По сих отъи́де Иису́с об он пол мо́ря Галиле́йскаго во страны́ Тивериа́дския. И после́доваша Ему́ наро́д мног, зане́ ви́дяху зна́мения я́же творя́ше на неду́жных. Отъи́деже на го́ру Иису́с, и та́мо седя́ше со ученики́ Свои́ми. Бе же близ па́сха иуде́йска.

Лю́тым муже́м не дерза́юще спребыва́ем, возлю́бленнии, но да навы́кнем, егда́ ничи́мже врежда́ется на́шая доброде́тель, дая́ти ме́сто их лука́вым наве́том. Си́це бо преста́нет вся́ка де́рзость. И я́коже копия́: егда́ в зе́льно впаде́т что и же́стоко, и сопроти́в ударя́емо, со мно́гим устремле́нием обраща́ется на посла́вшых па́ки, егда́ же зе́льное оставле́ния не име́ет сопроти́в па́дающее, разреша́ется вско́ре и скончева́ется. Си́це о де́рзостных челове́цех: егда́ у́бо им дерза́ющых спребыва́ем, свере́пеют наипа́че, егда́ же уступа́ем и отхо́дим, ослабля́ем удо́бне вся́ко их неи́стовство. Сего́ у́бо ра́ди и Госпо́дь, егда́ слы́ша, я́ко слы́шаша фарисе́и, я́ко Иису́с мно́жайших ученико́в твори́т и креща́ет, не́жели Иоа́нн, прии́де Иису́с в Галиле́ю, за́висть их погаша́я и я́рость, е́йже ле́по бе от сих роди́тися слове́с, отхоже́нием украща́я и в Галиле́ю па́ки отходя́. Не на те же нахо́дит ме́ста: не в Ка́ну бо прии́де, но об о́ну страну́ мо́ря. «После́доваху же ему́ наро́ди мно́зи, зря́ще Его́ зна́мения я́же творя́ше». Ко́я зна́мения? Что ра́ди не глаго́леши по ви́ду? Я́ко вя́щшее сей наипа́че евангели́ст в словесе́х и народоуче́ниях изнури́ти потща́ся.

Зри у́бо: в ле́те всеце́ле, и́бо и ны́не в пра́зднице Па́схи, ничто́же вя́щше нас научи́ зна́мений ра́ди, ра́зве я́ко разсла́бленаго исцели́ и сы́на царе́ва челове́ка. Не сие́ бо потща́ся вся исчита́ти, поне́же ниже́ мо́щно бе, но от мно́гих и вели́ких ма́лая.

«После́доваху ему́ наро́ди мно́зи, зря́ще зна́мения я́же творя́ше». Не зело́ любому́драго ра́зума рече́нное. Толи́каго бо уче́ния наслади́вшеся, от зна́мений возвожда́хуся па́че, е́же дебеле́йшаго ра́зума бе: «Зна́мения бо, рече́, неве́рным, но не ве́рующым» . Но он наро́д и́же в Матфе́и не тако́в, но та́ко: «Ужаса́хуся вси о уче́нии Его́, зане́ уча́ше их я́ко о́бласть име́я» . Что же у́бо го́ру постиза́ет ны́не и та́мо седи́т со ученики́? За хотя́щее бы́ти зна́мение. А е́же ученико́в взы́ти еди́нем, осуже́дние мно́жеству бе, не после́довавшу Ему́. Не сего́ же ра́ди то́кмо сие́ твори́т, го́ру достиза́я, но и наказу́я нас упоко́ятися от молв и су́щаго посреди́ смуще́ния: прили́чно бо к любому́дрию пусты́ня. Мно́жицею же и еди́н Сам го́ру достиза́ет, и обнощу́ет та́мо, и мо́лится, науча́я нас я́ко наипа́че к Бо́гу приходя́щему вся́кого свободи́тися подоба́ет смуще́ния и ме́сто от смуще́ния чи́сто иска́ти.

Ева́нгелие: И бе близ па́сха, пра́здник иуде́йский.

Толкова́ние: Ка́ко у́бо не восхо́дит на пра́здник, всем тща́щымся во Иерусали́м, Той в Галиле́ю прихо́дит, и не Сам то́кмо, но и ученико́в во́дит и отту́ду в Капернау́м? Ти́хо про́чее разреша́я зако́на, вину́ прие́мля от иуде́йския зло́бы.

