Ца́рствующу Клавди́ю в Ри́ме, и свою́ ма́терь уби́вшу Христо́вы ве́ры ради: и от тогда́ не пощаде́ христиа́ны. Тогда́ блаже́нный Кеса́рий от Афро́нския страны́ прише́д, во град Ри́мския держа́вы, глаго́лемый Таракини́й. И я́ко ви́де скве́рныя же́ртвы, поплева́ и попра́ их. И держа́н бысть три дни в темни́це а́лчен, и пре́дан бысть анфипа́ту. И связа́ша ру́це его́ на о́пак, влеко́мь во́ины пред колесни́цею кня́жею, да́же и до це́ркве Аполо́новы. И я́коже к це́ркви приближа́хуся, помо́льшуся свято́му, а́бие паде́ це́рковь от основа́ния, та́ко и со иере́и, и со инеми про́чими подави́ я́. Се же ви́дев Лео́нтий ипа́т, припаде́ ко свято́му, и ве́рова во Христа́: и крести́ его́ святы́й Иулиа́н пред все́ми, и причасти́ его́ пречи́стых Та́ин: и а́бие ипа́ту в ру́це Бо́жии ду́шу преда́вшу, прошением и моли́твами свята́го. Ви́дев же бы́вшее Локсо́рий князь, ят Иулиа́на презви́тера, и Кеса́рия диа́кона, и повеле́ вложи́ти их во вре́тища, и воврещи́ их в мо́ре. Святи́и же к нему́ реко́ша: мы Локсо́рие вмета́еми хо́щем бы́ти в море, ты же лю́тым зми́ем убие́н бу́деши, и зло́ю сме́ртию душу изри́неши: е́же и сбы́сться. По двою́ же дни́ю по песку́ морско́му тому́ ходя́щу, лю́тый змий обви́ся ему́, и по всех удесе́х того́ сокруши́в, и безду́шна, и ме́ртва сотвори́ его́: и наду́вся лежа́ше, позо́рище вели́ко зря́щым быв. Телеса́ же святы́х изше́дше лю́дие прия́ша сия́, и мимохожда́ху иде́же окая́нный он лежа́ше, и́хже ви́дев он, бия́ше себе́. Сын же Лео́нтия ипа́тика, по е́же положи́ти им мо́щи святы́х близ гра́да, отсече́ сим главы́ и в реку́ вве́рже. Куа́рт же презви́тер от гра́да Капу́я, боже́ственным а́нгелом наста́влен быв, прише́д поя́т мо́щи святы́х, и положи́ их в наро́чите ме́сте, во сла́ву Бо́гу.