Егда́ у́бо бесе́доваша, глаго́ла Си́мону Петру́ Иису́с: «Си́моне Ио́нин, лю́биши ли Мя мно́жае сих?». Глаго́ла Ему́: «Ей, Го́споди, Ты ве́си, яко люблю́ Тя».

Мно́га у́бо суть и и́на могу́щая да́ти дерзнове́ние нам к Бо́гу, и показа́ти све́тлых и благоиску́сных: а е́же наипа́че всех - подаю́ще нам ю́же свы́ше прия́знь, еже о бли́жних есть промышле́ние: е́же у́бо и Христо́с истязу́ет Петра́. Поне́же бо коне́ц имя́ше им я́же сла́дости, «глаго́лет Си́мону Петру́: «Си́моне Ио́нин, лю́биши ли Мя мно́жае сих?». Глаго́лет ему́: «Ей, Го́споди, Ты ве́си я́ко люблю́ Тя». Глаго́лет ему́: «Паси́ о́вцы Моя́»». И что у́бо сих прете́к, сему́ о тех бесе́дует? Избра́н от апо́стол бе, и уста́ ученико́м, и верх ли́ку. Сего́ ра́ди и Па́вел взы́де тогда́ его́ повествова́ти па́че ины́х. Вку́пе же и показу́я ему́, я́ко подоба́ет дерза́ти про́чее, я́ко отверже́нию изгна́ну, вруча́етжеся предста́тельству бра́тии. И отверже́ние у́бо не прино́сит, ниже́ поноша́ет бы́вшее, глаго́лет: «Я́ко лю́биши ли Мя?». Предста́тельствовал еси́ бра́тиям и те́плую любо́вь ю́же все́ми показова́л еси́: и о не́йже ра́довался еси́, ны́не покажи́ и ду́шу ю́же глаго́лал еси́ положи́ти за Мя, сию́ о овца́х даждь Мои́х. Поне́же у́бо еди́ною вопроше́н быв и второ́е, Самого́ неизрече́нныя мы́сли и се́рдца Ве́дящаго сведе́теля нарече́. Та́же, вопроше́н бысть и тре́тие, смути́ся па́ки, убоя́вся пре́жних: и́бо тогда́ укрепля́яся, облича́ше по сих. Сего́ ра́ди па́ки к Нему́ прибега́ет, е́же бо рещи́ «Ты ве́си вся», си́речь, настоя́щая и бу́дущая. Зри́ши ли, ка́ко бысть лучши и целому́дренейшь? Не безстуд́ствуя про́чее, ниже́ сопроти́в глаго́ля. Сего́ ра́ди смути́хся, да не когда́ аз у́бо непщу́ю люби́ти, не люблю́ же: я́коже и пе́рвее мно́га непщу́я и кре́пко изъявля́я, обличи́хся по́сле.

Тре́тие е́же его́ вопроша́ет, и тре́тие та́яже показу́я, ели́каго почита́ет предста́тельством Свои́х овец, и я́ко сие́ наипа́че су́щия к Нему́ любви́ зна́мение. Рек же ему́ о я́же к Нему́ любви, нарица́ет ему́ и сведе́тельство е́же хотя́ще страда́ти: явля́я, я́ко не невер́уя ему́ глаго́лаше я́же глаго́лаше, но и зело́ ве́руя, и су́щия к нему́ любви́ указа́ние показа́ти хотя: и научи́ти нас, кото́рым наипа́че о́бразом подоба́ет Его́ любити. Те́мже рече́: «Егда́ был еси́ юн, поя́сался сам и ходи́л еси́, иде́же хоте́л. Егда́ же состаре́ешися, воздеже́ши ру́це твои́, и ин тебе опоя́шет, и веде́т, а́може не хо́щеши». И у́бо сие́ хотя́ше и жела́ше, те́мже и я́вьствено ему́ сие́ сотвори́л есть. Поне́же бо горе́ и до́лу глаго́лаше «ду́шу мою́ за Тебе́ положу́» и «а́ще потре́ба бу́дет ми с Тобо́ю умре́ти, не отве́ргуся Тебе́» - отдаде́ ему́ вожделе́ние.