Ева́нгелие: И возре́в очи́ма, зрит наро́д мног.

Толкова́ние: Показу́ет, я́ко никогда́ же про́сте седя́ше со ученики́, но не́гли [в] опа́сне сло́ве не́что к ним, и внима́я, и обраща́я их к Себе́. Е́же наипа́че Его́ промышле́ние показу́ет, и смире́нное и сходи́тельное по оне́м: соседя́ху бо Ему́, друг ко дру́гу зря́ще. Та́же возре́в, зрит наро́да прише́дша к Нему́. Ини́и у́бо евангели́сти, ученико́м ре́ша приступи́вшым вопроси́ти и умоли́ти, я́ко бы не отпусти́ти их гладны́х. Сей же рече́ Фили́ппу вопроси́тися от Христа́. И мне ви́дится обоя́ бы́ти и́стинна. Не в те́хже бы́вше вре́менех, но о́на сих бы́ти старе́йша: я́коже и́на у́бо о́на, и́на же сия́. Что у́бо ра́ди Фили́ппа вопроша́ет? Ве́дяше ученико́в, и́же и наипа́че мно́жайшаго тре́бующе уче́ния. Сей бо есть, по сих глаго́ляй: «Покажи́ нам Отца́ и довле́ет нам» . Сего́ ра́ди испе́рва его́ устрая́ше. А́ще бо про́сте зна́мение бы́ло бы, не бы у́бо толи́ко яви́лося чу́до. Ны́не же пе́рвее его́ принужда́ет испове́дати су́щую ску́дость, да уве́дев, в кото́рых бе, опа́снейше навы́кнет хотя́щаго бы́ти чудеси́ вели́чество. Сего́ ра́ди:

Ева́нгелие: Рече́ [Фили́ппу]: «Отку́ду нам хле́би толи́ки да ядя́т си́и?».

Толкова́ние: Си́це и в дре́внем Моисе́и рече́: не пе́рвее бо зна́мение сотвори́, до́ндеже его́ вопроси́: «Что есть в руце́ твое́й?» . Поне́же бо пресла́вная и внеза́пу случа́ющаяся, пре́жних нас в забы́тии влага́ти обыко́ша. Пе́рвее его́ во испове́дание настоя́щаго связа́, да ужасе́нию бы́вшу па́мятию испове́данных, не возмощи́ про́чее отврещи́. Та́же си́це от сосужде́ния навы́кнет зна́мения вели́чество, е́же бо и зде быва́ет.

И вопроше́н быв он, рече́:

Ева́нгелие: Двухсо́т дина́рий хле́бы не довле́ют, да ко́ждо ма́ло что во́змет. [Сие́ же глаго́лаше искуша́я его́, Сам бо ве́дяше, что хо́щет сотвори́ти].

Толкова́ние: «Сие́ же глаго́лаше искуша́я его́» - еда́ не ве́дяше хотя́щее от Него́ рещи́ся? Несть сие́ рещи́. Но ка́я рече́ния си́ла? От дре́вняго мо́щно сию́ уве́дети. И́бо та́мо рече́: «И бысть по глаго́лех сих, и искуша́ше Бог Авраа́ма и рече́: Возми́ сы́на своего́ возлю́бленнаго, его́же возлюби́л еси́ Исаа́ка» . Ниже́ та́мо сие́ глаго́ля явля́ется, я́ко от и́скуса ожида́ше уви́дети коне́ц, или́ послу́шати, или́ ни, [ка́ко бо: «вся Ве́дый пре́жде бытия́ их» ?]: но челове́чески обоя́ реко́шася. Я́коже бо егда́ глаго́лет «испыта́ти сердца́ челове́ческая», не неве́дения испыта́ние бы́ти рече́, но опа́снаго ве́дения. Си́це у́бо и егда́ глаго́лет я́ко «искуша́ше», и ничто́же и́но рече́, но ра́зве я́ко ве́дяше изве́стне. И́ноже есть рещи́, я́ко иску́снейше его́ соде́ловаше.

Я́коже у́бо Авраа́ма, си́це и сего́ вопроше́нием возводя́ его́ во опа́сное ве́дение зна́мения. Сего́ у́бо ра́ди и евангели́ст, да не в не́мощи рече́ния пребы́в, вознепщу́еши что безме́стно о рече́нных, рече́: «Сам бо ве́дяше, что хотя́ше твори́ти».

Оба́че о́но соблюда́ти ну́жно есть, я́ко егда́ бу́дет зазре́ние лука́во, ка́ко сие́ евангели́ст со мно́гим тща́нием отража́ет. Я́коже у́бо зде да не́что таково́ вознепщу́ют слы́шащии, преложи́ исправле́ние рек: «Сам бо ве́дяше, что хотя́ше твори́ти». Си́це и та́мо глаго́ля: «Я́ко гоня́ху Его́ иуде́и, не то́кмо я́ко разоря́ше суббо́ту, но я́ко и Отца́ Своего́ глаго́лаше Бо́га, ра́вна себе́ творя́ Бо́гу» . А́ще не изрече́ние бы́ло бы само́го Христа́ де́лы утверже́нно, приложи́л бы у́бо и та́мо исправле́ние сие́. А́ще бо в ни́хже Сам рече́ зазира́ет евангели́ст, да не кто позазри́т, мно́го па́че, в ни́хже ини́и о Нем сие́ глаго́лаху, зазре́л бы у́бо, а́ще не подоба́ющее узре́л бы о Нем держа́щеся непщева́ние. Но не сотвори́л есть, ве́дяше бо Его́ изволе́ние су́ще сие́ и суд неподви́жим, сего́ ра́ди рек «ра́вна Себе́ творя́ Бо́гу», не потре́бова исправле́ние не́ким таковы́м, не бе бо о́ному непщева́ние растле́нно глаго́лемое, но изрече́ние Его́ утверже́но де́лы. Вопроше́ну у́бо Фили́ппу, рече́ Андре́й брат Си́монов:

Ева́нгелие: Есть зде о́трочищь, и́же име́ет пять хлебо́в ячме́нных и две ры́бицы.

Толкова́ние: Но сия́ что суть в толи́ких? Вⷡ҇ысоча́йши у́бо Фили́ппа Андре́й, не у́бо во все дости́же. Мню бо его́ вше́дша в проро́ческая чудеса́ и ка́ко Елисе́й сотвори́л есть е́же о хле́бех зна́мения. Сего́ у́бо, ра́ди взы́де да́лейше, не возмо́же же самому́ дости́гнути верху́.

Да навы́кнем у́бо, и́же наслажде́ние внима́юще, кото́рыми пита́хуся чу́днии мужи́ о́нии вели́цыи: и коли́чеством, и како́вством, ху́дость трапе́зы их да уви́дим и да подража́ем. Про́чая же мно́гия не́мощи. По е́же бо рещи́ «име́ет пять хлебо́в ячме́нных», наведе́: «но сия́ что суть в толи́ких?» - непщева́ше бо я́ко от ма́лых у́бо ма́лая, от мно́жайшых же мно́жайшая имя́ше твори́ти чудоде́йствуя. Е́же не бе. Та́коже бо бе удо́бно и от мно́жайшых и от ма́лых твори́ти и истека́ти хлебо́в естеству́: не ве́щи бо тре́боваше подлежа́щия. Но я́ко бы не мне́ти тварь чу́жду бы́ти Его́ прему́дрость, [я́коже по сих оклевета́ющии Маркио́нова неду́гующии глаго́лаху], ‐ са́мою тва́рию де́йствует к вине́ чуде́с. Поне́же у́бо отча́яшася обои́ ученицы́, тогда́ чудоде́йствует, про́чее си́це па́че приобрета́ху: пе́рвее испове́давше ве́щи неудо́бьство, да егда́ бу́дет, уве́дят Бо́жию си́лу. Поне́же бо бы́ти зна́мения глаго́лаше, е́же и проро́ки испра́влено, а́ще и не таково́же. Хотя́ше же и благодари́в его́ пе́рвее твори́ти, да не в не́мощно не́кое впаду́т непщева́ние: зри, ка́ко сие́ о́бразом все́ми взят и разли́чие показа́. Не у́бо хле́бом я́вльшымся, да навы́кнеши, я́ко не су́щее я́ко су́щее Ему́ предста́ша. Я́коже Па́вел рече́: «Призыва́яй не су́щее я́ко су́щее» . А́ки гото́ве и приготовле́не трапе́зе, повеле́ им а́бие возлещи́, си́ми мысль ученико́в воздви́г. Я́ко бо приобрета́ху от вопроше́ния, а́бие послу́шаша и не смути́шася: Что сие́ есть? Ка́ко повелева́еши возлещи́, ни еди́ному же насреди́ явля́ющуся? Си́це и пре́жде зре́ния зна́мения ве́ры нача́ша, и и́же в нача́ле толи́ко не ве́роваша я́ко рещи́: отку́ду ку́пим хле́бы?, - со усе́рдием посади́ша наро́ды.

