Оста́ви почерпа́ло свое́ жена́ и отъи́де во град и глаго́ла челове́ком: «Прииди́те уви́дите Челове́ка, И́же рече́ мне вся ели́ка сотвори́х. Еда́ у́бо сей есть Христо́с?».

Мно́гия нам теплоты́ тре́ба есть и тща́ния воздви́женнаго: сея́ бо кроме́ немо́щно есть получи́ти обеща́нных благи́х. И сие́ показу́я Христо́с рече́, овогда́ у́бо: «А́ще не во́змет кто креста́ своего́ и после́дует Ми, несть Мене́ досто́ин», овогда́ же: «Огнь приидо́х воврещи́ на зе́млю, и хоте́х а́ще у́же возгоре́ся». Обои́ми си́ми те́плаго и раждеже́наго ученика́, и ко вся́кой беде́ уготовле́наго нам предста́вити хотя́.

Такова́ не́кая бе и сия́ жена́. Си́це бо от рече́нных возгоре́ся, я́ко и водоно́с оста́вити, и потре́бу, ея́же ра́ди прии́де, и те́кши во град, всего́ наро́да привлещи́ ко Иису́су: «Прииди́те бо, рече́, и уви́дите Челове́ка И́же рече́ мне вся ели́ка сотвори́х». Смотри́ тща́ние и ра́зума. Прии́де почерпсти́, и, егда́ у́бо и́стиннаго получи́ исто́чника, пренебреже́ про́чее чу́вственнаго, уча́щи нас, а́ще и ма́лым указа́нием в послуша́нии духо́вных, всех презира́ти жите́йских и ни еди́но же сло́во о них име́ти. По свое́й бо си́ле, е́же сотвори́ша апо́столи, и сия́ сотвори́ла есть.

Они́ бо зва́ни бы́вше, оста́виша мре́жи: сия́ же само́вольне, ни еди́ному же возвеща́ющу, оставля́ет водоно́с и благове́стников де́ло твори́т, от ра́дости воспери́вшися. И не еди́наго же призыва́ет и втора́го, я́коже Андре́й и Фили́пп, но гра́да всеце́ла воздви́гнуши и наро́да толи́ка си́це к Нему́ приведе́. И смотри́, ка́ко разу́мне. Не рече́ бо: «Прииди́те и уви́дите Христа́», но и сия́ со схожде́нием, с ни́мже и Христо́с ю́ улови́л есть привлача́ет муже́й: «Прииди́те бо уви́дите Челове́ка, рече́, И́же рече́ мне вся ели́ка сотвори́х». А́ще и мо́щно бе рещи́ и́нако: прииди́ те и ви́дите проро́чествующаго, но егда́ разгори́тся душа́ огне́м боже́ственным, ни ко еди́ному же су́щых на земли́ про́чее зрит: ни к сла́ве, ни к сра́му, - но еди́наго есть то́кмо держа́щаго ю́ пла́мени. Еда́ сей есть Христо́с? Зри па́ки прему́дрость мно́гу жены́. Ниже́ изъяви́ я́вствене, ниже́ умолча́: хотя́ше бо не от своего́ изрече́ния ввести́ их, но от услыша́ния О́ного: е́же па́че удо́бь прия́тно творя́ше сло́во, е́же суда́ сего́ сотвори́ти обе́щ́ников.

И́бо не все ея́ житие́ извести́, но от рече́нных и о ины́х уве́рися. И не рече́: «Прииди́те, ве́руйте», но: «Прииди́те, ви́дите», е́же сего́ легча́йше бе и па́че их привлача́ше. Ви́дел ли еси́ жены́ прему́дрость? Ве́дяше бо, ве́дяше я́вствене, я́ко вкуси́вше исто́чника о́ного, та́яже постра́ждут я́же и она́. И́бо а́ще не́кая от ины́х была́ бы дебе́лейшых, и спокры́ла бы обличе́ние, сия́ же облича́ет свое́ житие́ и на среду́ предлага́ет, я́ко бы всех привлещи́ и я́ти.

Ева́нгелие: Посреди́ же сих, моля́ху Его́ ученицы́ Его́ глаго́лаше: Равви́, яждь.

Толкова́ние: Зря́ще бо Его́ утру́ждшася от путьше́ствия, и зно́ю належа́щу, моля́ху Его́: ниже́ бо бе продерза́ние е́же моли́ти о бра́шнех, но любле́ния су́щаго ко Учи́телю. Что у́бо Христо́с?