Что у́бо есть «иде́же не хо́щеши»? Естества́ глаго́лет сострада́тельное, и пло́тскую ну́жду, и я́ко не хотя́щи отверза́ет от телеси́ душа́. Те́мже я́же произволе́ния здра́ва, но оба́че и си́це естество́ облича́шеся: никто́же безстра́стне те́ло отлага́ет. Сие́ Бо́гу, е́же и напреди́ рех, поле́зне устро́ившу, я́ко бо не мно́гим быва́ти ну́ждным смерте́м. А́ще бо, сим су́щым, возмо́же диа́вол сие́ соде́лати, и безчи́сленных на стремни́ны и я́мы наведе́ - а́ще не толи́ко бы́ло бы вожделе́ние души́ к те́лу, поне́ от прилучи́вшияся ско́рби, вско́ре у́бо мно́зи к сему́ устреми́лися бы́ша. Е́же у́бо «иде́же не хо́щеши» - есте́ственое явля́ющаго есть сострада́ние. Ка́коже, рек «егда́ был еси́ юн», па́ки глаго́лет «егда́ состаре́ешися»? Сие́ бо показу́ющаго есть не су́ща тогда́ ю́на, ниже́ бо бе, ни ниже́ состаре́вся, но муж соверше́н. Что у́бо ра́ди воспомяну́ ему́ перваго жития́? Явля́я я́ко такова́ я́же Его́. В жите́йских у́бо: ю́ный у́бо потре́бен, состаре́выйжеся непотре́бен. В Мои́х же не си́це: но егда́ на́идет ста́рость, тогда́ храбо́рство светле́йше, тогда́ му́жество объявле́ннейше и исправле́ние ничто́же от во́зраста возбраня́емо. Сия́ же глаго́лаше, не ужаса́я его́, но воздвиза́я: ве́дяше бо его́ жела́ние и я́ко сие́ па́ки боле́зноваше до́брое. Вку́пеже и о́браз явля́ет сме́рти. Поне́же бо Петр вы́ну хотя́ше бы́ти в су́щых о Нем беда́х, «дерза́й, рече́, та́ко бо испо́лню твое́ жела́ние, я́ко я́же не пострада́л еси́ юн сый, сия́ тебе́ подоба́ет пострада́ти состаре́вшуся».

Та́же воздвиза́я послу́шателя евангели́ста, наведе́: «Сия́ же глаго́лаше, назна́менуя, ко́ею сме́ртию просла́вит Бо́га». Не реч́е «у́мрет», но «просла́вит Бо́га», да навыкнеши, я́ко е́же страда́ти о Христе́ - сла́ва стра́ждущему [есть] и честь. «И сия́ рек, рече́, глаго́ла: после́дуй Ми». Отсю́ду па́ки промысли́телное гадательствует и е́же зело́ к нему́ сво́йственне пребыва́ти. А́ще же глаго́лет кто: «ка́ко у́бо Иа́ков престо́л прия́т Иерусали́мский?», - о́но у́бо реку́, яќо сего́ вселен́ныя рукоположи́л есть учи́теля.

[Среда:] «Обрати́вся у́бо, Петр зрит ученика́, его́же любля́ше Иису́с после́дующа, и́же и нападе́ на ве́чери на пе́рси Его́, и глаго́ла: «Го́споди, сей же что?».

Чесо́ де́ля воспомяну́л есть нам возлежа́ния о́ного? Не про́сте, ниже́ я́ко прилучи́ся, но показу́я ели́ко Петр дерзнове́ние стяжа́ по отверже́нии. И́же бо тогда́ не сме́я вопроси́ти, но ино́му сия́ повелева́я, сей и предста́тельству вве́рен бысть бра́тии. Не то́кмо ино́му я́же о себе́ не повелева́ет, но и сам о ино́м прино́сит Учи́телю вопроше́ние прочее́: и Иоа́нн у́бо молчи́т, он же бесе́дует. Показу́ет же и зде любо́вь, ю́же к нему́ имя́ше: и́бо зело́ любля́ше Иоа́нна Петр. И сие́ от су́щих по сих я́вствено, и чрез все же Ева́нгелие показует сих соу́з, и в Дея́ниих.

Поне́же у́бо вели́ка ему́ прорече́, и вселе́нную вручи́, и сведе́тельство провозгласи́, и любо́вь сведе́тельствова вя́щшу ины́х - хотя́ и того́ прия́ти обе́щника, рече́: «Сей же что?». Не то́йже ли путь нам име́ти бу́дет? И я́коже тогда́ сам не моги́й вопроси́ти, того́ предлага́ет: си́це и ны́не, отда́в ему́ воздарова́ние и вознепщева́в ему́ хоте́ти вопроси́ти я́же по нем, та́же не дерза́ти, той восприя́т проше́ние.

Что у́бо Христо́с? «А́ще ему́ хощу́ пребыва́ти, до́ндеже прииду́, что к тебе́?». Поне́же у́бо зело́ промышля́я глаго́лаше и не хотя́ его́ отто́ргнутися, показу́я Христо́с, я́ко ели́ко а́ще возлюби́т, любви́ Его́ - не достиза́ти, рече́: «А́ще ему́ хощу́ пребыва́ти, доне́леже прииду́, что к тебе́?». Си́ми наказу́я нас не тужи́ти, ниже́ мно́го испы́товати да́ле уго́дных Ему́. Поне́же бо при́сно Петр в такова́я вопроше́ния тепл бе и предска́каше, отсеца́я его́ па́ки теплоту́ и наказу́я да́лейше ничто́же испы́товати, сие́ рече́.

«Изы́де у́бо сло́во в бра́тию, я́ко учени́к он не у́мрет. И не рече́ ему́ Иису́с, я́ко не у́мрет, но «а́ще хощу́ ему́ пребыва́ти доне́леже прииду́»». Да не вознепщу́еши бо Мне, рече́, еди́ным о́бразом я́же по вас устроя́ти. Сие́ же творя́ше, безвре́меннаго сострада́ния е́же к друг дру́гу отсеца́я, поне́же бо хотя́ху вселе́нныя строи́тельство прия́ти, и не подоба́ше соплета́тися про́чее друг с дру́гом: вои́стинну бо вели́ка сие́ вселе́нней тщета́ была́ бы. Те́мже ему́ рече́: де́лу вручи́лся еси, то смотри́ и соверша́й, стражди́ и подвиза́йся. Что бо, а́ще и хощу́ ему́ пребыва́ти зде? Ты своя́ смотри́ и пеки́йся.

Ты же ми и зде невелича́вое смотри́ евангели́ста. Рек бо, мнение ученико́в исправля́ет, сие́ я́ко не соузре́вшим им, е́же рече́. «Не глаго́ла бо рече́ Иису́с, я́ко не у́мрет, но «я́ко а́ще хощу ему́ пребыва́ти». Сей есть учени́к сведете́льствуяй о сих, и написа́ сия́. И вем, я́ко и́стинно есть сведе́тельство его́». Что у́бо, от ины́х ни еди́ному же сие́ творя́щу, се еди́н сие́ рече́ и второ́е сие́ твори́т сведе́тельствуя себе́ ви́дитбося слы́шателем? Что ли у́бо есть вино́вное? Глаго́лется после́дний ко е́же писа́ти приити́, Христу́ подви́гшу его́ на сие́ и воздви́гшу. Сего́ ра́ди показу́ет Его́ любо́вь, ча́сте гада́тельствуя вину́, от нея́же на е́же писа́ти устреми́ся. Сего́ ра́ди и ча́сте помина́ет , достове́рно творя́ отсю́ду сло́во и явля́я, яко подви́гнут быв отту́ду, приидет на сие. «И вем, рече́, я́ко и́стинная глаго́лет». А́ще же не ве́руют мно́зи, леть есть им от сего́ ве́ровати. От ко́его? По сих рече́ннаго.

«Суть бо рече́ и и́на я́же сотвори́л есть Иису́с, я́же а́ще по еди́ному пи́сана была́ бы́ша, ниже́ самому́ мню ми́ра вмести́ти, пи́шемии кни́ги». Отню́ду же я́вствено, я́ко не у́бо угожда́л бых. И́же бо толи́ким су́щым, ниже́ толи́ка рек ели́ка про́чии, но, сих убо мно́жайшая оста́вль, и наве́ты иуде́йския, разруше́ния, не́нависть, доса́ды, укори́зны на среду́ предложи́в и яв́ив, ка́ко бесну́ющася и лестьца́ нарица́ху, - благоявле́нно, я́ко не у́бо угожда́х. Угожа́ющему бо сопроти́вное подоба́ше твори́ти: поно́сная у́бо скрыва́ти, све́тлая же предлага́ти.

Поне́же у́бо от мно́гаго извеще́ния написа́ я́же написа́, не отрица́ется и своего́ сведе́тельства на среду́ приноси́ти, предвзыва́я по коему́ждо испыта́ти и истяза́ти бы́вшая. Обы́чай бо нам, егда́ зело́ и́стинствовати ве́руем, ниже́ их сведе́тельства отрица́тися. А́ще же мы сие́ твори́м, много паче он, Ду́хом пи́шай. Е́же у́бо и про́чии апо́столи пропове́дующе глаго́лаху: «Мы есмы́ сведе́тели» рече́, и́хже глаго́лем «и Дух, его́же даде́ повину́ющимся ему́». И все́мже близ бе: и ниже́ распина́ему оста́яше, и Ма́терь вручена́ бысть - я́же вся зна́мения су́щия к нему́ любви́ и е́же со опасе́нием ве́дети вся. А́ще же толи́ка рекл есть бы́ти зна́мения, да не чуди́шися, но помы́слив творя́щаго неизрече́нную си́лу, приими́ с ве́рою рече́нное. Я́коже бо нам удо́бно вещати, си́це О́ному, па́чеже мно́го удо́бнейше, твори́ти я́же хотя́ше. Довля́ше бо восхоте́ти то́кмо, и - вся после́доваху.

