Возлю́бленнии, со́лнце красу́яся по о́блацех, люби́мо быва́ет ви́дящим е́. Та́коже и апо́столом Госпо́дним, по распя́тии и по сме́рти Христо́ве, ра́достно возсия́ Воскресе́ние Госпо́дне. Ио́сиф же, и́же отъ Аримафе́я, пре́жде Воскресе́ния Христо́ва дерза́ет, старе́йшим ученико́м бежа́вшим, еди́н прихо́дит к Пила́ту, дерза́я проси́ти Те́ла Христо́ва, Его́же на Кресте́ ви́сяща ви́де, пре́жде бо позна́ Его́ Бо́га су́ща. Те́м не рече́: бо́гат е́смь, еда́ отпаду́ бога́тства, а́ще испрошу́ Те́ло Осужде́ннаго на́ смерть, и бу́ду оклевета́н к жидо́м. Ничто́же таково́ помы́сли, но все́ нивочто́же вмени́в, испроси́ погребсти́ Те́ло Христо́во. Пила́т же диви́ся, а́ще у́же у́мре? Мня́ше бо на до́лзе Ему́ жи́ву бы́ти, и вопроси́ со́тника, а́ще у́же у́мре, и уве́дев и́стинно, я́ко уже́ у́мре, повеле́ да́ти Те́ло Иису́сово Ио́сифови. Он же, взе́м Те́ло Иису́сово и купи́ плащани́цу, и Свято́е Те́ло че́стно положи́ в но́вем свое́м гро́бе: учени́к бо бе́ Иису́сов и то́й, и ве́дяше, ка́ко чести́ Влады́ку гове́йно, бла́го и прече́стно, хотя́ прича́стник бы́ти небе́сному Его́ Ца́рствию. Сове́тник же бе́ са́ном и в лю́дех старе́йшина. Слы́шите, бога́тии, и́же во гра́дских упражня́ющеся ве́щех, и ну́дящеся о то́ржищах пещи́ся, ка́ко Ио́сифу не возбрани́ на доброде́тель сове́тничества са́н? Мину́вши же субо́те, Ма́рия Магдали́на, и Мари́я Иа́ковля, и Саломи́я, купи́ша арома́ты, да прише́дше пома́жут Иису́са: по обы́чаю жидо́вскому се́ творя́ху. Разуме́йте же глаго́л ева́нгельск. Рече́ бо Матфе́й: в ве́чер субо́тный приидо́ша на гро́б жены́. Лука́ же рече́: зело́ ра́но. Ма́рко же рече́: возсия́вшу со́лнцу приити́ жена́мъ на́ гроб. И никто́ же ра́зно глаго́лет: о разли́чных бо жена́х реко́ша вси́. По Матфе́еву глаго́лу [Матф., зач. 115], в ве́чер субо́тный приидо́ша не с ми́ромъ жены́, но ви́дети гро́ба. Тогда́ же тру́с бы́сть, и а́нгел отвали́ ка́мень от две́рий гро́ба, и рече́ жена́м: не бо́йтеся вы́. Тогда́ и Са́м Иису́с те́ма я́влься, и рече́: ра́дуйтеся! иди́те к бра́тии Мое́й, да и́дут в Галиле́ю и та́мо Мя́ ви́дят. Бе же тогда́ Мари́я Магдалы́ня, и друга́я Мари́я Иа́ковля и Иоси́ина ма́ти. И па́ки полу́нощи и́ны жены́ приидо́ша, а́ки испыта́юще бы́вшаго, я́же о Воскресе́нии Христо́ве от Магдалы́ни слы́шавше. О тех бо Лука́ написа́ [Лук., зач. 112], и́же рече́: зело́ ра́но приидо́ша жены́ дозре́ти гро́ба, и не́цыи с ни́ми, и ти́и ви́деша уже́ ка́мень отвале́н, и два́ а́нгела во блеща́щихся ри́зах глаго́люща: не́сть зде, но воста́. По Иоа́нну же [Иоан., зач. 63], пред заре́ю прии́де Мари́я Магдалы́ня, из нея́же изгна́ се́дмь бесо́в. И та́ ви́де два́ а́нгела во гро́бе в бе́лых ри́зах, та́коже и Самого́ Христа́. Ма́рко же рече́ [Марк., зач. 70]: мину́вши субо́те, и со́лнцу возсия́вшу, вся́ вку́пе прише́дша, глаго́лет, с ми́ром, и Мари́ю Иа́ковлю Богоро́дицу имену́ет. Рече́ же и́м явле́йся ю́ноша: не ужаса́йтеся. Пе́рвее измени́ и́хъ о́тъ страха, пото́м же и о Воскресе́нии благовествова́, и глаго́ла и́м: Иисуса ли и́щете распя́таго? Воста́, не́сть Его́ зде. — Ви́диши ли, не срамля́ется а́нгел распя́тием, те́м бо спасе́ние всему́ ми́ру бы́сть. До́бре уве́рити я́ хотя́, рече́: се́ ме́сто, иде́же бе́ положе́н. Но иди́те, рцы́те ученико́м Его́ и Петро́ви. — Петра́ еди́наго от учени́к нарече́, и́же при Стра́сти отве́рглся бе́ Христа́. Аще бо бы́ша прише́дше жены́ рекли́: по́слани есмы́ пове́дати ученико́м; то́ у́бо ре́кл бы Пе́тр: а́з у́же не́смь учени́к Его́: отве́ргл бо мя́ е́сть и возненави́дел. Того́ ра́ди приложи́ и Петра́, да ся́ не соблазни́т. В Галиле́ю посыла́ет и́х, хотя́ извести́ и́х от стра́ха жидо́вскаго. Те́мже ничто́же тогда́ реко́ша: боя́хубося. Благодари́м у́бо и мы́ за ны́ пострада́вшаго Го́спода, и погребе́ннаго, и воскре́сшаго, да прии́метъ я́ко же́ртву чи́сту на́ше благодаре́ние и похвале́ние, и ве́чных бла́г сподо́бит на́с, я́ко Бла́г и Человеколю́бец, Ему́же сла́ва, ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь.