сло́во прие́мляше. Жена́ же не си́це: но пе́рвее у́бо недоуме́яше, по́слежде не со устрое́нием прие́мши сло́во, но в чи́ну отвеща́ния, на прия́тие а́бие тщи́тся. Поне́же бо рече́ Христо́с: «Бу́дет в нем исто́чник воды́, ска́чущия в живо́т ве́чный», а́бие рече́ жена́: «Даждь ми сию́ во́ду, да не жа́жду, ниже́ прихожу́ зде почерпа́ти». Зри́ши ли, ка́ко пома́лу к высоте́ догма́т возво́дится? Пе́рвее вознепщева́ Его́ законопресту́пна бы́ти не́коего иуде́янина. Та́же, егда́ сие́ отрази́ оклевета́ние, [подоба́ше бо не бы́ти Христу́ зазо́рну хотя́щу таковы́ми ю́ оглаша́ти,] слы́шавши во́ду жи́ву, вознепщева́ о чу́вственей сия́ глаго́латися. По́сле же, навы́кши я́ко духо́вна бе́ша глаго́лемая, ве́рова у́бо, я́ко мо́жет вода́ отъя́ти жа́жди потре́бу, не уже́ что сие́ есть ве́дяше, но еще́ недоуме́яше, высоча́йшу у́бо сию́ чу́вственых бы́ти непщу́ющи, я́вственое же не ве́дящи. Зде же опа́снейше у́бо возре́вши, не у́бо все ви́девши:

Ева́нгелие: Даждь бо ми, рече́, сию́ во́ду да не жа́жду, ниже́ прихожу́ зде почерпа́ти.

Толкова́ние: Пре́жде предпочте́ Его́ от Иа́кова: не тре́бую бо сего́ исто́чника, а́ще прииму́ от Тебе́ о́ну во́ду. Зри́ши ли, ка́ко Его́ предполага́ет от патриа́рха? Сие́ души́ благода́рныя. Показа́, коли́ку сла́ву имя́ше о Иа́кове; ви́де бо́льшаго, и не удержа́на бысть предприя́тием. Ниже́ бо удо́бна жена́, [не про́сте бо прия́т глаго́лемая; ка́ко бо, я́же с толи́ким опасе́нием взыска́вши?], ниже́ непоко́рна и любопри́тельна. И сие́ показа́ от проше́ния. И́бо иуде́ом рече́ не́когда: «И́же а́ще яст от пло́ти Моея́, не вза́лчет, и ве́руяй в Мя не вжа́ждет». Но не то́кмо не ве́роваша, но и соблазни́шася. Жена́ же ничто́же таково́ пострада́, но и пребыва́ет, и про́сит. Иуде́ом у́бо глаго́лаше: «Ве́руяй в Мя не вжа́ждет». Жене́ же не си́це, но дебеле́йше: «Пия́й от воды́ сея́ не вжа́ждет», обеща́ние бо духо́вных и неуста́вных веще́й.

Сего́ ра́ди воздви́гнув ея́ ума́ обеща́ньми, еще́ в чу́вственых пребыва́ет глаго́лех, за е́же не у́ мощи́ вмести́ти духо́вных опа́ство. А́ще бо рекл бы: я́ко а́ще ве́руеши в Мя, не вжа́ждеши, - не бы у́бо разуме́ла рече́нное, не ве́дящи, Кто есть бесе́дуяй, ниже́ о ко́ей жа́жде глаго́лаше. Что у́бо ра́ди не о иуде́ех сие́ сотвори́л есть? Зане́ они́ у́бо мно́га зна́мения ви́девше бе́ша. Сия́ же зна́мения у́бо ни еди́ноже ви́де, глаго́л же сих слы́шав пре́жде: сего́ ра́ди про́чее проро́чеством открыва́ти си́лу Свою́, и не а́бие наво́дит обличе́ние. Но что рече́?

