Яви́х Твое́ и́мя челове́ком, и́хже дал еси́ Мне от ми́ра. Твои́ бе́ша, и Мне их дал еси́, и сло́во Твое́ соблюдо́ша:

Вели́ка сове́та А́нгел глаго́лет Сын Бо́жий, ины́х ра́ди и́хже научи́, и нача́льне, я́ко Отца́ челове́ком возвести́. Е́же у́бо и ны́не рече́: «Яви́х Твое́ и́мя челове́ком». Рек бо, я́ко соверши́х Твое́ де́ло, повеству́ет па́ки сие́ глаго́ля, ко́е де́ло. И у́бо я́вствено бе и́мя? И́бо Иса́ия рече́: «Клени́теся Бо́гом и́стинным». Но е́же мно́жицею рех, сие́ и ны́не глаго́лю: я́ко а́ще и не я́вствено бе, [кроме́ иуде́ом], и ниже́ сим всем: ны́не же о язы́цех. И не сие́ то́кмо явля́ет, но я́ко и Отца́ Его́ позна́ша. Несть же подо́бно навы́кнути, я́ко Соде́тель есть, и я́ко Сы́на име́ет. Яви́л же есть Его́ и́мя и словесы́, и ве́щьми. «И́хже дал еси́ Мне от ми́ра». Я́коже бо вы́шше рече́: «Никто́же прихо́дит ко Мне, а́ще не бу́дет дано́ ему́» и «а́ще не привлече́т его́ Оте́ц Мой». Си́це и зде: «И́хже дал еси́ Мне». И у́бо Сам рече́ путь бы́ти Себе́, отню́ду же я́вствено, я́ко двоя́ зде состроя́ет рече́нными: и я́ко не спроти́вен Отцу́, и я́ко хоте́ние Его́ е́же ве́ровати им Сы́ну. «Твои́ бе́ша, и Мне их дал еси́». Зде хо́щет научи́ти зело́ люби́ма от Отца́. Поне́же у́бо я́ко не тре́боваше е́же прия́ти их, я́вствено отту́ду: Той их и сотвори́л есть, Той и́ми и промышля́ет вы́ну. Ка́ко их прия́т? Но е́же рех, сие́ явля́ет - е́же ко Отцу́ единомышле́ние. А́ще и челове́чески кто восхо́щет то истяза́ти, и си́це, я́коже рече́ся, не ктому́ бу́дут О́тче. А́ще бо егда́ Оте́ц их имя́ше, не имя́ше их Сын, благоявле́нно, я́ко и егда́ даде́ их Сы́ну, Сам отступи́ влады́чества. И то же отку́ду па́ки: обря́щутбося, внегда́ у́бо бе́ша Отца́, несоверше́нни су́ще. Егда́ же к Сы́ну приидо́ша, тогда́ быва́юще соверше́нни. Но смех сия́ и рещи́. Что ли у́бо си́ми явля́ет? Я́ко и Ему́ да́но есть, е́же ве́ровати им Сы́ну. «И сло́во Твое́ соблюдо́ша. И ны́не уве́деша, я́ко вся я́же дал еси́ Мне от Тебе́ бе́ша». Ка́ко сло́во Твое́ соблюдо́ша? Тем е́же Мне ве́ровати и не внима́ти иуде́ом: ве́руяй бо рече́ Ему́, «запечатле́ яко Бог и́стинен есть». Не́цыи у́бо глаго́лют, я́ко «ны́не уве́дех, я́ко вся ели́ка дал ми еси́, от Тебе́ бе́ша» - но не у́бо име́ет сие́ сло́во. Ка́ко бо хотя́ше не ве́дети Сын я́же О́тча? Но о ученице́х рече́ся. Отне́лиже бо сия́ рех, рече́, уве́деша, я́ко вся ели́ка дал еси́ Мне, от Тебе́ суть - ничто́же чу́жде, ниже́ осо́бно Мне от Тебе́. Осо́бное бо, я́ко в чужде́м мно́гая полага́ет. Разуме́ша у́бо, я́ко вся ели́ка научу́, Твоя́ суть: и уче́ния, и догма́ты. И отку́ду уве́деша? От глаго́л Мои́х: таково́ бо и научи́х. И не сие́ то́кмо, но я́ко и от Тебе́ изыдо́х: сие́ бо чрез все Ева́нгелие потща́ся состро́ити. «Аз о них умолю́». Что глаго́леши? Не ве́дяща ли Отца́ учи́ши, я́ко челове́ку не ве́дящу бесе́дует? Что у́бо хо́щет си́е разделе́ние? Зри́ши ли, я́ко ничто́же и́но моли́тва быва́ет, но я́ко да уве́дят любо́вь ю́же име́ет к