Но что у́бо разсла́бленаго хотя́ испра́вити не мо́лится, ниже́ ме́ртваго воздвиза́я, ниже́ мо́ре обуздова́я? Зде же сие́ твори́т, показу́я я́ко пи́щи начина́ющым, благодари́ти подоба́ет Бо́га. И и́накоже, о ме́ньшых сие́ наипа́че соде́ловает, да навы́кнеши, я́ко не тре́буя сие́ твори́т. А́ще бо тре́буя, мно́го па́че о бо́льшых сие́ сотвори́л бы. А и́же о́на госпо́дьством сотвори́л бы, благоявле́нно, я́ко и сия́ сходи́тельне творя́ше. И́накоже, и наро́д мног бе предстоя́ и подоба́ше их увеща́ти, я́ко по изволе́нию Бо́жию прии́де. Сего́ ра́ди, егда́ у́бо твори́т еди́н зна́мения, ничто́же таково́ показу́ет; егда́же при мно́гих сие́ твори́т, я́ко бы уве́рити их, я́ко не богопроти́вен не́кто есть, ниже́ сопроти́вен Роди́телю - благодаре́нием отъе́млет зазре́ние.

Ева́нгелие: И даде́ возлежа́щым, и насы́тишася.

Толкова́ние: Ви́дел ли еси́, коли́ко раба́ и Влады́ки посре́дство? Они́ у́бо от ча́сти име́юще благода́ть, си́це чудоде́йствоваху, Бог же от реше́нною си́лою творя́, со мно́гим вся соде́ловаше вели́чеством.

Ева́нгелие: И избы́ша, рече́, преломле́ния.

Толкова́ние: Не показа́ние бе сие́ изли́шьство, но я́ко бы не мечта́ние непщева́ти вещь. Сего́ у́бо ра́ди и от подлежа́щия ве́щи соде́тельствует. Что же ра́ди не наро́дом даде́ нести́, но ученико́м? Я́ко наипа́че сих наказа́ти хотя́ше, име́ющых бы́ти учителе́й вселе́нныя. Мно́жество бо ничто́же ве́лие хотя́ше припложа́ти от чуде́с, еще́ а́бие у́бо забыва́ху и проша́ху ино́е чу́до, си́и же не худа́я приобрета́ти хотя́ху. Бе же и Иу́де осужде́ние нема́ло, нося́щему ко́шницу. Я́ко бо их ра́ди наказа́ния сия́ бы́ша, рече́нное по́сле явля́ет, е́же воспомяну́ им глаго́ля: «Не у́ ли разумева́ете коли́ко ко́шниц взя́сте?». И е́же равночи́сленым бы́ти ученико́м ко́шницы оста́тков. По́слежде, егда́ у́бо наказа́шеся, не ктому́ толи́ким, но спири́д седмь . Аз не мно́жеству дивлю́ся бы́вшых хлебо́в то́кмо, но со мно́жеством и опа́ству избы́вшаго, я́ко ни мно́жае, ниже́ ме́ньше сотвори́ избы́точествовати, но толи́ко ели́ко хотя́ше, прове́дый, коли́ко изнуря́т, е́же неизрече́нныя си́лы бе. Уве́ряху бо преломле́ния бы́вшее, обоя́ явля́юща, я́ко ниже́ мечта́ния бе́ша бы́вшая, и от оне́х бе, и́хже напита́ша. А е́же рыб, тогда́ у́бо не бысть. По́слежде по Воскресе́нии, не ктому́ от ве́щи подлежа́щия. Что ли ра́ди? Да навы́кнеши, я́ко и ны́не ве́щи тре́боваша, не оскуде́ния ра́ди, ниже́ тре́буя по́мощи, но я́ко бы еретико́в загради́ти уста́. Наро́ди же глаго́лаху: «Сей есть вои́стинну проро́к». О́ чре́во объяде́ния! Премно́жество безчи́сленное сих соде́ла чу́днейша, и нигде́же сие́ испове́даша, но егда́ насы́тишася, от сего́же я́вствено я́ко проро́ка не́коего ча́яху изря́дна. И́бо они́ глаго́лаху: «Ты еси́ вои́стинну Проро́к». И си́и [я́же о Иоа́нне]: «Сей есть проро́к» .

