Сей преподо́бный оте́ц наш Иулиа́н оста́ви мир, и и́де в подбре́жие реки́ Ефра́товы. И та́мо верте́п изобре́т, и в том провожда́ше и́ноческое житие́. И тому́ мно́зи поревнова́вше, прибли́жишася к ма́лому о́ному верте́пу, и коли́бы потко́ша о́крест его́, да́же и до ста бя́ше: и пита́ющеся о́коло му́драго учи́теля. Сей же па́ки ди́вный муж змия уби́в, и во́ду в земли́ безво́дней потещи́ сотвори́. Сей на Синайскую го́ру вшед, и на ка́мени на не́мже Моисе́й законоположи́тель едва́ узре́ Бо́га, це́рковь созда́, я́же и до ны́не стои́т. Но на злочести́ваго и отсту́пника Иулиа́на, на развраще́ние в пе́рсех, мно́зи моля́ху преподо́бнаго Иулиа́на, зна́юще его́ я́ко при́снаго раба́ Бо́жия. Он же де́сять дний к Бо́гу своему́ ру́це свои́ просте́р, и моля́шеся на о́ного зломучи́теля. И слы́ша глас, я́ко не то́чию за твоя́, но и за ины́х мно́гих моли́твы и моле́ния, скве́рный, и злочести́вый Иулиа́н закала́ется. По вре́менех же не́ких блаже́нному Меле́тию от Антиохи́и изгна́ну бы́вшу. Призва́ша не́цыи блаже́ннаго сего́ Иулиа́на мольбы́ ра́ди и ут́ехи, и сложи́вся по́йде, и иды́й прия́т бысть с пути́ не́коею боголюбе́зною жено́ю. И внегда́ возлещи́ свято́му на ве́чери. Жена́ же она́ име́яше отроча́ седми́ лет единоро́дно: и предстоя́ у трапе́зы вма́ле от о́чию их изше́дшу, случи́ся в кла́дязь впа́сти ему́. Честна́я же она́ жена́ сие́ уве́девши, ника́коже о том смути́вши себе́, но студене́ц закры́вши, и великоду́шне служа́ше. Свято́му же о о́трочищи вопроша́ющу. Жена́ же рече́: Боле́знь нападе́ нань не́кая, и лежи́т. Свято́му же приле́жно о о́трочищи вопроша́ющу, е́же на трапе́зу доити́, и благослове́ние прия́ти. И уве́дено бысть свято́му бы́вшее, а́бие с трапе́зы воста́в, и покро́в студенца́ отве́рз, и ви́де о́трочище водо́ю вла́емо, и здра́во игра́ющо: и ру́ку ему́ подав, извлече́ е́ из кла́дязя. И сему́ бы́вшу, вопроша́емо бе отроча́ о бы́вшем ему. Нико́его зла пострада́ти ми рече́, носи́ти ми ся водо́ю бесе́д ра́ди сего́ ста́рца. Воста́в же до́йде во Антиохи́ю, и вни́де в верте́п, иде́же не́когда святы́й Па́вел кры́яшеся. И мно́жеству нема́лу собра́вшуся, о́коло верте́па, по́льзы ра́ди и благослове́ния свята́го. Он же огни́цею лю́тою одержи́мь быв, лежа́ше забы́вся, то́кмо дыша́, и вма́ле не мертв быв, я́ко прише́дшым вжада́ти на мно́зе, е́же благослов́ение от него́ прия́ти. И воспомяну́вся помоли́ся сам о себе́, и отбеже́ от него́ о́гненный неду́г. И прише́дшым по́льзования ра́ди отвеща́в: а́ще поле́зно есть вам благослове́ние мое́, да пода́ст вам Госпо́дь Бог. Ше́ствующу же ему́ путе́м ца́рским, и не́который бя́ше лежа́ бо́лен, и прибли́жився к краю ри́зы его́, а́бие воста́, и иды́й вслед его́, я́коже хромы́й Петру́ и Иоа́нну. И́же не то́чию здра́вие подаде́ ему́, но и подтверди́ его́ к правосла́вней ве́ре. И возврати́ся в по́стническое свое́ пребыва́лище, и сквозе́ Кир ше́ствие творя́, гра́да же Ки́рскаго лю́дие, удержа́ша свята́го на утеше́ние, и реко́ша ему́: Ра́бе Бо́жий, Асте́рий не́который, его́же и́мамы вме́сто епи́скопа на́шего, и его́же ви́дим злочести́ва и па́губника, буди у́бо с на́ми, и помози́ нам ели́ко мо́жеши, да не ка́ко многоре́чивый его́ язы́к, в малых не́ких разврати́т нас. Святы́й же пребы́в, и моли́тву сотво́рь, вма́ле соше́дшымся, богонапу́стным гне́вом того́ уби́в. Во еди́н у́бо то́чию день, того́ живота́ лиши́в. И обрати́ся ко ученико́м свои́м, и времена́ дово́льна с ни́ми пребы́в, ко Го́споду отъи́де.