ним. И́же бо не то́кмо е́же от себе́ подая́, но и ина́го на сие́ моля́, - вя́щшую показу́ет любо́вь. Что у́бо есть «о сих умолю́, а не о всем ми́ре, рече́, но о и́хже дал еси́ Мне»? Ча́сте полага́ет «е́же дал еси́ Мне», да уве́дят я́ко Отцу́ сие́ уго́дно. Та́же, понеже у́бо ча́сте рече́ «Твои́ суть» и «Мне их дал еси́», отъе́мля лука́вое зазрение, да не кто вощнепщу́ет но́во Его́ бы́ти нача́льство, и ны́не прия́ти. Что рече́? «Моя́ вся Твоя́ суть, и Твоя́ Моя́, и просла́вихся в них». Ви́дел ли еси́ равноче́стие? Да́же бо не слы́ша я́ко «дал еси́ Мне», вознепщу́еши Его отчужда́тися о́бласти О́тчи, или́ пре́жде сего́ - Сыно́вни, обоя́ отъя́т рек, я́же рече́. А́ки бы глаго́лал: ниже́ слы́ша я́ко Мне их дал еси́, вознепщу́еши их чу́ждих бы́ти Отца́, Моя́ бо Его́ суть. Ниже́ слы́ша яко́ Твои́ бе́ша, вознепщу́еши чу́ждих бы́ти Мои́х, Его́ бо Моя́ суть. Те́мже е́же «дал еси́» - схожде́ния еди́наго рече́ся. Я́же бо Оте́ц име́ет, Сыно́вня суть, а я́же Сын име́ет, О́тча. Сие́ же ниже́ о Сы́не по челове́ку глаго́латися, но поне́же у́бо бо́льшаго суть - вся́ческому я́вствено, сопроти́вное же - не ктому́, зде же сопроти́в обраща́ет: сопротивообраще́ние же, ра́вность показу́ет. Сие́ и и́нде явля́я, глаго́лаше: «Вся я́же О́тча, Моя́ суть», о ра́зуме бесе́дуя.

А е́же «дал еси́ мне», и ели́ка такова́ - да пока́жет, за не я́ко чуждь прише́д их привлече́, но Свои́х прия́т. Та́же и вину́ полага́ет, и указа́ние глаго́ля: «И просла́вися в них». И не ктому́ Его́ суть я́же О́ного, но Моя́ вся. Си́речь, или́ я́ко о́бласть их име́ю, или́ я́ко прославля́ют Мене́, Тебе́ и Мне ве́рующе, и прославля́ют подо́бне. А́ще же не подо́бне просла́вися в них, не ктому́ Его́ суть я́же О́ного: никто́же бо, в ни́хже не име́ет о́бласть, прославля́ется. Ка́ко просла́вися подо́бне? Вси подо́бне умира́ют о Нем, я́коже и о Отце́, и пропове́дят я́коже Отца́, и я́коже о и́мени Его́ глаго́лют вся быва́ти, си́це и о и́мени Сыно́вни. «И не ктому́ есмь в ми́ре, и си́и в ми́ре суть». Е́же есть: а́ще и не явлю́ся по пло́ти, си́ми прославля́юся. Что у́бо ча́сте глаго́лет «я́ко в ми́ре несмь», и «я́ко поне́же у́бо их оставля́ю, Тебе́ их предлага́ю», и «егда́ бех в ми́ре, Аз соблюда́х их»? А́ще бо сия́ про́сте прии́мет кто, мно́га после́дуют безме́стная. Ка́ко бо име́ет сло́во, е́же не бы́ти Ему́ в ми́ре, и егда́ отхо́дит, ино́му их запоручи́ти? Сия́ бо я́ко челове́ку про́сту, угожа́ющаго ему́ вы́ну, бе́ша глаго́лы. Зри́ши ли, я́ко челове́чески мно́жайшая бесе́дует и ко их непщева́нию, непщу́ющых я́ко вя́щшее не́кое имя́ху утверже́ние от прише́ствия Его́. Те́мже рече́: «Егда́ Аз бех, соблюда́х их». И у́бо глаго́лет, «яко прииду́ к вам» и «с ва́ми есмь до сконча́ния». Ка́ко у́бо я́ко угожа́ти хотя́ сия́ рече? Но е́же рех я́ко ко оне́х непщева́нию, да ма́ло отдохну́т, слы́шаще Ему́ сия́ глаго́лющу и запоруча́ющу Отцу́. Поне́же бо мно́га от Него́ утеше́ния слы́шавше, не повинова́хуся, про́чее Отцу́ бесе́дует, е́же в них любле́ние показу́я. А́ки бы глаго́лал: поне́же к Себе́ Мя призыва́еши, устро́их их во утверже́нии: Аз бо к Тебе́ гряду́. Что глаго́леши? И не мо́жеши ли соблюда́ти их? Ей, могу́. Чесо́ у́бо ра́ди сия́ глаго́леши? Да име́ют ра́дость Мою́ испо́лнену в себе́. Си́речь, да не мо́лствуют, не соверше́ннейши суще. Сия́ же рек, изъяви́л есть, я́ко оне́х ра́ди упокое́ния и ра́дости вся сия́ си́це глаго́лаше: поне́же ви́дится сопроти́вно сло́во бы́ти. «Ны́не же несмь в ми́ре, и си́и в ми́ре суть». Сие́ бо непщева́ху они́: еще́ у́бо им сосхо́дит. А́ще бо рекл бы, «я́ко Аз соблюда́я их», не бы у́бо си́це ве́ровали. Те́мже у́бо рече́: «О́тче свя́те, соблюди́ их в ми́ре, Аз соблюда́х их во и́мя Твое́». Па́ки а́ки челове́к бесе́дует и а́ки проро́к, поне́же у́бо нигде́же явля́ется ничто́же во и́мя Бо́жие сотвори́в. «И́хже дал еси́ Мне сохрани́х. И ни еди́н же от них поги́бе, то́кмо сын поги́бели, да Писа́ние соверши́тся». И и́нде рече́: «Все е́же дал еси́ Мне, не погублю́ от него́». А́ще и не он поги́бе еди́н, но и мно́ги по́слежде, ка́ко у́бо рече́ «не погублю́»? Е́же по Мое́й си́ле не погублю́, е́же и и́нде я́вственнейше явля́я глаго́лаше: «Не изри́ну его́ вон». Не от Моея́ вины́, ниже́ Мне пореша́ющу, ниже́ оставля́ющу. А́ще же о себе́ отска́чут, ну́ждею не привлача́ю. «Ны́не же к Тебе́ гряду́». Зр́иши ли челове́чнейшую слежа́щу мысль и рече́ние? Те́мже а́ще кто хо́щет умаля́ти Сы́на, от сих умали́т и Отца́. Зри у́бо изнача́ла, о́во у́бо я́ко уча́ еще́ и изъявля́я сие́, о́во же обещава́я. Я́же у́бо я́ко уча́, я́ко егда́ глаго́лет: «Не о ми́ре молю́». А я́же я́ко обещава́я: «Аз соблюдо́х до ны́не, и ни еди́н же поги́бе. И ты у́бо соблюди́ их» рече́. И па́ки: «Твои́ бе́ша, и Мне их дал еси́. И егда́ бех в ми́ре, соблюда́х их». Но всех раздреше́ние, е́же к не́мощи их глаго́латися рече́ным. Рек же я́ко «никто́же от них поги́бе то́кмо сын поги́бели», наведе́, «да Писа́ние соверши́тся». Ко́е Писа́ние рече́? Е́же мно́га о Нем глаго́люще. Не у́бо сего́ ра́ди поги́бе , да Писа́ние соверши́тся. И о сем и напреди́ мно́га бесе́довахом, я́ко осо́бствуя се Писа́нию есть обы́чай, я́ко виносло́вие полага́ющу я́же от сбы́тия случа́ющая. И подоба́ет вся со опасе́нием истяза́ти: и обы́чай глаго́лющаго, и вину́, и зако́ны Писа́ния, а́ще у́бо не хотя́т прельща́тися. «Бра́тие бо, не де́ти быва́йте умы́» - сие́ же не разуме́ний Писа́ний прочита́ти подае́т то́кмо, но и о тща́нии жития́. И́бо отроча́та ма́лая вели́ких у́бо не жела́ют, ни еди́наго же досто́йным чуди́тися обыко́ша. И́бо вози́ла, и коня́, и мскоблюсти́теля, и колеса́, вся от скуде́ли сотворе́на, ра́дуются зря́ще. А́ще же царя́ на колесни́цы седя́ща зла́те уви́дят, и мсков бе́лых спряже́ние, и мно́гу красоту́ - ниже́ обраща́ются. И неве́сты па́ки, от тоя́же у́бо ве́щи взе́мше сотворе́ны украша́ют, по существу́ же и́стинныя и све́тлыя ниже́ уве́дят, и о мн́огих ины́х са́мое сие́ стра́ждут.