Ева́нгелие: Аз пи́щу име́ю я́сти, ю́же вы не ве́сте. Глаго́лаху бо рече́ друг ко дру́гу: Еда́ кто принесе́ к Нему́ я́сти?

Толкова́ние: Что у́бо чуди́шися? А́ще же на во́ду слы́шавши еще́ во́ду мечта́ше, иде́же у́бо и ученицы́ еще́ сия́ стра́жут и ничто́же не у́ духо́вна разумева́ют. Но недоуме́ют у́бо, оба́чеже стыде́ние обы́чное и честь Учи́телю отдаю́т, к друг дру́гу у́бо бесе́дующе, Ему́же вопроше́ние не дерза́юще прнести́.

Сие́ и и́нде творя́т, жела́юще у́бо вопроси́ти, не вопроша́юще же. Что у́бо Христо́с?

Ева́нгелие: Мое́ бра́шно есть, рече́, да сотворю́ во́лю посла́вшаго Мя и совершу́ де́ло Его́.

Толкова́ние: Челове́ческое спасе́ние зде бра́шно нарече́, показу́я ели́ко вожделе́ние име́ет на́шего промышле́ния. Я́коже бо нам жада́тельно е́же я́сти, си́це Ему́ е́же спасти́ нас.

Слы́ши же, ка́ко везде́ не от гото́ваго вся открыва́ет, но пе́рвее в недооуме́ние влага́ет послу́шателя: да наче́н иска́ти глаго́лемое, та́же недоуме́яся и тружа́яся, со мно́жайшым прии́мет усе́рдием я́вльшеся иско́мое и наипа́че воздви́гнется к послуша́нию.

Что у́бо ра́ди не а́бие рече́: «Мое́ бра́шно есть, да сотворю́ во́лю Отца́ Моего́»? А́ще и ниже́ сие́ я́вствено бе, но пе́рваго я́вственейше. Но что? «Аз, рече́, бра́шно име́ю я́сти, е́же вы не ве́сте». Пе́рвее бо их, е́же рех, недоуме́нием внима́тельнейшых соде́лати хо́щет и обучи́ти, и таковы́ми гада́нии слы́шати глаго́лемая. Что же ли есть во́ля О́тча? Глаго́лет про́чее сию́ и сказу́ет:

Ева́нгелие: Не вы ли глаго́лете, я́ко четы́ре ме́сяцы есть и жа́тва прихо́дит? Се глаго́лю вам: Воздви́гните очеса́ ва́ша и у́зрите ни́вы, я́ко белы́ суть к жа́тве.

Толкова́ние: Се па́ки обы́чными имены́ возво́дит к велича́йших зре́нию их. И́бо бра́шно рек, ничто́же и́но изъяви́л есть ра́зве спасе́ние челове́к хотя́щих приходи́ти. И ни́ва же и жа́тва само́е сие́ па́ки явля́ет - мно́жество душ гото́вых к прия́тию про́поведи. Очеса́ же зде глаго́лет и мы́сленыя, и теле́сныя: и́бо зря́ху про́чее мно́жество гряду́ще самаритя́н; произволе́ния же их угото́вание - ни́вы убеле́нныя рече́. Я́коже бо кла́сове, егда́ у́бо убеля́тся, к жа́тве суть гото́ви, си́це и си́и ны́не, рече́, ко спасе́нию суть уготовле́ни и устрое́ни. И что ра́ди не рече́ я́вствене, я́ко гряду́т ве́ровати челове́цы и гото́ви суть ко прия́тию сло́ва, оглаше́ни бы́вше от проро́к, плод же про́чее отдаю́ща, но ни́ву и жа́тву нарече́? Что хотя́т Ему́ сия́ преложе́ния? Не зде бо то́кмо, но и во всем Ева́нгелии сие́ твори́т. И проро́цы же си́мже де́йствуют о́бразом, мно́го уподо́бительне глаго́люще. Что у́бо вино́вное? Не про́сте бо сия́ у́ законоположи́ла есть Ду́ха благода́ть: но что ра́ди и за что? Двои́х ра́ди непщева́ний. Еди́наго у́бо, я́ко я́вственнейшу бы́ти сло́ву и па́че назре́ние привести́ глаго́лемая: мысль бо обы́чнаго о́браза веще́й восприе́млема воздвиза́ет па́че и я́коже напи́саны ве́щи зря́ще держи́т бо́льши. Еди́наго у́бо ра́ди сего́. Друга́го же, я́ко бы и услади́тися повествова́нию и пребы́тнейшу бы́ти глаго́лемых па́мять. Не си́це бо изрече́ние держи́т и возво́дит послу́шателя мно́гаго, я́ко е́же ве́щьми повествова́ние и подписа́ние иску́са. Е́же причте́ю, есть со мно́гою быва́емо уви́дети прему́дростию.