Ева́нгелие: Иди́, пригласи́ своего́ му́жа и прии́ди зде. Она́ же рече́: Не име́ю му́жа. Глаго́ла ей Иису́с: До́бре рекла́ еси́, я́ко не име́ю му́жа. Пять бо муже́й име́ла еси, и ны́не его́же име́еши, несть твой муь. Сие́ и́стинно рекла́ еси́. Глаго́ла ему́ жена́: Го́споди, зрю я́ко проро́к еси́ Ты.

Толкова́ние: О́ле вели́ко жены́ любому́дрие! Ка́ко кро́тце обличе́ние прие́млет! Ка́ко бо не хотя́ше, рече́? Что ра́ди, рцы ми: не иуде́ев ли обличи́ мно́жицею и сего́ бо́льши? Несть бо ра́вно, я́же в мы́сли неизрече́нное на среду́ приводи́ти и вещь быва́ему о́тай объявле́ну сотвори́ти. То бо Бо́гу то́кмо есть и ни еди́ному же ино́му ве́дяше не́жели в мы́сли име́яй, сия́ же приобраща́ющися вси све́дят. Но оба́че обличе́ни бы́вше, не терпя́т кро́тце, но ре́кшу: «Что Мя и́щете уби́ти?», не то́кмо не чудя́тся я́ко жена́, но укоря́ют и досажда́ют. А́ще и они́ у́бо и от ины́х зна́мений имя́ху указа́ние, сия́ же сие́ то́кмо бе слы́шавши. Но оба́че не то́кмо не почуди́шася, но и досади́ша глаго́люще: «Бе́са ли име́еши? Кто тебе́ хо́щет уби́ти?». Сия́ же не то́кмо не досажда́ет, но и чуди́тся, и ужаса́ется, и проро́ка непщу́ет бы́ти: и́бо бо́льши обличе́ние сие́ жены́ косну́ся, не́жели оне́х о́но. Сие́ бо сея́ еди́ныя согреше́ние бе, о́ноже о́бще: не си́це же о о́бщих я́коже о осо́бных ухапля́емся. И они́ у́бо ве́лие не́что непщева́ху исправля́ти, а́ще Христа́ убию́т: жены́ же согреше́ние испове́дашеся от всех лука́во бы́ти. Но оба́че не стужи́ си жена́, но ужасе́ся и почуди́ся. И о Нафана́иле сие́ и́стое сотвори́л есть Христо́с: не предвари́тельне бо проро́чество введе́, ниже́ рече́: «Ви́дех тя под смоко́вницею», но егда́ он рече́: «Отку́ду мя зна́еши?», тогда́ сие́ приведе́. Хотя́ше бо и чуде́с и прорече́ний нача́ла от саме́х приима́ти приходя́щих к Нему́, якобы́ и усвоя́тися быва́емыми па́че им, и е́же тщесла́витися избежа́ти зазре́ния. Сие́ у́бо и зде твори́т. Е́же у́бо предвари́тельне обличи́ти я́ко му́жа не име́еши, ви́дяшеся тя́жко бы́ти и изли́шно. А е́же от нея́ прие́мшу вину́ вся сия́ исправля́ти: и зело́ после́довательно бе, и слы́шащую кротча́йшу соде́ловаше. И ко́е после́дование, рече́: Иди́ призови́ своего́ му́жа? О дарова́нии бе сло́во и благода́ти превосходя́щия челове́ческое естество́. Належа́ше жена́, и́щущи прия́ти, глаго́ла: «Пригласи́ своего́ му́жа», показу́я, я́ко и о́ному подоба́ет приобщи́ся сим. Она́ же тща́щися прия́ти, и кры́ющи ве́щи студ, и мня́щи к челове́ку бесе́довати, рече́: «Не име́ю му́жа». Сия́ слы́шав Христо́с, благовре́менне про́чее наво́дит обличе́ние: обоя́ со опасе́нием глаго́ля, и пре́жде них бо всех изочте́, и ны́не кры́емаго обличи́. Что у́бо жена́? Не стужи́ си, ниже́ оста́вльши бежа́, ниже́ доса́ду вещь непщева́ бы́ти. Но чуди́тся па́че Ему́ и ожида́ет бо́льше: «Зрю бо, рече́, я́ко Проро́к еси́ Ты». И смотри́ ея́ ра́зума: ниже́ зде а́бие притече́, но разсмотря́ет и чуди́тся. Е́же бо зрю сие́ есть: явля́ешимися Проро́к бы́ти. Та́же, егда́ сие́ вознепщева́, ничто́же жите́йско Его́ вопроша́ет, ниже́ о теле́сном здра́вии, ни о име́ниих, ни о бога́тстве, но о догма́тех а́бие. Что бо рече́?