Нравоуче́ние о́смьдесять осмо́е: [О де́лании духо́внем и врачева́нии души́:]

Да внима́ем у́бо опа́сне рече́нным, и да не оскудева́ем, разгиба́юще себе́ и истязу́юще. От ча́стаго бо прочита́ния бу́дет не́что вя́щше вам: та́ко житие́ свое́ очи́стити возмо́жем, та́ко те́рния отсещи́. Тако́в грех и жите́йское попече́ние - безпло́дно и боле́знено. И я́коже ре́пий , отку́ду у́бо держи́тся бу́дет держа́щаго, та́ко и жите́йская, отню́дуже а́ще удержи́ши, опеча́ляет стягнувшаго сия́ и гре́ющаго. Но духо́вная не такова́: но би́серу не́коему уподо́бися, и отню́дуже а́ще обрати́ши, услажда́ет очеса́. Яково́ что глаго́лю: сотвори́л есть кто ми́лостыню? - Не то́кмо наде́ждею бу́дущаго пита́ется, но и зде́шними благи́ми наслажда́ется, дерза́я всю́ду и со мно́гим вся творя́ дерзнове́нием. Преодоле́ лука́ваго вожделе́ния? - И пре́жде Ца́рствия уже́ плод взят, похваля́емь, удивля́емь, пре́жде ины́х всех от своея́ со́вести. И ко́еждо же от благи́х дел таково́ есть, я́коже у́бо зла́я и пре́жде гее́нны зде му́чат со́весть. И а́ще бу́дущая помы́слиши согреша́я - пристра́шен и тре́петен, и ни еди́ному же му́чащу был еси́. И а́ще настоя́щая - мно́гих име́еши враго́в, и со зазре́нием живе́ши, и ниже́ сопроти́в возре́ти возмо́жеши оби́денным про́чее, па́чеже и не оби́денным. Не толи́ку бо на них объе́млем сла́дость, ели́ку печа́ль: со́вести вопию́щи, вне́шним человеком зазирающим, Бо́гу раздража́ему, гее́нне боле́знующей нас прия́ти, помысло́м [не] безмо́лвствующим .

Тя́жек бо, тя́жек и бре́менен грех, и свинца́ вся́каго люте́йше. Ощути́вый у́бо его́, ниже́ ма́ло возре́ти возмо́жет, а́ще и зело́ нечу́вствен бу́дет. Си́це у́бо и Аха́в, аще и зело́ нечести́в сый, егд́а у́бо сего́ ощути́, до́лу ни́ча хожда́ше, сокруше́н и зло остраствова́н. Сего́ ра́ди и вре́тищем обложи́ся, исто́чники испуща́ше слез. А́ще сие́ твори́м мы и пла́чем я́коже он, совлече́мся грехо́в, я́коже Закхе́й - и мы получи́м не́коего проще́ния. Я́коже бо телесе́х и сверилех , а́ще не пе́рвее уста́вит мокро́ту востека́ющую и я́звы сокруша́ющую, ели́ка а́ще наложи́т целе́ния, исто́чнику зла́го невосхлаще́нну, - ту́не и всу́е вся твори́т. Та́ко и мы, а́ще не ру́ку соста́вим от лихоима́ния и лука́вое сие́ востека́ние да спряту́ем, а́ще и ми́лостыню да́мы - ту́не вся твори́м. Уврачева́нное бо е́ю - наше́дше лихоима́ние, разреши́, и повреди́, и люте́йша соде́ла пре́жняго.

Да преста́нем у́бо похища́юще, и си́це да ми́луем. А́ще же по стремни́нам себе́ но́сим, ка́ко возмо́жем отдохну́ти? И́бо а́ще кто хотя́щаго пода́ти свы́ше привлече́т, [е́же есть ми́лостыня,] и́нже от до́лу принужда́ется - ничто́же бу́дет вя́щше от таковы́я ра́ти, ра́зве е́же расто́ргнутися челове́ку. Да́же у́бо не сие́ постра́ждем, ниже́ отягча́ющу лихоима́нию от до́лу, или́ ми́лостыня оста́вльши нас отъи́дет - да облегча́ем себе́ и да возлета́ем, да свобожде́нием злых и де́йством благи́х соверши́вшеся, получи́м ве́чных благи́х благода́тию и человеколю́бием Го́спода на́шего Иису́са Христа́, с Ни́мже Отцу́ со Святы́м и Поклоня́емым Его́ Ду́хом, сла́ва и держа́ва и честь, и вели́чие, и поклоне́ние, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.