Ева́нгелие: Позна́ у́бо Иису́с, я́ко хотя́т приити́ и восхи́тити Его́, да сотворя́т Его́ царя́, отъи́де на го́ру.

Толкова́ние: Коли́ко ра́зума удо́бство! Не ктому́ зако́на отмща́ют, не ктому́ им о преступле́нии и суббо́ты раде́ние есть, не ктому́ ревну́ют о Бо́зе: но вся поверза́ют, чре́ву им насы́тившуся. И проро́к бе пред ни́ми, и царя́ поста́вити хотя́ху. Христо́с же бе́гает. Что ли у́бо? Наказу́я нас мирски́х пренебрега́ти сано́в и показу́я, я́ко ни еди́ного же тре́буют су́щых на земли́. И́же бо вся худа́я избра́: и ма́тере, и хра́мину, и гра́да, и воспита́ние, и риз оде́жду, - не хотя́ше по́сле от су́щых на земли́ явля́тися.

Я́же бо от небе́с, и све́тла бе́ша, и вели́ка: а́нгели же и звезда́, и Оте́ц вопия́, и Дух сведе́тельствуя, и проро́цы издале́ча пропове́дающе; а я́же на земли́ - вся ху́да, да и си́це бо́льши си́ла яви́тся. Прии́де же и наказу́я нас пренебрега́ти су́щых зде, и не диви́тися, ниже́ ужаса́тися све́тлым жития́м, но посмея́тися всем сим и бу́дущих жела́ти. Чудя́йбося су́щим зде, не чуди́тся су́щим на небесе́х. Сего́ ра́ди и Пила́ту рече́: «Мое́ Ца́рствие несть от земли́» , да не возмни́тся про́чее челове́ческим стра́хом и наси́льством ко е́же увеща́ти [не] тре́бовати. Что у́бо рече́ проро́к? «Се Царь твой гряде́т к тебе́ кро́ток и всед на подъяре́мника» . Ца́рствие О́ного глаго́лет, су́щее на небесе́х, но не сие́. Сего́ у́бо ра́ди рече́: «и сла́вы от челове́к не прие́млю».

Нравоуче́ние четы́редесять второ́е: о е́же ничто́же бы́ти жите́йскую сла́ву, и о зле собира́ющых и зле изнуря́ющых:

Да навы́кнем у́бо, о́ возлю́бленнии, че́сти су́щия от челове́к пренебрега́ти и не жела́ти. Почто́хом бо ся че́стию велича́йшею, и к ней же сия́ уподобля́ема – доса́да, и смех, и укори́зна бы́ти ви́дится. И я́коже у́бо бога́тство сие́ ко о́ному – нищета́, и живо́т сей кроме́ о́ного - умерщве́ние. «Оста́ви бо ме́ртвых погребсти́ своих́ мертвецо́в» , си́це и сла́ва сия́ ко о́ной - студ и смех есть. Да не у́бо сию́ го́ним. А́ще бо подаю́щи и сию́, се́ни и снов суть худе́йши, мно́го па́че сама́я сла́ва: «Сла́ва бо челове́ческая я́ко цвет травны́й» . Что же цве́та травна́го худе́йши бу́дет у́бо? А́ще же и пребы́тна была́ бы, чим ду́шу по́льзовати возмогла́ бы? Ничи́мже, но и врежа́ет велича́йшии, рабо́в творя́щии, рабо́в среброку́пленых го́рши, рабо́в, не еди́ному влады́це то́кмо, но и двема́, и трема́, и тмам, разли́чныя повелева́ющым, покаря́ющыхся. Коли́ко лу́чши свобо́дну бы́ти или́ рабу́: свобо́дну у́бо челове́ческия рабо́ты, рабу́ же Бо́жияго влады́чества!

Отну́д же, а́ще хо́щеши сла́вы жела́ти, жела́й сла́вы, но безсме́ртныя, и́бо светле́йши ея́ позо́рище и бо́льши приобрете́ние. Си́и бо повелева́ют тебе́ изнуря́ему угажда́ти им, Христо́с же сопроти́вное все: и́бо сто сугу́бицею тебе́ дае́т дае́мых от тебе́ и живо́т ве́чный сим прилага́ет. Что у́бо лу́чше, на земли́ или́ на небесе́х? От челове́к или́ от Бо́га чуди́тися? О тщете́ или́ о приобре́тении? Венча́тися ко еди́ному дни или́ к безчи́сленым веко́м? Даждь тре́бующему и не дава́й пля́шущему, да не с твои́ми име́ньми и ду́шу погуби́ши о́ного. Ты бо вино́вен еси́ поги́бели о́ного, безвре́менным изоби́лием. А́ще бо су́щии на пляси́лищи ве́дели бы, я́ко начина́ние их без приобрете́ния хотя́ше бы́ти, дре́вле у́бо преста́ли бы сия́ ухищря́юще. Егда́ же тебе́ пле́щуща, споспеша́юща, изнуря́юща вся своя́ и изжива́юща у́зрят, а́ще и не хотя́ сие́ де́йствовати, вожделе́нием приобрете́ния держа́тся. А́ще же уве́дели бы́ша, я́ко никто́же похвали́т я́же оне́х, вско́ре у́бо отступи́ли бы́ша от трудо́в неприобрете́ния ра́ди. Егда́ же уви́дят вещь от мно́гих чуди́му, быва́ет льще́ния их ины́х похвала́.

Да отступи́м у́бо безприобрете́ннаго изнуре́ния. Да навы́кнем, о кои́х изнуря́ти и когда́ подоба́ет, не у́бо от обою́ду да раздража́ем Бо́га: и собира́юще отне́леже не подоба́ет, и растача́юще в я́же не досто́ит. Коли́каго бо не у́бо досто́йно бу́дет гне́ва, егда́ блудни́цы дае́ши, претека́юще ни́щаго? А́ще бо и от пра́ведных трудо́в по́дал еси́, не согреше́ние ли бе вещь, мзду зло́бы подая́ти? О ни́хже му́чити подоба́ше, о сих ли почита́ти? Егда́ же и си́рых совлача́я, и вдови́ц оби́дя, пита́еши блуже́ние, помы́сли, ели́к такова́я дерза́ющим бу́дет огнь. Услы́ши что рече́ Па́вел: «Не то́кмо са́ми творя́т, но и соблаговоля́ют творя́щым» . Не́гли зе́льне нас косну́хомся? Но а́ще и мы не ко́снемся, я́же ве́щи пребыва́ют томле́ния, не исправле́ное согреша́ющым, ка́я у́бо по́льза в словесе́х обра́доватися, де́лы му́читися хотя́щим?

Соблаговоля́еши ли пля́шущему? Похваля́еши ли и чуди́шися? Те́мже у́бо о́ного был еси́ го́рши. О́ному бо нищета́ поще́ние дае́т, а́ще и сло́во не име́юще. Ты же и сего́ лиши́лся еси́ отве́та. Ино́го у́бо, а́ще вопрошу́: «Что у́бо, ины́я хи́трости оста́вль, на сию́ прише́л еси́ сту́дную и скве́рную?», - рече́т: «Я́ко леть есть ма́ло труди́вшемуся мно́го припло́дити». Тебе́ же, а́ще вопрошу́: «Что у́бо чуди́шися в нечистоте́ живу́щему и о вре́де мно́гим живу́щему?», - не име́еши на то́же непщева́ние прибежа́ти, но ну́жа до́лу пони́кнути, устыде́тися и срамля́тися. А́ще же от нас вину́ истязу́ем, ничто́же у́бо име́еши рещи́ - егда́ стра́шное о́но и нео́трочное прии́дет Суди́лище, иде́же умышле́ний, и веще́й, и всех дае́м испыта́ния, ка́ко ста́нем? Кото́рыми очесы́ Судию́ у́зрим? Что рече́м, что отвеща́ем? Ко́е благосло́вно, ко́е безслове́сно предложи́м непщева́ние, е́жели изнуре́ния, е́жели услаже́ния или́ ины́х поги́бель, и́хже ины́х худо́жеством погубля́ем? Несть ничто́́же рещи́, но ну́жда му́читися, му́кою конца́ не име́ющею, сконча́ния несве́дящею. Е́же да не бу́дет, от зде у́же вся да сохрани́м, да со благо́ю наде́ждею отше́дше, получи́м ве́чных благи́х, и́хже бу́ди всем нам получи́ти благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́с Христа́, И́мже и с Ни́мже Отцу́ сла́ва со Святы́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.