Ева́нгелие: И жняй мзду прие́млет, и собира́ет пло́да в живо́т ве́чный.

Толкова́ние: Жа́твы бо сея́ плод не в ве́чный живо́т, но в привре́менный возраста́ет: он же - в нестаре́емый и безсме́ртный. Зри́ши ли, ка́ко чу́вствени у́бо глаго́лы, духо́вна же разуме́ния? И саме́ми рече́ньми разделя́ет земна́я от небе́сных. Е́же бо о воде́ бесе́дуя сотвори́л есть, сво́йственое ея́ положи́: «Я́ко пия́ и во́ду сию́ не вжа́ждет», сие́ и зде твори́т: е́же в живо́т ве́чный глаго́ля пло́да собира́ти сего́. «Да и се́яй и вку́пе ра́дуется и жняй». Кто есть се́яй, и кто есть жняй? Проро́цы суть се́явшии. Но не си́и пожа́ша, но апо́столи. Не у́бо сего́ ра́ди лиша́ются сла́дости и воздарова́ния трудо́в, но с ва́ми ра́дуются, а́ще и не с ва́ми жнут: ниже́ бо жа́тва де́ло се́яния. Иде́же у́бо ме́ньши труд, бо́льша же сла́дость - зде вас соблюдо́х, не в се́янии: мно́го бо та́мо злострада́ние и труд, в жа́тве бо прихо́д у́бо мног, труд же не толи́к, но и мно́го удо́бство.

Зде же хо́щет состро́ити си́ми, я́ко и проро́к хоте́ние сие́ есть е́же ко Мне челове́ком приступи́ти. Сие́ и Зако́н устро́ил есть. Сего́ ра́ди и се́яша, да сего́ родя́т пло́да. Показу́ет же, я́ко и о́нех Сам посла́л есть и я́ко мно́го сро́дство но́вому к ве́тхому. И вся вку́пе при́тчею сею́ состроя́ет. Помина́ет же и сло́ва прито́чнаго, произноси́маго от мно́гих: «Всем бо, рече́, сло́во есть и́стинно, я́ко ин есть се́яй, и ин есть жняй».

Сия́ же глаго́лаху мно́зи, а́ще ини́и у́бо труды́ претерпе́ша, ини́и же пло́ды обоима́ша. И глаго́ла, я́ко сие́ сло́во зде наипа́че и́стинну име́ет: труди́шабося проро́цы, вы же пло́ды от оне́х трудо́в жне́те, ны́не нарече́ мзды; ниже́ бо о́нем безме́зден мно́гий он труд. Сие́ и Дании́л сотвори́л есть: и́бо и той при́тчи помина́ет глаго́лющия: «Изы́де от беззако́нных согреше́ние». И Дави́д, внегда́ рыда́ти, помина́ет таковы́я при́тчи. Сего́ ра́ди предвари́в рече́: «Да и се́яй вку́пе ра́дуется и жняй». Поне́же хотя́ше глаго́лати, я́ко ин се́ял есть, и ин жнет, да не кто е́же рех лиши́тися проро́ков вознепщу́ет мзды, стра́нно не́что глаго́лет, и пресла́вно, и чу́вственым не сходя́ще, но духо́вных изря́дно су́ще. В ве́щех бо чу́вственых, а́ще случи́тся ино́му се́яти и ино́му жа́ти, не вку́пе ра́дуются, но боле́знуют се́ющии а́ки ины́м тружда́ющымся, ра́дуютжеся жну́щии еди́ни. Зде́же не си́це: но и не жну́щии я́же се́яше, та́коже жну́щым сра́дуются. Отню́дуже я́вствено, я́ко и си́и приобща́ются мзды.

«Аз посла́х вас жа́ти, е́же не вы труди́стеся. Ини́и труди́шася, и вы в труд их внидо́сте». Си́це подвиза́ет па́че их. Поне́же бо ви́дяшеся притру́дна бы́ти вещь е́же вселе́нную обоити́ и пропове́дати, показу́ет я́ко и удо́бно есть. Е́же бо зело́ притру́дно о́но бе, е́же мно́гаго труда́ тре́боваше - е́же низлага́ти се́мена и ду́шу непросвеще́нну вводи́ти в богоразу́мие.