Ева́нгелие: Отцы́ на́шы в горе́ сей поклони́шася.

Толкова́ние: Су́щых о Авраа́ме глаго́лющи: и́бо та́мо рече́ сы́на вознести́.

Ева́нгелие: И ка́ко вы глаго́лете, я́ко во Иерусали́мех есть ме́сто, иде́же подоба́ет кла́нятися?

Толкова́ние: Ви́дел ли еси́, ка́ко высо́ка мы́слию бысть? Я́же бо о е́же не стужа́ти си е́же жада́ти пеку́щися, и о догма́тех вопроша́ет про́чее. Что у́бо Христо́с? Не разреши́ взыска́ние, [не сие́ бо бе Ему́ потща́тельно, ко глаго́лемым про́сте отвещева́ти, изли́шне бо бе,] но возво́дит жену́ па́ки на бо́льшую высоту́. И не пе́рвее ей о сих бесе́дует, до́ндеже испове́да я́ко Проро́к есть, я́ко бы со мно́гим извеще́нием послу́шати про́чее глаго́лемых. Я́же бо сие́ увеща́вшися, не ктому́ про́чее о рече́нных сомне́тися имя́ше.

Нравоуче́ние три́десять второ́е: о е́же подоба́ет прочита́ти боже́ственая Писа́ния, и о е́же оша́ятися позо́рищь:

Да устыди́мся у́бо и усрами́мся про́чее: жена́ пять муже́й име́вшая и самаряны́ни су́щи, толи́ко о догма́тех твори́т тща́ние и ни вре́мя дни, ни е́же на и́но что приити́, ни и́но ничто́же ю́ отведе́ е́же о таковы́х взыска́ния. Мы же, не то́кмо о догма́тех не и́щем, но и о всех про́сте и я́коже прилучи́ся пребыва́ем. Сего́ ра́ди вся неради́ма суть. Кто бо от вас, рцы ми, в дому́ быв, кни́жицу взя христия́нскую в ру́це и внутрь лежа́щее прочте́ и истяза́ писа́ние? Никто́же у́бо име́ет сия́ рещи́. Но зе́рни у́бо и тавле́и у множа́йших обря́щем су́ща, кни́ги же нигде́же, но у ма́лых: и си́и же неиме́ющим подо́бно пребыва́ют, связа́вше сия́ и положи́вше вы́ну в ковче́зех, и все им тща́ние о то́нкости кожь и о добро́те писа́ний, а не о прочита́нии, ниже́ бо о по́льзе и приобрете́нии стяжа́ние их сотвори́ша, но бога́тства и любоче́стия указа́ние творя́ще о сих потща́шеся.

Толи́ко тщесла́вия вели́чество! Ни еди́нагоже бо слы́шу любоче́ствующагося, я́ко ве́дяше внутрь лежа́щая, но я́ко златы́ми есть писа́ньми напи́сана. И что сие́ приобрете́ние, рцы ми? Не сих бо ра́ди дана́ бы́ша писа́ния, да в кни́гах сия́ име́ем то́кмо, но да и на се́рдцех начерта́ем сия́. Я́ко сие́ у́бо стяжа́ние иуде́йскаго есть тщесла́вия, е́же в писа́ниих то́кмо полага́ти за́поведи. Нам же ниже́ нача́ло сей зако́н дан бысть, но на скрижа́лех се́рдца плотски́х. И сия́ глаго́лю, не возбраня́я кни́ги стяжева́ти, но и наказу́я сие́, и зело́ молю́ся. Хощу́ же от оне́х и писа́ния, и разуме́ния в мы́сли обноси́ти ва́шей, да си́це очища́ется, прие́млющи ю́же от веще́й вину́. А́ще бо во хра́мине, иде́же Ева́нгелие бу́дет лежа́ще, не дерзне́т приступи́ти дия́вол, мно́го па́че души́, разуме́ния такова́ обнося́щи, не ко́снется когда́, ниже́ наступи́т де́мон, ни естество́ греха́.