Нравоуче́ние о́смьдесять пе́рвое: Я́ко подоба́ет небе́сная и ве́чная предпочита́ти земны́х и привре́менных, и я́ко подоба́ет ми́ловати не от непра́вды или́ и лихоима́ния:

И́же от челове́к мно́зи ны́не стра́ждут: небе́сная бо слы́шаще, ниже́ внима́ют, к бе́рненым же всем, подо́бне де́тем суть устраше́ни: и е́же от земли́ бога́тству чудя́тся, и сла́ву, и наслажде́ние е́же в настоя́щем житии́ почита́ют, а́ще и та у́бо суть де́тска я́коже о́на, о́на же - жи́зни и сла́вы и осла́бы вина́. Но я́коже отроча́та сих у́бо отвраща́еми пла́чут, о́нехже ниже́ бы́ти в вожделе́нии ве́дят, - та́ко у́бо и от муже́й бы́ти мня́щых мно́зи. Сего́ ра́ди рече́: «Не де́ти быва́йте умы́». Име́ний жела́еши, рцы ми? И не жела́еши ли бога́тства пребыва́ющаго, но игра́ний де́тских? Та́же, а́ще у́бо не́коего уви́диши чудя́щася ца́те свинца́, и сляче́на я́ко бы ю́ подъя́ти , не разсуди́ши ли мно́гую его́ нищету́ ? Ты же ли я́же сих худе́йша собира́я, в бога́тых себе́ чи́слиши? И ка́ко у́бо име́ет сие́ сло́во? Бога́таго бо о́ного бы́ти рече́м, презира́ющаго настоя́щых всех: никто́же бо никто́же ма́лых сих сребра́ и зла́та, и ина́го мечта́ния изво́лит подсме́яти, а́ще не бо́льшых жела́ние и́мать. Я́коже у́бо ниже́ свинча́тыя ца́ты, а́ще не златы́я ца́ты стяжа́в бу́дет. И ты у́бо, егда́ уви́диши челове́ка, всего́ ми́ра претека́юща ни отку́ду же ину́ду, непщу́й сие́ бы́ти или́ твори́ти, ра́зве от е́же к бо́льшему зре́ти ми́ру. Си́це и де́латель: ма́лых пшени́це пренебреже́т, егда́ бо́льшу ча́ет жа́тву. А́ще же нея́вствене наде́жди су́щи, су́щих пренебреже́м, мно́го па́че о изве́стном ча́янии сие́ подоба́ет твори́ти. Те́мже у́бо молю́ и мил ся де́ю, не отщетева́ти себе́ вы́шних сокро́вищь, с соло́мою и пле́вою в приста́нище кора́бль веду́щим. Е́же хо́щет кто да глаго́лет о нас, да стужа́ет к ча́стому наказа́ния, и буесло́вцев да нарица́ет, ненави́стных, тя́жких: не отступи́м, ча́сте от них наказу́юще и ча́сте о́но проро́ческое всем подглаша́юще вам: «Грехи́ твоя́, ми́лостынями искупи́. И беззако́ния своя́, щедро́тами ни́щих, и обе́си их на свое́й вы́и, да не днесь у́бо сотвори́ши, у́треже отступи́ши». И́бо те́ло сие, повседне́вныя тре́бует пи́щи. Та́ко и душа́ - и мно́го па́че она́. И а́ще не прие́млет, не́мощнейша быва́ет и сту́днейша. Да не у́бо презира́ем, погиба́ему, удавля́ему. Мно́ги прие́млет на всяк день я́звы, жела́ющи, гне́вающися, леня́щися, укоря́ющи, отмща́ющи, зави́дящи. Подоба́ет у́бо и врачева́ния состро́яти. Нема́ложе е́же ми́лостыни врачева́ние: всем я́звам наложи́тися мо́щно. «Да́йте бо ми́лостыню, рече́, и вся вам бу́дут чи́ста». Ми́лостыню, а не лихоима́ние: я́же бо от лихоима́ния не пребыва́ют, а́ще и тре́бующым да́си. Ми́лостыня бо, я́же вся́кия свобождена́ непра́вды есть, сия́ вся твори́т чи́ста: сие́ и поста́ бо́льше, и до́лу лега́ния.

А́ще и она́ боле́знейша и притру́днейша, но сия́ приобре́тнейша: просвеща́ет ду́шу, умаща́ет, до́бру и кра́сну твори́т. Не та́ко подви́жников плод ма́сличный подъе́млет, я́коже подви́жников благоче́стия. Сей и еле́й восчерпа́ем, да помазу́ем у́бо ру́це, да к супротивоборцу́ взима́емся до́бре. Поуча́яйся ми́ловати тре́бующаго, вско́ре любостяжа́ния отступи́т. Пребыва́яй во е́же дая́ти ни́щим, вско́ре и гне́ва отступи́т, и ниже́ ве́лие возму́дрствует когда́.

Я́коже ура́неных ча́сте исцеля́яй врачь, спряту́ется удо́бне беда́ми ины́х, челове́ческое разсмотря́я естество́, - та́ко и мы, а́ще ни́щих совни́дем поможе́ниям, любому́дрствуем удо́бне. И не почуди́мся бога́тству, ниже́ ве́лие что настоя́щая возне́пщуем, но пренебреже́м всех: и, высо́цы бы́вше к небеси́, удо́бне получи́м вечных благи́х, и́хже бу́ди всем нам получи́ти благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, И́мже и с Ни́мже Отцу́ сла́ва со Святы́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.