Что же ра́ди сия́ веща́ет? Да егда́ их по́слет во е́же пропове́дати, не смутя́тся я́ко в вещь притру́дну посыла́еми. Притру́днейшая бо проро́к бе, рече́. И сведе́тельствует де́ло сло́ву: я́ко вы на ле́гкое приидо́сте. Я́коже бо о жа́тве со удо́бством у́бо плод собира́ется, и во еди́ном часце́ ту мно́го исполня́ется рукоя́тий , не ожида́юще вре́менем приложе́ния, и зимы́, и ве́сны, и дождя́: си́це и ны́не быва́ет, и дела́ вопию́т.

Посреди́ у́бо Ему́ глаго́люще сия́, изыдо́ша самаритя́не и собира́шеся внеза́пу плод. Сего́ ра́ди рече́: «Воздви́гнете очеса́ ва́ша и ви́дите ни́вы, я́ко белы́ суть». Рече́ сия́, и де́ло яви́ся: и глаго́лы от веще́й зря́ше.

Ева́нгелие: От гра́да бо о́ного мно́зи, рече́, ве́роваша в Него́ от самаря́н за сло́во жены́ свиде́тельствующия: Я́ко реч́е мне вся ели́ка сотвори́х.

Толкова́ние: Созира́ху бо, я́ко не бы у́бо почуди́лася к благода́ти жена́ обличи́вшему ея́ прегреше́ния, ниже́ бо е́же обра́доватися, ино́му свое́ житие́ обличи́ла бы.

Нравоуче́ние три́десять четве́ртое: Я́ко подоба́ет ка́ющемуся не то́кмо в дея́нии ка́ятися и отступа́ти, но и в ра́зуме сопроти́вное твори́ти и́хже согреши́л есть:

Да подража́ем у́бо жену́ и мы, и о свои́х гресе́х да не стыди́мся челове́ков, но бои́мся я́коже подоба́ет Бо́га, И́же и ны́не зря́щаго быва́емое, и тогда́ му́чащаго непока́явшихся ны́не. Я́коже а́ще сопроти́вное твори́м, хотя́щаго у́бо суди́ти не бои́мся, а и́же ничи́мже нас врежда́ющых, сих ужаса́емся и и́же от них студа́ трепе́щем. Сего́ ра́ди в не́мже бои́мся, в нем стра́ждем муче́ние. И́же бо студа́ челове́ческаго боя́ся ны́не то́кмо, Бо́гу же зря́щу не срамля́яся соде́яти что безме́стно, не хотя́ пока́ятися и преложи́тися: во он день не пред еди́ным и други́м, но вселе́нней всей зря́щи облича́ется.

Я́ко бо и благи́х действ и не таковы́х, ве́лие позо́рище та́мо седи́т - я́же ове́ц и ко́злищь при́тча да нака́жет, и блаже́нный Па́вел глаго́ля: «Подоба́ет бо нам, рече́, предста́ти пред суди́щем Христо́вым, да прии́мет ко́ждо я́же те́лом ели́ко соде́я, или́ бла́го, или́ зло». Соде́ял ли еси́ что лука́во, или́ помы́слил еси́, и кры́еши челове́ка? Но Бо́га не укры́еши. Но ничто́же сих тебе́ раде́ние бысть: очеса́ же челове́ческия, сие́ тебе́ страх. Те́мже у́бо помы́сли, я́ко ниже́ челове́к утаи́тися возмо́жеши в день он: вся бо я́ко во о́бразе ста́нут пред очи́ма на́шыми, я́ко самоосужде́нну коему́ждо бы́ти. И сие́ я́вствено и от бога́того: и́бо презира́ема ни́щаго Ла́заря глаго́лю, пред очи́ма ви́дяше стоя́ще бога́тый, и его́же мно́жицею гнуша́шеся перста́, того́ мо́лит утеше́ние ему́ бы́ти тогда́.

Молю́ у́бо, а́ще и ни еди́н же уви́дит на́ша дела́, ко́ждо нас в свою́ со́весть вни́ти, и посади́ти себе́ судию́ по́мысла, и на среду́ привести́ согреше́нная. И а́ще не хо́щет тогда́ обличи́ти во он Стра́шный день, да исцеля́ет уже́ я́звы, да налага́ет врачева́ния покая́ния. Мо́щно бо есть, мо́щно безчи́сленых испо́лненому язв, отъити́ здра́вствующу. «А́ще бо, рече́, оста́вите, оста́вятся вам грехи́». Я́коже бо в креще́нии погружа́емый, грехи́ не ктому́ явля́ются: си́це и сия́ изче́знут, а́ще восхо́щем пока́ятися. Есть же покая́ние, е́же не ктому́ та́яже твори́ти. И́же бо те́ми же начина́я, уподо́бися псу, к свое́й блево́тине возвраща́ющуся. Подоба́ет у́бо отступа́ти, и дея́нием, и ра́зумом дерзну́тых и отступи́вшым, и врачева́ния налага́ти я́звам сопроти́вная грехо́м.