Освяти́ у́бо ду́шу, освяти́ те́ло, при́сно сия́ на се́рдцы и на язы́це име́я. А́ще бо студосло́вие оскверня́ет и бесо́в призыва́ет, благоявле́нно, я́ко духо́вное прочита́ние просвеща́ет и Ду́ха благода́ть привлача́ет. Боже́ственая суть напева́ния Писа́ния. Да напева́ем у́бо себе́ и су́щим в души́ страсте́м я́же о оне́х чарова́ния .

А́ще бо уви́дим, кото́рое суть прочита́емая, со мно́гим сия́ услы́шим усе́рдием. Сия́ при́сно глаго́лю и глаго́ля не преста́ну. Ка́ко бо не безме́стно, и́же у́бо на то́ржищи седя́щых, и колесни́чников, и плясце́в, и имена́, и ро́ды, и гра́ды, и де́йства глаго́лати о́бразы, и саме́х коне́й, и доброде́тель, и зло́бу со опасе́нием возвеща́ти: а и́же зде достиза́ющих ничто́же о быва́емых зде ве́дети, но и само́е число́ книг не ве́дети. А́ще бо сла́дости ра́ди о́на жене́ши, бо́льшу сый зде су́щу покажу́. Что бо сла́доснейше, рцы ми, что же чудне́йше: челове́ка ли с челове́ком боря́щася уви́дети, или́ челове́ка дия́вола ра́тующа, и те́ло безтеле́сному, си́лою сплета́емо и одолева́юще? И́же от твоего́ ро́да су́ща да зрим борьбы́, сия́ я́же и подража́ти благоле́пно и поле́зно, и подража́ющим венча́тися мо́щно, но не оне́х и́хже ре́вность студ прино́сит подража́ющему. О́ну бо с бе́сы у́зриши рать, а́ще у́бо у́зриши. Сию́ же со а́нгелы и арха́нгелы, и а́нгельским Влады́кою.

Рцы у́бо мне, а́ще тебе́ леть бы́ло бы со кня́зи или́ цари́ седя́щу зре́ти и наслажда́тися виде́ния, не вели́ку ли честь непщу́еши бы́ти сие́? Зде же со Царе́м а́нгельским зря, и зря от сре́дних хрепто́в держи́ма дия́вола, и мно́гая у́бо любопря́щася преодоле́ти, возмога́юща же ничто́же - не тече́ши ли и жене́ши таково́е зре́ние? И ка́ко мо́щно есть бы́ти сему́, рече́? А́ще кни́гу саму́ю в ру́це име́еши. У́зриши бо в ней и по́двиги, и до́лгия за́пуски , и вины́ я́же о́ного пра́веднаго худо́жство. Сия́ же зря, уве́си и сам си́це ра́товати, и свободи́шися бесо́в. Бесо́вское бо торжество́, а не челове́ческая позо́рища вне соверша́емая. Те́мже молю́ сатани́нских оша́ятися торже́ств. А́ще бо во идолотре́бницу не подоба́ет входи́ти, мно́го па́че на пра́здник сатани́нский.

Сия́ глаго́ля не преста́ну, ча́стей стужа́я, до́ндеже бу́дет что вя́щше, мне бо неле́ностно, рече́, вам же опа́сно. Не у́бо отягчи́те наказа́ние: а́ще бо отягчи́тися подоба́ет, мне подоба́ше, мно́жицею глаго́лющу и не послу́шаему, а не вам, при́сно у́бо слы́шащим, при́сно же преслу́шающим. Но не бу́ди вы́ну сим вам порица́тися: но свободи́вшимся студа́ сего́, сподо́битися духо́внаго зре́ния и бу́дущия сла́вы наслади́тися благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, с Ни́мже Отцу́ сла́ва со Святы́м Ду́хом, во ве́ки веко́в. Ами́нь.