Я́коже что глаго́лю. Похи́тил еси́ и лихои́мствовал: отступи́ хище́ния и наложи́ ми́лостыню я́зве. Соблуди́л еси́: отступи́ блуда́ и наложи́ чистоту́ вре́ду. Зле рекл еси́ бра́ту и вреди́л еси́: преста́ни осужда́я и наложи́ любому́дрие. И на ко́еждо си́це да твори́м согреше́нных на́ми, и да не претека́ем про́сте согреше́ния. Наста́ бо про́чее, наста́ испыта́нии вре́мя. Те́мже и Па́вел глаго́лаше: «Госпо́дь близ, ничи́мже пецы́теся», и́же в скорбе́х и труде́х и по́двизех су́ще. А и́же в хище́ниих живу́щии, в наслаже́нии, и́же лю́тая испыта́ния хотя́ще пострада́ти - не сие́, но о́но у́бо услы́шат в ле́поту: «Госпо́дь близ, пецы́теся». Ниже́ бо мно́го остае́т сконча́ния вре́мя, но к концу́ про́чее мир тщи́тся. Сие́ ра́ти явля́ют, сие́ ско́рби. сие́ тру́си, сие́ любо́вь изся́кшия. Я́коже бо те́ло от души́ разделя́ющеся и близ су́ще сконча́ния, безчи́сленое привлача́ет озлобле́ния, и хра́мине хотя́щей па́сти, мно́го предпа́дати обыко́ша, и от кро́ва, и от стен: си́це и вселе́нныя близ и при две́рех стои́т сконча́ния. И сего́ ра́ди безчи́сленая разсе́яшеся всю́ду зла́я. А́ще бо тогда́ Госпо́дь близ, мно́го па́че ны́не близ. А́ще пре́жде трие́х сот лет, егда́ сия́ глаго́лаше, исполне́ние лет време́н Па́вел нарица́ше, мно́го па́че настоя́щее. Но не́гли за сие́ само́е не ве́руют не́цыи. И у́бо сего́ ра́ди ве́ровати подоба́ет па́че. Отку́ду бо ве́даеши, о́ челове́че, я́коже не близ есть кончи́на и по ма́ле вре́мени сря́щут рече́нная? Я́коже бо ле́ту коне́ц не после́дний день глаго́лем бы́ти, но и после́дний ме́сяц, а́ще и три́десят дней име́ет. Си́це и толи́ких лет, а́ще и четы́реста лет коне́ц реку́, не погрешу́, я́коже отто́ле провозглаша́ше коне́ц.

Да спря́таем у́бо себе́, да наслади́мся стра́хом Бо́жиим: и́бо в безстра́шии пребыва́ющым нам, ни зело́ пеку́щимся, ниже́ ожида́ющым предста́нет внеза́пу прише́ствие. И сие́ явля́я Христо́с глаго́лаше: «Я́коже бо во днех Но́евых и я́коже во днех Ло́товых, си́це бу́дет». Си́це и Па́вел явля́я, глаго́лаше: «Егда́ же глаго́лют мир и утверже́ние, тогда́ внеза́пная им надста́нет па́губа и я́коже боле́знь во чре́ве име́ющей». Что же есть «я́коже боле́знь во чре́ве име́ющей»? Мно́жицею непра́здныя жены́ внеза́пу игра́ющи и обе́д творя́щи, или́ в ба́ни, или́ на то́ржищи пребыва́ющи, ничто́же от бу́дущих предзря́щи, от боле́зни я́ти бы́ше внеза́пу. Поне́же у́бо и на́ша такова́, да бу́дем при́сно угото́влени: не при́сно бо сия́ услы́шим, не при́сно сих о́бласть име́ет – «во а́де бо, рече́, кто испове́стьтися?». Те́мже у́бо зде да пока́емся, да си́це ми́лостива прии́мем Бо́га в бу́дущий день и мно́гия наслади́тися возмо́жем ми́лости, ея́же бу́ди всем нам получи́ти благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, Ему́же сла́ва и держа́ва, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.